В какой-то момент истории какой-то случайный человек решил, что мы должны посвящать пять седьмых нашей жизни труду и получать только два дня на восстановление перед тем, как всё начнётся снова. И мы просто… согласились. Никаких массовых протестов.
Никакого «Погодите, это же несправедливо!» Просто коллективное согласие с тем, что соотношение 5:2 между работой и отдыхом — это почему-то разумно. И вот, спустя сотни лет, мы всё ещё просыпаемся по будильнику, едем на работу как зомби и выгораем уже к среде. Ради чего? Представьте, что это переговоры: Босс: «Ты будешь работать большую часть своей жизни, а взамен мы дадим тебе… субботу и воскресенье.» Человечество: «Звучит здорово!» Босс: «А ещё тебе нужно будет спрашивать разрешение на более длинные перерывы, и мы можем сказать “нет”.» Человечество: «Эм…» Босс: «И, кстати, некоторым из вас придётся работать и по выходным.» Человечество: «Погодите —» Босс: «Сделка закрыта! А теперь обратно к работе.» Как мы на это согласились? Как получилось,