Виктор был настроен решительно:
— Все, больше не могу, разведусь, и нас с тобой ничто не разлучит.
Марина, не пряча слез, смотрела на любимого. Как трудно они шли к своему счастью! Но в следующий раз, заглянув к ней, он отвел глаза:
— Хочу тебе одну вещь сказать… Жена беременна.
В полном смятении Марина опустилась на стул — детей в его семье не было долго. Затем взяла себя в руки и твердо промолвила:
— Теперь слушай мое слово. У меня ребенок растет без отца, не хочу, чтобы и твой так рос. Прощай.
У них обоих это была первая любовь. Восемь лет учились в одном классе, дружили, но встречаться стали, когда Марина поступила в медучилище. Вскоре жить не могли друг без друга, и в армию Виктора провожала как его девушка. Хотели даже пожениться, однако дедушка по простоте душевной обронил:
— Замужняя, она может изменить, а ты и знать ничего не будешь.
У Марины потемнело в глазах. Выпрямилась и гордо сказала:
— Тогда нет, никакой свадьбы. Если дождусь Виктора из армии, то дождусь честной.
Его мать давно считала Марину невесткой, но в деревне не принято было до свадьбы это афишировать. И она всячески привечала девушку через ее маму. Когда окончила училище и получила диплом, пригласила к себе. Марина едва переступила порог дома, как женщина кубарем слетела с печи, где отдыхала, и метнулась накрывать праздничный стол.
Собралась навестить сына и упросила родителей Марины, чтобы разрешили вместе поехать в Петрозаводск, к месту службы. Для Виктора это был сюрприз. Увидев маму, обнял со словами:
— Ой, мамочка, родная!
А женщина, хитровато улыбаясь, отталкивала его от себя (Марину спрятали за шторой). Ничего не понимая, он стал оглядываться и тут заметил любимую. Подскочил и, не помня себя от радости, давай ее кружить…
Всю обратную дорогу из Петрозаводска говорили только о нем. А потом заехали к сестре Виктора, которая, хлопоча, решила занять дорогих гостей и дала полистать альбом брата. Марина перевернула страницу и обмерла. С фотографии улыбалось девичье лицо. На обороте была надпись: «Когда тебя нет, все вокруг темно…». В глазах тоже потемнело, но постаралась скрыть, как ей больно.
Приехав домой, написала Виктору, что знает о его девушке. Ответ был коротким: «Да будет тебе известно, что она вышла замуж и фото свое прислала». Обижаясь и сердясь одновременно, Марина написала: «Ага, я права! Связь между вами есть. Правильно она сделала. Осталось мне выйти замуж и тебе будет хорошо!».
Ответ Виктора ошарашил: «Ты так не сделаешь. Не посмеешь». Внутри Марины все возмутилось: ах так, у нее ни на что нет права. И в ней заговорила гордость. Это теперь понимает, что в ослеплении нельзя действовать, тем более принимать важные решения, но тогда ею руководили исключительно эмоции.
Получив письмо в свой день рождения (исполнилось 19 лет), вечеринку решила не откладывать. Пригласила коллег и, когда один из парней, слегка выпив для храбрости, предложил: «Выходи за меня замуж», дерзко ответила:
— А давай!
Тот вначале опешил, потом взял инициативу в свои руки:
— Когда заявление понесем?
— А когда хочешь.
Марине и правда было все равно, она не отдавала отчета ни словам, ни поступку. Зато парень оказался с хваткой. Вцепился в нее намертво, потащил в загс и целый час, пока ждали сотрудницу отдела, не отпускал руку, словно чувствовал, что в любую секунду девушка готова уйти. Потом была свадьба. Позже Марина узнает от своей несостоявшейся свекрови, как горько та проплакала весь вечер.
В разгар веселья прошел слушок, что какой-то парень из деревни пришел из армии в отпуск. Она обомлела и решила для себя, что, если это Виктор, уйдет с ним из-под венца. Это был не Виктор. Его тоже отпускали, но в самую последнюю минуту все изменилось — узнав о свадьбе любимой, Виктор распил бутылку водки, и его посадили на гауптвахту. Обносил колючей проволокой казармы и при мысли о том, что навсегда теряет счастье, разрывал колючками ладони и не чувствовал боли.
К мужу у молодой женщины чувств не было — расценивала замужество как крест. Но характер у нее добрый, поэтому думала, что сможет подладиться и угодит супругу. Не смогла. Он и выпивал, и гулял. Марина терпеливо растила дочку и, будучи замужем, фактически оставалась одна.
Девочке было полгода, когда Виктор приехал в райцентр, где жила Марина, и заглянул к ней. Услышала стук в дверь и обмерла: ее любовь! Дрожа от волнения и страха (муж был жутко ревнивым), открыла и услышала:
— Хочу забрать свои фотографии.
