Ночь выдалась тяжёлой. Сабина с трудом смежила веки: ей всё чудилось, будто за окнами слышатся далёкие шёпоты, а тени колышутся в неверном свете луны, точно взывая к ней из прошлых кошмаров. Когда же первый бледный рассвет коснулся оконного стекла, она, почти не отдыхав, поднялась и ощутила, как усталость налегла на неё всей тяжестью. Но отступать было нельзя: ещё со вчерашнего вечера её не покидало напряжённое чувство, что деревня стоит на пороге новых бед.
Утро возле ларца
Спустившись вниз, Сабина нашла Марту уже на ногах: трактирщица кипятила воду для травяного отвара, энергично помешивая ухватом в большом котле. Увидев Сабину, она бросила озабоченный взгляд на дверь кладовой, где хранился таинственный ларец со свитками.
— Доброе утро… если оно хоть немного «доброе», — вздохнула Марта, вытирая руки о передник. — Хотела было сама заглянуть в эти бумаги, да не посмела. Боюсь, вдруг там что-то… опасное.
— Не думаю, что оно опаснее наших страхов и подозрений, — сухо ответила Сабина, шагнув в кладовую. — Но буду осторожна.
Внутри было тесно и темновато; лишь тонкая полоска света пробивалась сквозь щель в дверном косяке. Она отыскала ларец, стоящий на грубо сколоченном столе, и достала пару свитков, менее всего повреждённых огнём. Написано было странной смесью латыни и местного наречия, но кое-что читать можно было без особого труда.
Среди обгорелых текстов:
- Описание каких-то «обрядов» с упоминанием «Лунного свода». Шла речь о «жертвах» и «очищении» — это заставляло кровь стыть в жилах.
- Письмо (скорее всего, личное) с подписью старосты, где он обращается к кому-то «мой друг в тени»: благодарит за помощь в поисках «истинного пути» и просит подтверждения, что «грехи будут искуплены».
«Неужели староста искал способ искупить вину? — подумала Сабина, поджав губы. — Возможно, он участвовал в чём-то чудовищном и теперь хотел выйти из игры. Но его опередили».
Решение вернуться в пещеры
Покончив с беглым чтением, Сабина аккуратно вернула свитки в ларец и вышла к Марте, помахивая в воздухе незажжённой лампой, которую раньше припрятала на всякий случай.
— Я собираюсь к горным пещерам, — сообщила она решительно. — Староста упоминал их. Отто рассказал, что покойный звал его туда накануне гибели. Что-то важное скрывается в глубине гор, и нам придётся это выяснить.
Марта побледнела:
— Что ж тебе за охота лезть в опасность? Там же снега и кручи, а тропа не всем по силам…
— Вот именно. Поэтому я иду сейчас, пока светло, — ответила Сабина и попросила трактирщицу приготовить ей немного провианта и тёплые плащи. — Если долго ждать, вдруг убийца скроется, а вместе с ним и все улики.
Пока они собирали нехитрую поклажу, в трактир незаметно просочился Вильгельм-знахарь. Он, отряхивая снежинки с полы плаща, напряжённо оглядел Сабину и спросил глухим голосом:
— Вы… хотите идти в горы? Может, я пойду с вами? Я хоть и отшельник, но кое-что понимаю в травах и смогу оказать первую помощь, если что.
Сабина прищурилась. Было в его взгляде нечто противоречивое: страх перед неизвестным и одновременно жажда узнать, что погубило его жену (и, возможно, продолжает губить людей в деревне).
— Хорошо, — произнесла она, после недолгой паузы. — Но предупреждаю: если вы решите сбежать или утаить что-то, я это увижу.
Знахарь криво усмехнулся:
— Сбежать я мог давно… Да только чего бегать от своей судьбы?
