Дурак на фронте представляет опасность даже не для себя, а для окружающих. На фронте даже ходила поговорка про то, что дурак опаснее фрицев. От немцев-то понятно, что ожидать, а вот глупец способен загубить любое дело, а если попытается выполнить, то устроит вместо него натуральный цирк. Причем, людей погубит, а самого его пронесет, и он продолжит чудить.
Родион Федорович во время Великой Отечественной служил в 235-й стрелковой дивизии. По его словам, видеть приходилось за военное время ему немало таких глупых людей. А сколько их по остальным фронтам было, так кто знает.
Вот один случай. Родион Федорович вспоминает, что в 44-м под Витебском ротного у них в части погиб. Ну и из запасного полка прислали другого.
Странный такой тип, с причудами. Ему уже 45, а по званию всего лейтенант (кто служил в армии, поймет). Похоже, провинился где-то и с него броню сняли, а может в это время младших офицеров нехватка была, а то и другая причина, но свалился он на нашу голову. Фамилия у него была Федоткин.
По ротации пришло много новичков, но и бывалые были в пополнении, попадали они после ранения и излечения в госпитале. Вообще в пехоте всегда круговорот народа был.
Но Федоткин был хуже новичков. Вообще ничего не понимал в современной войне. Похоже, что училище заканчивал, но давно все знания из головы выветрились. Зато самомнение было завышенное, и врун был редкостный. Строил из себя бывалого воина, но к мнению тех, кто имел фронтовой опыт, прислушиваться не желал.
Выстроит, бывало, личный состав и давай травить, как в Гражданскую лично едва не заколол штыком самого Врангеля. Затем переходит на Финскую войну. Здесь он языка взял, потому как разведка никак не могла. Так он пошел за линию фронта и сразу трех морд на себе притащил. Одного впереди идет ведет под дулом автомата, второго связанного по земле тащит, а третьего на себе несет. Вот такой богатырь и герой в одном лице.
Спрашиваем его, а зачем сразу трех пленных-то? Он отвечает, мол для верности, один-то точно что-то знает. «А награды ваши, где», вопрос из строя задают. На это ответ следует, что воевал он не ради наград, а Родину защищал. И смотрит на солдат, как на шкурников последних, что ради побрякушек на фронт отправились.
Решил однажды ротный обучить личный состав основам рукопашного боя. Судя по запаху, он до этого спирта дернул и его потянуло поиграть в Чапая. Вызвал он из 2-го взвода бойца и давай ему выкручивать руки. Детина высокий, ему даже не больно, больше щекотно, аж на смех разбирает. Он при желании ротного, как блоху стряхнуть может, только авторитет начальства ронять не желает, вот и поддается.
Федоткин разошелся. «Что же вы все хлюпики такие» - кричит. И начинает рассказывать, что именно поэтому так плохо воюем, а он, мол, в финскую, спрыгнув во вражеский окоп одного финна ножом взял, второго прикладом, третьего его же ремнем, а четвертого зубами загрыз. Ну, личного дела солдатам никто не покажет, может он действительно герой?
Только Федоткин заливал, пока дивизия в обороне стояла, а наш полк находился на 2-ой линии. Передовая не близко, только изредка канонада доносится издалека, да бомбардировщики гитлеровцев изредка над головой летали в тыл.
Но через неделю приходит приказ на смену передовых частей. Тут ротный что-то приуныл, лицо у него осунулось и языком не треплет больше. Но в этот раз Федоткину повезло – немец тихий был и особо наши части не беспокоил, разве что по ночам осветительные ракеты пускал. Федоткину такое положение было на руку, в роте шутили, что он договорился с немцами или они услышали о его подвигах и боятся провоцировать.
Сам ротный ходил позевывая, но выяснить как устроена немецкая оборона не удосужился. А ведь это первое, что должен сделать командир подразделения: выяснить, где находится передний край немцев, понять систему огня, установить ориентиры для нашей артиллерии. А еще нужно узнать, есть ли вражеские снайперы на участке, какие места облюбовали наблюдатели и корректировщики, где находятся проходы в минных полях. Ничего этого Федоткин не знал, и знать не хотел.
Однажды комбат уехал в дивизионный штаб. Пользуясь этим Федоткин засел в блиндаже, попивая спирт, да гоняя пластинки на выпрошенном у комбата патефоне.
Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Вот и гитлеровцы решили прощупать наши позиции. Разведка у фрицев не дремала, поэтому о том, что окопы заняло новое подразделение, они наверняка были в курсе. Разведка боем – дело обычное и с немецкой и с нашей стороны.
Наши, правда, обычно ее проводили на совесть, порой от полноценного боя такие операции отличить было невозможно и если при этом брали населенный пункт, высоту или вражеские траншеи, то потом докладывали о решительной атаке. Ну, а если получались потери, и приходилось отступить, то рапортовали о разведке боем.
Немцы поступали наоборот – больше имитировали разведку боем. Обычно просто поднимали шум, постреляют и ждут нашего ответа, чтобы срисовать огневые позиции. А уже по ним потом открывает огонь из минометов или артиллерии. Иногда просто немного постреляют, выползут из окопов, но тут же возвращаются.
Так вот посреди ночи немцы открыли не особо активную стрельбу. Наши солдаты сразу сообразили – просто не дают спать. Попытки провести атаку даже не было. Для опытных фронтовиков это было будничное явление, но Федоткин перепугался. Он вылетел из блиндажа и начал орать, требуя немедленно дать ему связь со штабом полка и дивизии. Он требовал от связиста немедленно сообщить, что произошел прорыв позиций. Но связиста не было – ротный сам его выгнал из блиндажа, чтобы тот не мешал ему «культурно отдыхать».
Видно было, что ротный никак не протрезвеет, и не понимает, что происходит. Вел себя он, как полный ноль. Когда же он увидел, что по окопам мчатся цепочки немецких трассеров, то Федоткин совсем сошел с ума и начал кричать, что ему нужна связь со штабом армии или фронта.
С перепуга он побежал куда-то в темноту, попав на минное поле, про которое даже не знал. Подорвался, конечно. Контузило. До госпиталя он не дожил. Когда его вытащили с минного поля, было уже поздно. Если честно, то никто особо не торопился его спасать и потом никто и не горевал.
Хуже нет с таким командиром идти в атаку – только людей загубит. Обычно подобные типы сами живыми оставались, потому что прятались за спинами бойцов.
После гибели ротного приходили из особого отдела, опрашивали ребят, кто и что видел. Но особо не копали, знали, похоже, что за фрукт был этот Федоткин и понимали, что армии без него будет лучше.
Единственное что непонятно – кто Федоткина на передовую отправил и до командования допустил. А вообще таких кадров хватало, некоторые панически боялись фронта. Могли нажраться какой-нибудь гадости, чтобы с отравлением попасть в госпиталь или в колесо полуторки ногу засунуть, чтобы увечье получить.
⚡Больше подробностей можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars
Ветеран вспомнил, был такой из Алма-Аты призванный. На марше сунул он ногу в колесо проезжающей машины. Но сделал он это так неудачно, что многие видели, как он специально себя покалечил. Его хотели отправить под трибунал, но тут немецкие самолеты на колонну налетели. Люди разбежались, бека бросили, он-то без ноги бежать не мог. Вот он под очередь немецкого истребителя и попал.
Подпишитесь, чтобы не потерять мои новые статьи. Поддержите статью лайком👍Пишите своё мнение. У меня есть Телеграмм-канал
А были ли у Вас на службе подобные "кадры"?