Но здесь уже она проявила твердость:
— Ни одну не отдам. Вот смотри: на первой странице альбома я и ты, на второй — ты и я… Это все, что у меня осталось.
Не поднимая глаз, он перелистал альбом, потом попросил свадебные фото. Внимательно вглядывался, словно хотел что-то разглядеть. А она молчала, как будто проглотила язык. Поднявшись, спросил:
— Ты хоть счастлива?
Взглянув на дочку, она с нарочитой веселостью ответила:
— Ну конечно!
Они стояли в полутора метрах друг от друга. Марина чувствовала, как у нее кружится голова, казалось, еще секунда и сама бросится к нему на шею. Но вдруг закричал ребенок. Дала соску и обернулась — Виктора не было. Пулей слетела вниз с третьего этажа, надеясь, что стоит у подъезда, но его нигде не было видно.
Муж в ту ночь ночевать не пришел.
Дочке исполнился годик, и супруг уже гулял открыто. Домой не приходил по несколько дней. Женщины в райцентре, для которых она, медсестра, была скорой помощью, выследили, что снюхался с приезжей молодой дамочкой (декретный отпуск проводила с ребенком у матери), и решили вывести гулену на чистую воду.
В дом разлучницы Марина шла в сопровождении толпы, горевшей праведным гневом. Может, это придавало силы, а, может, она приняла для себя решение, только больше мужа не боялась. В секунду взлетела на второй этаж, ногой распахнула незапертую дверь. Супруг стоял раздетый посредине комнаты, молодая женщина застегивала пуговки на кофточке…
Марина, не помня себя, наотмашь била его скалкой, но это не было борьбой за семью — она отстаивала собственную женскую честь. По настоянию совершенно незнакомых людей разлучницу выпроводили из города.
Любовница уехала, но продолжала ему писать, и тогда Марина решила этим воспользоваться. Советовала мужу уехать к ней, чтобы хоть кто-то из них был счастлив. Он уехал, но натуру изменить не смог — впоследствии дважды женился, и третья жена, доведенная изменами до крайности, его убила.
До четырех лет Марина растила дочку одна. Виктор в это время учился в техникуме, два раза в год, бывая на сессиях, заезжал к ней. Не больше, чем на три дня, но это было счастливейшее время для обоих. Однажды не выдержал:
— Все, больше не могу без тебя.
Марина понимала, прекрасно зная, что любимый женился точно так же, как и она, — наобум. Не находя ей замену, однажды встретил на берегу трех девушек и обратился к ним с улыбкой:
— Красавицы! Кто за меня замуж пойдет?
Одна, бедовая, посмотрела в глаза:
— Я!
…В тот раз Виктор был настроен решительно:
— Разведусь, и нас с тобой ничто больше не разлучит.
Марина, не пряча слез, смотрела на любимого. С каким нетерпением ждала следующей встречи! Но Виктор, заглянув к ней, отвел глаза:
— Хочу тебе одну вещь сказать… Жена беременна.
В полном смятении Марина опустилась на стул — детей в его семье не было долго. Потом взяла себя в руки и твердо промолвила:
— Теперь слушай мое слово…
Ее саму замуж выдала дочка. Марина дружила с Юрием, которого давно знала. И маму его. Та ревниво за ней следила: в чем одета, как с людьми общается. Сильно боялась, чтобы не была гулящей. А когда убедилась, что партия для сына достойная, благословила его. И Юрий частенько засиживался у Марины: то поужинают вместе, то по хозяйству поможет.
Дочка, подрастая, часто спрашивала:
— Кто мой папа?
— Папа — тот, который будет с нами жить, — не задумываясь, отвечала Марина.
Однажды услышала:
— А можно я дядю Юру назову папочкой?
С той поры повелось: она — мама, Юрий — папочка. И мужем он оказался хорошим, и человеком, каких поискать. Марина с Виктором иногда созваниваются, чтобы узнать, как дела (живут в разных городах). Относится с пониманием, изредка подшучивая, что ей впору роман писать о своей жизни.
Так что речи об их расставании не могло быть и раньше, а теперь и подавно — у каждого обязательства перед семьей. Вот она, жертвенность истинной дружбы, соединившей супругов! Да и забота сейчас главная не о себе — о детях (собирается жениться их сын с Юрием) и о внуке, которого подарила дочка.
…Только с памятью ничего не поделать. Вдруг окатит будто волной, вспомнится, как шли с Виктором по широкому проспекту в областном центре, и казалось, все встречные ей завидуют — такой красивый спутник. Она вырастала в собственных глазах, а в ушах колокольчиком звучала школьная дразнилка: «Тили-тили тесто…».
Если бы молодость не рубила сгоряча…