Неожиданное пополнение в команде
Когда они уже выходили из трактира, столкнулись с Отто, который, похоже, следил за обстановкой со стороны. Он выглядел непривычно взволнованным:
— Вы действительно идёте туда? — спросил он, нервно теребя ворот куртки. — Возможно… я могу помочь. Староста планировал взять меня с собой… Может, я знаю дорогу лучше?
Сабина заметила, что дрожь в голосе Отто выдаёт его внутренний конфликт. С одной стороны, он явно боится горных пещер и того, что там может быть. С другой — слишком долго носить в себе вину и вопросы об убийстве друга он не может.
— Ладно, — коротко сказала она. — Вильгельм, Отто… Но если хотите идти, не вздумайте затевать ссору. Я уже видела, как в деревне готовы перегрызть друг другу глотки. Здесь нам нужен холодный расчёт и бдительность.
Оба мужчины молча переглянулись, каждый в глубине души понимая, что другого не стоит недооценивать. Марта, провожая их, перекрестила вслед и тихо пожелала вернуться живыми.
Путь в горы
Тропа к подножию утёсов шла мимо заснеженных полей и редколесий. Зимнее солнце стояло низко и грело слабо, а ветер проникал под одежду, мгновенно охлаждая даже тёплые пальцы. Сабина уверенно шла впереди, прокладывая путь. За ней, осторожно ступая, держался Вильгельм, а Отто замыкал цепочку, то и дело оглядываясь, словно опасаясь погони.
Сперва долго не разговаривали: каждый был погружён в свои мысли. Лишь сухой хруст снега под ногами да редкие порывы ледяного ветра нарушали тишину. Но вскоре они достигли места, где тропка сворачивала к скалистой арке — тут начинались первые признаки пещерных ходов.
— Отсюда недалеко до того грота, о котором говорил староста, — негромко произнёс Отто. — Я пару раз ходил туда с ним… мы искали нечто вроде «места силы». Староста утверждал, что тут проводили обряды «избранные» алхимики.
Сабина чувствовала, как внутри у неё нарастает предчувствие. Это место будто дышало памятью о событиях, происходивших задолго до её приезда в деревню. Голые стволы деревьев, склонившиеся над уступами скал, напоминали когти, пытающиеся удержать путников.
Первые своды пещер
Наконец они вошли в мрачный коридор пещеры, подсвечивая путь факелом, который захватил с собой Отто. Внутри пахло сыростью и отдалённо — чем-то вроде прелых трав. Вильгельм настороженно принюхался:
— Пахнет… серой. Или какими-то солями. Может, здесь где-то залежи природных минералов. Алхимики ведь приходили сюда за редкими компонентами.
Заглянув в боковой «карман» пещеры, Сабина заметила странный рисунок на каменной стене: резной знак, почти стёртый временем, снова изображал пресловутую змеиную линию, обвивающую полукруг, похожий на луну. Под ним смутно различались символы, напоминающие буквы, но вполне могли быть и просто выколотыми точками.
— Судя по всему, легенды о культе «Лунного свода» в этих краях не пустой звук, — заметила она вслух, переводя взгляд на Вильгельма. — Кто-то, возможно, веками передавал эти тайны по цепочке.
Знахарь вздохнул, обхватил себя руками:
— Моя жена… она… говорила, что искала «сокрытую мудрость», чтобы исцелять людей от любого зла. А оказалось, что вся эта «мудрость» может обернуться проклятием, если ею злоупотребить…
Отзвуки из глубины
Дальше тоннель шёл вниз по гладкому, влажному склону. Один неверный шаг — и можно соскользнуть, ушибившись до полусмерти. На стенах выступали капли, звонко падающие в темноту. У каждого из троих сердце билось чаще обычного: казалось, с каждым шагом воздух становился тяжелее и холоднее.
Внезапно до их слуха донёсся глухой стук, словно где-то глубже внутри пещеры кто-то ударил камнем о камень. Сабина нервно сжала кулаки:
— Слышали?
