Уже много лет Михаил жил с женой Натальей, только из-за их дочери Екатеринки. Но вот сейчас уже Екатерине исполнилось 19 лет, девушка окончила педагогический колледж и устроилась на работу в школу, учителем начальных классов, попутно получая высшее образование. Казалось бы, долг отца Михаил уже выполнил, однако его словно что-то продолжало удерживать возле давно уже ставшего чужим человека. То ли жаль ему было Наташу, то ли чересчур порядочным воспитали его родители, то ли еще что-то, но время шло, а Михаил по-прежнему жил с супругой. Отношения их разводились еще тогда, когда Екатеринке было 8 лет.
Наташа, и до того обладавшая непростым характером, начала устраивать скандалы на ровном месте, не допуская Михаила к себе, постоянно была раздраженной и всем была недовольна.
Михаил пытался исправить ситуацию, возил жену с дочерью на море, покупал дорогие подарки, старался почаще бывать рядом, хотя с его двумя работами это ему удавалось не всегда, но ситуация не менялась. Благодушия жены хватало на несколько дней, а после все начиналось по-новой. При этом Наташа так умело обыгрывала ситуацию, что Михаил всегда ощущал себя виноватым. И денег-то он мало приносит, и времени им с дочерью не уделяет, и одевается-то он не стильно, и речь у него неграмотна. – Даже в люди с тобой стыдно выйти, – упрекала Наташа.
– Ну что ж поделать, – смеялся Михаил, – коль я правда деревенский лапоть, этикету не обучен.
А Наталья и не замечала, и не хотела замечать, что муж ее работящий, простодушный, добрый и отзывчивый, что не курит он, а выпивает лишь за праздничным столом. Нет, все ей было не так. При всем при этом, жена никуда не собиралась уходить. Более того, зорко следила за каждым шагом Михаила, проверяла его телефон и постоянно звонила в течение дня, спрашивая, где он находится и скоро ли будет дома. Благо времени на звонки у нее было предостаточно, ведь сама она не работала с тех пор, как ушла в декрет с дочкой, да так и осталась домохозяйкой.
И возможно, так и тянулось бы время, и жизнь бы была прожита рядом с чужим человеком.
Но однажды Михаил встретил Ларису. На тот момент обоим было по 46 лет. Познакомились они случайно, по работе. И что-то екнуло вдруг в сердце Михаила. Лариса никогда не давала ему повода, знала, что Миша жена, хотя он ей сразу понравился.
Говорят, что когда родные души встречаются, то это чувство, что возникает в душе, ни с чем нельзя перепутать.
Это не пылкая страсть, это не патологическая ревность, это не слащалый роман. Это глубокая, полноводная река, спокойная и величественная. И плывешь ты по той реке, словно в лодочке, и хорошо тебе так, что ничего больше не надо. Вот так и случилось у Михаила и Ларисы, две души нашли друг друга, пусть уже не в молодом, не юном возрасте. Да может оно и лучше, иначе прошли бы мимо, потерялись, разминулись по легкомыслию.
У Ларисы было двое взрослых уже детей, у которых была своя жизнь.
Муж Ларисы был милиционером и много лет назад погиб при исполнении долга. Женщина не вышла больше замуж и смысл своей жизни видела в детях. Подняла их одна, дала образование, поставила на ноги. Ну а сейчас, когда встретились они с Михаилом, то словно молодость к обоим вернулась, так хорошо им было вместе. Они даже и не разговаривали порой, а молча бродили по синим аллеям рядом с друг другом и слыша мыслей другого.
Наконец Михаил сказал Ларисе, что подает на развод с женой, нет смысла сохранять то, чего уже много лет нету.
Жена Наталья, конечно, снова устроила истерику с битьем посуды и упреками. Но Михаилу было уже все равно, он и так столько лет убил впустую. Развод был оформлен, как ни странно, Карина была на стороне отца и несмотря на запреты матери продолжала общаться с Михаилом и даже приходила к ним с Ларисой в гости по выходным. Лариса жила в зеленом спальном районе, Михаил переехал после развода в ее душку, где они устроили свое скромное семейное гнездышко. Под Новый год они расписались и потекли дни, полные тихого счастья, умиротворения и взаимопонимания.
Днем работа, а вечерами неспешные прогулки по улицам, походы в кафе, театр или на выставки.
