Заголовок для первого поста нашелся в стихотворении Светланы Лаврентьевой, размещу его ниже, но получилось очень в тему - я с 6 лет занималась в Народном танцевальном ансамбле "Улыбка", девчонок было много, а теперь я одна из них танцую в любительском театре, одна Улыбка :) (Анюта уехала в Петербург, Алия живет в Алматы, с Настей связь потеряли) Друзья, садитесь, вот ваша ложа — абонемент на полжизни в силе, и наш спектакль опять о том же, но я сегодня сильней и строже — да вы же сами меня просили, вы сами строили эту сцену, писали тексты, ломали пальцы — так потрудитесь достать прицелы, из двух биноклей составить целый и просто вовремя улыбаться. Друзья, давайте хотя бы дружно — последний глупый инстинкт единства, оставьте ваши пивные кружки… хотя, пожалуй, вам будет скучно в четвертом акте самоубийства. Вам будет скучно — от слез и смеха, от всех нелепых моих усилий, судьба — в заплатах, душа — в прорехах… А цирк закрылся, сгорел, уехал — и даже зрителей попросили! Кина не будет. Вк
Заголовок для первого поста нашелся в стихотворении Светланы Лаврентьевой, размещу его ниже, но получилось очень в тему - я с 6 лет занималась в Народном танцевальном ансамбле "Улыбка", девчонок было много, а теперь я одна из них танцую в любительском театре, одна Улыбка :)
(Анюта уехала в Петербург, Алия живет в Алматы, с Настей связь потеряли)
Друзья, садитесь, вот ваша ложа — абонемент на полжизни в силе, и наш спектакль опять о том же, но я сегодня сильней и строже — да вы же сами меня просили, вы сами строили эту сцену, писали тексты, ломали пальцы — так потрудитесь достать прицелы, из двух биноклей составить целый и просто вовремя улыбаться. Друзья, давайте хотя бы дружно — последний глупый инстинкт единства, оставьте ваши пивные кружки… хотя, пожалуй, вам будет скучно в четвертом акте самоубийства. Вам будет скучно — от слез и смеха, от всех нелепых моих усилий, судьба — в заплатах, душа — в прорехах… А цирк закрылся, сгорел, уехал — и даже зрителей попросили! Кина не будет. Включайте лампы, хватайте шубы из гардероба. Дай, Джим, на счастье актеру лапу, а вы — на бал-с корабля-по трапу, ведь вы пинка заслужили — оба. Вы так привыкли писать мне роли и мерить чьи-то чужие лица, что сердце заживо распороли — и в зазеркалье умчался кролик, боясь кому-то проговориться… Алиса, девочка, эти люди — оставь их жить по своим законам, давай исчезнем, давай забудем, чеширский кот на блестящем блюде улыбкой тающий над балконом, крокет и розы, часы и карты, упало зеркало — не разбилось, мы слишком много сыграли партий, мы так устали — и шляпник в марте сказал, что время остановилось. И я останусь — в своих Вселенных, в своих загадочных измереньях, и мир случится — живой, нетленный, и в ваших клетках не будет пленных с таким сияющим опереньем. Друзья, садитесь, берите вилки, читайте прозу, съедайте ужин, вы тоже топчетесь на развилке, вам в тягость театр одной улыбки — а мне тем более он не нужен. Я так устала уже от бреда, что вы привычно зовете бытом — от ваших дел, голосов, секретов… но пьеса, в общем-то, не об этом — о чем-то правильном и забытом — о тех мелодиях, мыслях, красках, что утонут в полутемном зале… Друзья, все здорово и прекрасно. Спасибо вам за простую сказку…
…которую вы мне не рассказали.