Мужчины кивнули. Отто, словно позабыв о своей робости, шагнул вперёд:
— Там, похоже, ещё один грот. Возможно, кто-то уже здесь. Надеюсь, это не тот, кто… — Он осёкся, не желая произносить страшное слово вслух.
Факел вырывал из тьмы контуры стен, причудливых каменных «наплывов». Наконец они вышли в небольшое расширение пещеры, наподобие подземного зала. И тут же у самых ног Сабины что-то хрустнуло. Приглядевшись, она с ужасом увидела, что наступила на обломки деревянной шкатулки, явно недавно разбитой. Рядом лежали обрывки бумаги, залитой чем-то похожим на воск.
— Похоже, что здесь уже кто-то побывал, — пробормотал Вильгельм, нервно оглядываясь. — Может, тот самый, кто хотел уничтожить бумаги, а заодно запутать следы?
Сабина склонилась над обломками, поднеся к ним факел Отто:
— Ищите любые надписи, символы… Может быть, тут сохранилось хоть что-то.
Нежданное гостеприимство
И в этот самый миг из полутьмы коридора, ведущего ещё глубже, вышла фигура в плаще. Синие отблески факела скользнули по острому лезвию ножа в руке незнакомца. Сердце Сабины экстренно забилось: «Только бы это не был вооружённый убийца…»
— Стойте! Кто вы? — крикнул Отто, вскидывая факел. — Мы не желаем зла, просто…
Но фигура резким движением спрятала нож под плащом и бросила на них хриплое:
— Молчите! Тсс… Вы привлечёте сюда других. И не факт, что они будут столь любезны.
По голосу было сложно определить ни возраст, ни пол. Тон у незнакомца звучал холодно, но не враждебно. Сабина ощутила, как дрожь пробежала по её спине. «Друг или враг?» — мелькнуло в сознании.
Вильгельм выдавил приглушённо:
— Кто… кто здесь может быть ещё?
— Те, кто хочет полной власти и чьи действия давно вышли за рамки человеческого, — отозвался незнакомец. — Вам лучше уйти. Я лишь пытаюсь… исправить ошибки прошлого.
Сабина решилась шагнуть вперёд, подняв ладонь в мирном жесте:
— Погодите. Вы ведь не хотите, чтобы люди умирали из-за тайн «Лунного свода»? Расскажите правду. Нас уже не остановить.
Незнакомец помедлил. В холодном свете факела виднелся кусок светлых волос, выбившихся из-под капюшона, и острый подбородок. Затем незнакомец тихо произнёс:
— У вас нет времени. Если вы действительно хотите остановить тех, кто принёс зло в эту деревню, идите за мной. Но предупреждаю: увиденное может потрясти вас. А если у вас не хватит духу — лучше повернуть сейчас.
Внутренняя борьба и выбор
Сабина колебалась. Отто нервно переступал с ноги на ногу, а Вильгельм тихо выдохнул: «Мы уже зашли слишком далеко». В конце концов Сабина кивнула:
— Покажите путь.
Незнакомец чуть склонил голову, жестом указывая им следовать на восток по более узкому тоннелю, вдоль которого шли плохо различимые символы — те самые змеи, lune, и прочие знаки культа. Шум капающей воды становился громче, как будто впереди стыл подземный ручей.
Идти приходилось гуськом. Порой они слышали эхом какие-то шорохи и гул, словно в этих пещерах была целая сеть переходов, где могли бродить другие люди. Сабина постоянно ощущала напряжение в плечах: а что, если их заманивают в ловушку?
Скрытый зал
Наконец тоннель расширился, и факел выхватил из темноты сводчатый зал, в центре которого высилась каменная плита с высеченными на ней буквами. Воздух тут был спертый, словно не проветривался веками. Повсюду виднелись объедки костров, оплавленные свечи и перевёрнутые книги, обёрнутые в кожу. Змеиная символика бросалась в глаза: вырезанные на колоннах, на стенах и даже на полу.
