«Я прекрасно понимал, как отнесутся аборигены (так называли местных жителей) к подобному нашествию».
Расшифровка видеозаписи интервью МАШБЮРО с Ником Рок-н-Роллом 20.04.2024
- МАШБЮРО: – Всем привет! Мы в гостях у Ника Рок-н-Ролла. Тема нашей встречи – фестиваль в Гурзуфе 1990 года, которому предшествовали достаточно грустные события...
Ник Кунцевич: – Во-первых, фестиваль в Гурзуфе не произошел. И слава Богу, что не произошел. Почему – я об этом, конечно, скажу. Этому несостоявшемуся фестивалю в Гурзуфе 4-го августа должно стукнуть ровно 34 года (речь про 2024-й год – прим. ред).
Тем не менее на дворе 1990-й. К тому времени у меня была группа КОБА, о которой уже стали говорить. На тот момент было два записанных альбома: один в Видном (Московская область) – «Московские каникулы», второй в Новосибирске – «Полночный пастырь». У группы КОБА во Владивостоке был директор Александр Геннадьевич Иржевский, мы даже куда-то ездили с гастролями, с выступлениями. То есть музыкальный багаж был. Собрания у нас во Владивостоке проходили в «Дальрыбвтуз», где Иржевский работал фотографом, и где мы узнавали всякие всячины, куда нас приглашают. Тогда еще не умерло такое образование, как рок-клубы, у организаторов еще было желание делать всякие фестивали. В один прекрасный день мы приходим в «Дальрыбвтуз» на собрание.
- Что такое «Дальрыбвтуз»?
– «Дальрыбвтуз» – Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет. Что-то, связанное с морем, рыбой и так далее.
Иржевский говорит: «У нас новость! Нас приглашают на панк-фестиваль. Не куда-то, а в Гурзуф!» Тогда не было мобильной связи, не было интернета. Поскольку Симферополь я знаю не понаслышке (у меня там следствие было), я этому обстоятельству очень обрадовался. Тем более, нам оплачивают дорогу, обещают жилье. Мы согласились и стали готовиться к фестивалю. Часть группы – Витя Пьяный Деменок, гитарист Александр Златозуб Кирпиченков – прилетели в Москву, где был сбор всех музыкантов и журналистов, которые собирались ехать в Симферополь. Там нас встречают организаторы, и мы должны ехать в Гурзуф. А часть КОБЫ заранее полетела на самолете сразу до Симферополя – это бас-гитарист Женя Грачев, а кто барабанщиком был, я не помню. У нас состав менялся.
В Москве нас встретил в аэропорту Леша Коблов, который впоследствии написал книгу о ГРАЖДАНСКОЙ ОБОРОНЕ и Егоре Летове. Тогда он еще был начинающим журналистом.
Сели в поезд. Нас целый вагон: ЛАЭРТСКИЙ БЭНД, КОМИТЕТ ОХРАНЫ ТЕПЛА. Все очень много пили, были такие радостные, безоблачные. Кто-то падал с третьей полки, кто-то – со второй. Вагон был пьян.
Никогда не забуду, как мы с Сергеем вышли в тамбур покурить (тогда в поездах еще можно было курить). Мы не были хорошо с ним знакомы. Я понимал, что это Сережа Олди из Калининграда, что он из КОМИТЕТА ОХРАНЫ ТЕПЛА – на носителях я их слушал. Ну, курим. Я говорю: «А чему все радуются?» Он: «Фестиваль всё-таки!» – «Ну, будут по голове там все получать». Он говорит: «Чё такие мрачные мысли у тебя?» – «Я не мрачный, это данность такова» – «А тогда зачем ты едешь, если знаешь, что там будет всё плохо?» Говорю: «Поэтому и еду. Всё-таки края эти мне очень хорошо знакомы» и так далее. Он впоследствии говорил: «Ты ж всё знал заранее».
- А как ты знал заранее? Ты предполагал, что может быть такое?
– Есть у меня такой дар: я считываю, что происходит вокруг. Тут надо было просто дважды два умножить, чтобы получить четвёрку.
Потому что это, во-первых, курортная зона. Во-вторых, кто такие панки (как местные это представляли), я знал к тому времени не понаслышке. Я знаю, что такое Гурзуф – это тихое, спокойное место, как и весь ЮБК (Южный берег Крыма). Причем я уже знал, кто будет принимать участие. У нас была афиша, мы в Москве узнали. Я прекрасно понимал, как отнесутся аборигены (так называли местных жителей) к подобному нашествию. Я не о фестивале «Нашествие» – его еще и близко не было. Тогда Миша Козырев еще щенком был и, наверное, учился в Свердловской школе – он сам из Свердловска. Тут к гадалке не ходи, что могло произойти. Я свою версию выдал тогда в тамбуре поезда Москва-Симферополь. Так оно впоследствии и вышло.
На вокзале нас встречают два чудака. Я их знал не понаслышке. В мое время они ещё школьниками были в Симферополе. Это два брата-близнеца – Эдик и Дима, называли их Электрониками. Они заказали нам автобус. Я их отвожу в сторону: «А теперь рассказывайте, что происходит на самом деле». Я же там типа папа был какого-то там панк-рока, как они меня называли. Это отдельная история. Ну, они мне всё рассказали прямо на вокзале: что проведение фестиваля под угрозой, что они связались с Комитетом по делам молодёжи (к тому времени много подобных комитетов было) и что начинают там уже бить за внешний вид. Причем, круто бить. Я говорю: «Вы что, ребята, с ума сошли?» Они говорят: «Нужен твой совет: проводить фестиваль в Гурзуфе или нет?» Я говорю: «Ребят, пока не поздно, есть такое место в Симферополе – Дворец культуры «Маяк».
