Человек, бывший неоднократно предателем своего отечества (и не только его), был другом и учеником Сократа, признававшим его правоту и мудрость, но поступавший в согласии со своими желаниями и обстоятельствами был во многих отношениях талантливым человеком. Полководец, пират, трижды олимпийский чемпион и просто умный человек должен был по идее следовать заветам и советам Сократа, если Сократ действительно был для него большой авторитет, но, нет. Ни в юности, ни позже такого не видно.
На примере Алкивиада, многие историки и чуть ли не современники Сократа обвиняли его, в том, что именно он плохо на него повлиял, раз он так предательски себя вёл, наверное, игнорируя тот факт, что у Сократа было много умных и даже выдающихся учеников (чего одни Платон, Антисфен и Ксенофонт стоят!). Ничего удивительного и сверхненормального нет в том, что у хорошего и мудрого человека бывают плохие ученики, друзья и даже члены семьи. Можно, конечно, возразить, раз он мудрый человек, то он должен не иметь никаких отношений с плохими людьми, чтобы не портить себе репутацию. Но ведь кого угодно можно оклеватать, тем более и мудрый человек не может себе отказать в надежде, что в конце концов и плохой человек много чему хорошему у него научится и со временем перестанет склонять ко злу всякого вида и рода. Разве мудрец не имеет такого права, как любой человек?
Алкивиад своей бурной жизнью доказывает, что находясь под влиянием мудрого и добродетельного человека, можно оставаться самим собой, как и наоборот, можно видеть перед собой плохого авторитетного человека, но не поддаваться его влиянию, лишь сам человек хотел этого, так как только он и принимает решением, кем ему быть сегодня, завтра и послезавтра. Всё зависит от него. Но для большего осуждения, конечно, присутствие выдающегося мудреца несомненно важно. Потому что не будь его, можно было бы сказать, что у того же Алкивиада, не было никаких причин становится лучше чем он был на самом деле. Во всяком случае, как говорится попытка, ни пытка, есть возможность стать лучше, но если человек не пользуется ею, он подвергается общественному и историческому порицанию, особенно если оно практическое и настоящее, какое-то время рядом с тобою.