Он избегал его даже в сборной.
У защитника сборной СССР Владимира Кесарева выдалась удивительная карьера — в 25 лет он переквалифицировался из водителя самосвала в футболиста, отыграв девять сезонов в составе московского «Динамо».
Кесарев трижды становился чемпионом СССР, а еще выиграл со сборной первый в истории чемпионат Европы по футболу 1960 года. Правда, финал во Франции Владимир пропустил из-за острого аппендицита, который ему там же и удалили.
«Во Франции мне аппендицит вырезали. Причем в марсельском госпитале не зашили шов, а заклеили, — рассказывал Кесарев в интервью журналисту Денису Романцову. — Приехал домой, меня тут по всем больницам возили, показывали — как надо аппендицит лечить. Через два года шва вообще не осталось.
Вместо меня в двусторонке играл начальник команды Андрей Старостин. Так Понедельник от него ни разу не убежал. Андрею Старостину за пятьдесят было. Понедельник жаловался: «Я не знаю, что делать. Сюда покажу — он не идет, туда — не идет». Опыт».
Еще в сборной СССР Кесарев сдружился с Михаилом Месхи — оба футболиста не раз играли друг против друга в принципиальном дерби между московским и тбилисским «Динамо». Однажды Владимир так жестко обманул Месхи, что тот месяц не хотел с ним разговаривать — случилось это как раз во время матча чемпионата СССР.
«Играли мы как-то с тбилисцами у них. Счет ничейный. Я никак к нашим атакам не мог подключиться — Миша за мной внимательно приглядывал. Как, впрочем, и я за ним во время тбилисских атак, — вспоминал Кесарев в интервью журналисту Александру Горбунову. — И вот мяч у нашей команды, а мы с Мишей стоим за центром поля. Он вполглаза на меня посматривает. И тут я ему говорю: «Михо, шнурок у тебя развязался, завяжи». Только он нагнулся, а потом присел, я рванул вперед и поучаствовал в атаке, оказавшейся, к нашей радости, голевой. Миша на меня: «Как тебе не стыдно? Я с тобой больше не разговариваю».
Месхи целый месяц избегал Кесарева — все изменилось только после того, как Владимир попросил у него прощения. Видимо, Михаил ждал, когда его друг сделает шаг к перемирию.
«Действительно перестал разговаривать. В общих компаниях встречаемся — не смотрит даже на меня. В сборную приезжает — молча проходит мимо, — рассказывал Кесарев. — Уже в сборной я перед ним извинился: «Михо, ты уж прости меня, чего не хотел, так это обидеть тебя». Простил».