Незнакомец остановился. Сабина увидела, что под капюшоном таится женское лицо: резкие черты, бледная кожа. Голос её теперь прозвучал отчётливее:
— Меня зовут Гертруда. Когда-то я принадлежала к кругу людей, кто верил в силу «Лунного свода»… но всё зашло слишком далеко. После смерти старосты я пытаюсь уничтожить следы, чтобы остальные не… — Она сжала губы. — Я не могу позволить, чтобы эта чума распространилась.
Отто при упоминании старосты вздрогнул:
— Значит, вы знали моего друга…
— Да, — кивнула женщина. — И для него всё это обернулось катастрофой. Он хотел искупления, хотел разорвать клятву, но уже не мог. Ему угрожали. Видимо, кто-то решил покончить с ним, чтобы тот не раскрыл секреты.
Сабина вглядывалась в тёмные углы зала:
— И что теперь? Почему вы подожгли дом со свитками? Это были важные улики!
Гертруда смутилась:
— Я хотела уничтожить записи, чтобы никто не продолжил ритуалы. Но не знала, что кто-то там живёт… Простите. Я не хотела смертей. Всё вышло из-под контроля.
Вильгельм, слушая это, горько произнёс:
— Вы не представляете, сколько боли принесли подобные «ритуалы»… Моя жена верила в них и погибла.
— Я понимаю, — глаза Гертруды наполнились отчаянием. — Но я не одна… Есть другие, кто готов продолжать ритуалы ради власти и золота. И если их не остановить, деревню ждут новые потери.
Новый след
Сабина почувствовала, как внутри складывается пазл: кто-то из «круга» старосты решил избавиться от него, когда тот вознамерился всё бросить. Возможно, у убийцы есть и сообщники — те, кто охотится за бумагами и не боится пролить кровь. Она сделала шаг вперёд:
— Имя. Нам нужно знать имя человека, который стоит за всем этим. Кто руководит этими обрядами?
Гертруда колебалась. Потом покосилась на Отто:
— Не хочу ранить вас, но… ключевая фигура — ваш общий знакомый. Тот, кому все в деревне доверяют. Если я произнесу его имя здесь, боюсь, нас всех поглотит тьма, — её голос задрожал. — Но он подкупил многих. И сейчас наверняка ждёт, чтобы завершить «последний» ритуал. Ему нужна определённая жертва… дочь старосты, Юстина.
— Юстина?! — ахнул Отто. — Боже милосердный, она ведь совсем… да как он мог?!
Сабина похолодела, вспомнив, как Юстина боялась говорить о делах отца. Неужели и с ней могли расправиться?
— У нас мало времени. Я должна спасти Юстину. И понять, кто же этот загадочный лидер.
— Тогда не теряйте ни секунды, — заключила Гертруда. — Я здесь ещё что-то поищу и уничтожу. А вы поспешите обратно в деревню. И если сможете… остановите его.
Заключение главы
Сердца всех троих — Сабины, Вильгельма и Отто — сжимались от осознания, что в деревне, где уже пролилась кровь, может произойти ещё более страшное преступление. Теперь они знали, что Юстина в смертельной опасности. И за всем этим стоял кто-то «на виду», чьё имя пока никто не решался назвать.
— Идём, — коротко сказала Сабина, глядя на напуганных мужчин. — Пусть эта история закончится здесь. Молитесь, чтобы мы успели.
Они повернули обратно к выходу, оставляя позади странную женщину по имени Гертруда, которая призвала их к решающему столкновению. В полутьме пещеры ещё долго были слышны её шаги и тихий гул разрушаемых артефактов. И кто знает, какие мрачные тени скрывались в следующем зале «Лунного свода»?
Так закончилась глава, наполненная холодными каменными сводами и признаниями о роковых деяниях. Однако настоящий финал, казалось, ещё впереди — в деревне, которую теперь нужно спасти от самой тёмной стороны человеческой души.