Как оказалось, с Михаилом везде можно было ходить и он вовсе не был неотесанной деревенщиной, каким все эти годы выставляла его Наталья. Мужчина оказался приятным собеседником, стиль речи его напоминал Ларисе ее любимого писателя Шукшина, простой и понятный, певучий, народный язык. Она души не чаяла в свою Мишеньке, летела с работы домой, как на крыльях. Глаза Ларисы впервые за много лет сияли женским счастьем, как два драгоценных камня. И Михаил наконец-то почувствовал себя мужчиной, а не ничтожеством, расправил плечи, стал чаще улыбаться и избавился от вечного чувства ложной вины.
Ничего не нарушало покойного семьи, пока однажды утром, собираясь на работу и выйдя за дверь, Лариса не остолбенела от увиденного.
На входной двери их квартиры висели, приклеенные скотчем, четыре куриные лапы, связанные между собой в виде креста. Лариса потеряла дар речи. Она перевела взгляд вниз и увидела, что на полу разлита какая-то темно-красная жидкость, явно похожая на кровь. Лариса охнула и позвала Михаила. Тот, несмотря на то, что и сам был крайне удивлен увиденным, успокоил жену и сам все убрал.
Собранные в мешок куриные лапы и тряпку с кровью выбросили в мусорный контейнер во дворе.
Дверь и полы вымыли. – Постарайся забыть эту ерунду, – поцеловал Михаил супругу. – Это чья-то просто злая шутка. Супруги разъехались по работам, но до работы Лариса не доехала. Внезапно она почувствовала себя плохо.
То ли сказалось перенесенное потрясение, то ли все это было вовсе не чья-то шутка.
И решила Лариса поехать к бабке Гале, что жила на другом конце города. Позвонив на работу и взяв отгул, женщина пересела на троллейбус и поехала к старушке. Бабу Галя в городе хорошо знали. Она лечила людей молитвой и водой. Многим уже помогла эта невысокая старушка с седыми волосами под цветастым платочком, в простом ситцевом платье и шерстяной кофточке.
Ничего в ее внешности не было необычного или загадочного.
Но дар у нее был большой. Говорят, что раньше старая баба Галя свои способности не афишировала. Но слух в народе идет быстро. И один приводил другого, другой третьего. Плату за свою помощь Галя не брала и дурными делами, как то привороты, присухи, истребление беременностей никогда не занималась.
Хотя и были желающие, однако всем им давала от ворот поворот.
Лечила она детей и взрослых от испуга, от порчи, что завистники делали, от хворей разных и душевных, и телесных. Даже один разговор со старушкой уже облегчал душу пришедшему к ней человеку. Умела она нужное слово подобрать, ключи к каждому сердцу находила. Однажды была у нее и Лариса. Случилось это, когда потеряла она мужа.
Баба Галя поставила тогда ее на ноги.
Заставила себя взять в руки, свет увидеть, научиться радоваться заново. Правда тогда баба Галя была еще вовсе не старушкой. И вот теперь, спустя почти двадцать лет, снова вошла Лариса в тот самый дворик. Все здесь оставалось прежним, словно время застыло на этих клумбах с тюльпанами, на деревянной скамейке под окном, на которой обычно не было пустого места. Но сегодня никого на скамеечке не оказалось, и Лариса, постучав в тяжелую деревянную дверь, толкнула ее и вошла в сенцы, пахнущие травами, воском и ладаном.
А вдруг ее уже в живых нет, подумала вдруг Лариса, и она испугалась этой мысли.
– Проходи, проходи, милая, – неожиданно послышалось из избы. – Давно ты у меня не была. Вижу, нашла ты свое счастье, рада за тебя, дочка. Что ж тебя привело ко мне? И Лариса поведала бабе Галле о том, что случилось.
Старушка зажгла свечи и принялась молиться.
Долго она молилась. Лариса даже начала дремать под мурчание толстого белого кота, пристроившегося у нее на коленках. Наконец баба Галля закончила молиться и обратилась к Ларисе. – То, что ты нашла на своей двери, дочка, это все промыслы человека, обратившегося к черной магии. Делается это на смерть.
Женщина сделала.
Ты сейчас правильно подумала, что это бывшая супруга Михаила. И знаешь ли ты, что она ведь и Мишу на себе женила с помощью приворота. – Догадывалась я, – ответила Лариса. Он говорил, что уйти не мог, хотя и жили они плохо, словно что-то держало его. А так и было, кивнула баба Галля, приворот и держал.