Во-первых, я задал вопрос: кто не приехал? Не приехали АВТОМАТИЧЕСКИЕ УДОВЛЕТВОИРТЕЛИ, слава тебе, Господи. Мы потом со Свиньей (Андреем Пановым) по этому поводу говорили, но это было совсем потом. Еще не приехали МЕДВЕДЬ ШАТУНЪ из заявленных. Из Дармштадта (ФРГ) была заявлена группа, но приехала только Ута – девушка, с которой у меня впоследствии была эротическая история, романтик-эротик. (Это долгая история, это потом все было). Она приехала как журналист писать книгу о панках. Еще из заявленных не приехали ЧУДО-ЮДО. Приехал, по-моему, Уксус – тогда группа УКСУС-БЭНД и кто-то еще. Приехали КАРТИННИКИ – Дик и Букашкин. Кто-то приехал даже из незаявленных. Народу тьма.
Тогда должен был быть фестиваль под Ялтой – место, где проводили опен-эйры. Но там в последний момент отказались по вполне объективным причинам: не дали свет, не дали аппаратуру. Симферопольского рок-клуба тогда уже как такового не было – Анатолий Боровик сложил с себя полномочия. Мы с ним до сих пор общаемся. То есть было весьма кисло – это мне сказали ребята-организаторы, когда я их отвел в сторону. Я говорю: «Слушай, мы с Владивостока приехали. Мне все безразлично, гори всё синим пламенем. Ребята мне поверили, нужно жилье». – «С жильем обязательно что-то придумаем».
Приехали мы в Гурзуф. Это был мрак. Тогда мода была: ходили в пляжных трусах (гопота, аборигены местные, молодежь). Уже после мне рассказывали, что был разбит лагерь для аудитории. Представляете, какая там аудитория? Ужас, летящий в ночи… Много было людей и к тому времени уже начались пробитые головы, разгромили этот лагерь в ночь с третьего на четвертое августа. Перед первым днем. А на вокзале они мне сказали, что предложил им Комитет по делам молодежи. Представителей этого Комитета по делам молодежи я впоследствии видел уже в Гурзуфе. Уже на меня и Витю Пьяного начали наезжать. А у меня там был хороший знакомый еще с 1982 года – Миша Бутенко (сейчас не знаю, что с ним). Он сам афганец был, с его мнением аборигены считались. Когда на нас наехали нормально, я сразу стал «шокать» – это как пароль, что «свой» вроде как. Они говорят: «А шо ты с этими додиками?» Я говорю: «Слышь, я к Мише Бутенко приехал». – «А, Мишу знаем». И Мишка подходит, мы с ним увиделись, обнялись. Предложили же делать этот фестиваль на типовых танцплощадках в Грузуфе, но это мура, это было бы просто убийство. Миша говорит: «Я не могу сдерживать. Они сами по себе. Коля, с кем ты опять связался?» Мы с ним распили вино, я его познакомил, говорю: «Я с музыкантами, я вообще не знаю, шо тут такое? Нас на фестиваль пригласили да тебя заодно повидать». Мы с ним нормально поговорили. Он говорит: «Я, как могу, сдержу, чтобы не пиз...ли днем. Но вечером будет п…ц. Я ничего не могу сделать. Они сами себя так ведут». И там был провокатор из ВТОРОГО ЭШЕЛОНА – некий Юкс.
Представь себе, ты живешь в Гурзуфе. Ты нормальный человек, тоже любишь музыку. И в твоем маленьком городке начинают переворачивать урны, ссать в них. Пьяные, матерящиеся. Какие-то «х… проссышь с какой планеты», понимаешь? Это же курортный городок. Ты на море была? Ты же понимаешь, что люди туда приезжают с семьями. Он приспособлен для этого – такой южный городок. А Юкс там пытался поднять восстание: «Мы вас п…ть будем, вы гопники» и так далее. Слово за слово... Естественно, я Электроникам посоветовал фестиваль не проводить. Тем не менее, в гурзуфской гостинице уже начали нападать на Букашкина за длинные волосы, а он старик такой, взрослый. Я Электроникам говорю: «Делайте, что хотите, но нас отсюда вывозите. Давайте нас, музыкантов, в какую-то гостиницу срочно». Были ВНЕЗАПНЫЙ СЫЧ из Петербурга КАРТИННИКИ, Букашкин.
Они подгоняют автобус «Икарус», и представитель из Комитета по делам молодежи предлагает: «Есть гостиница «Массандра», но давайте вы тогда сами будете платить». А к тому времени уже пресса была, к тому времени «мой парень Ник Рок-н-Ролл», так сказать, журналисты меня любили, и я их... Было много самиздатовских журналов. Я говорю: «Так не пойдет. Вот наш директор Саня Иржевский стоит, вот у нас бумага, вот приглашение, вот печати. Мы такую бучу сделаем, что вам мало не покажется. У нас будет пресс-конференция…» К тому времени уже были пресс-конференции какие-то. Они все-таки сняли нам гостиницу, мы прожили там двое суток. Потом уже нас вывезли в Симферополь. Потом пошли слухи, что кого-то там убили, чуть ли не девчонку беременную. Там был мрак. Те, кто приезжал чуть позже, был в этом лагере – там кровь и чего там только не было. Он просто разгромлен был. Очевидцы говорят, что сначала шли качки КМС, будущие там, наверное, Салемы всякие, Башмаки и другие ур…ды.
Продолжение следует.
Больше материалов читайте на канале «МАШБЮРО: сибирское сообщество рок-н-ролла». Мы ВКонтакте. Присоединяйтесь! ПИШЕМ СТАТЬИ о музыкантах и их поклонниках
ЧИТАЙТЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ: