Мой брак, который должен был стать моим спасением и новой ступенькой развития, оказался ловушкой. По факту я ухудшила свои бытовые условия: из отдельной квартиры попала по сути в коммунальную, с очень недружелюбными соседями. Физически это было выносимо, а вот морально... Муж меня не поддерживал — он вообще не видел проблемы, для него это пространство было знакомым и привычным с детства. К тому же, по характеру он был человеком малоэмоциональным и практичным и от других требовал того же. А как ни крути, я жила на его территории. Назад уже было не отмотать, пришлось адаптироваться, привыкать, уговаривать себя, что вот так — нормально. Я не могла скандалить — атмосфера в доме была и без этого напряжённой, и устраивать шоу на радость родственникам никакого желания не было. Всё копилось внутри. Сначала незаметно, а потом начались сны...
2011 год
Мне снится очень странный сон. Я сплю на своей кровати, дома, среди привычных вещей. А рядом со мной на соседней подушке лежит телевизор, огромный, тяжелый и старый, типа какого-то древнего «Восхода». Отвернутый от меня кинескопом, он демонстрирует мне пыльную решетчатую спину. Я этого не знаю, я сплю. И мне невдомёк, что буквально через пару минут я развернусь во сне и paзобью руку в кpoвь о его ocтрый металлический угол. И что буду оглушительно кpичать, пока не проснусь и, обливаясь холодным потом, найду в своей кровати белый мёpтвый холодильник дверкой вверх.
К чему всё это? Ах, да… за последнее время я осознала, что всё, чем я занимаюсь дома – это бытовая техника. Мы с мужем «ведём совместное домашнее хозяйство». Это громко сказано, потому что по сути всё, что мы совместно делаем дома – это едим, спим и собираемся куда-нибудь свалить. Иногда я смотрю на него и понимаю: я совершенно, абсолютно не знаю человека, за которого вышла замуж. Нет, я помню, конечно, сколько ему лет, знаю размер его ботинок (потому что их, 46, фиг где в магазине найдёшь) и что он любит лапшу по-флотски. Что kyрит по пачке в день, привязывается к машинам сильнее, чем к людям и последнее время спит всегда, повернувшись ко мне спиной.
Ещё, из интересного: он не выносит слёз. Моих. Ну может и в принципе – женских. Они его раздражают, выводят, доводят. В трёх стадиях, за которыми, как правило, следует 1. удар кулаком об стену, 2. убег из дома и 3. раскур оставшегося в пачке никотина. Поверьте, это куда хуже всего, что я видела, любых мужских реакций. Ты со своей бедой становишься для него omерзительна настолько, что вокруг тебя нужно возвести кирпичную кладку метра в два. Звуконепроницаемую. За десятки таких случаев уже образовался koнцлагерь-лабиринт: брожу, натыкаясь на стены, хочешь пожаловаться – иди в угол и там плачь. Хочешь поговорить – звони подруге, хочешь сходить в кино на фильм, который тебе нравится – иди одна, хочешь провести вместе выходные – отвали, я работаю.
А ведь начиналось-то всё с моей мысли о «противоположностях, которые сходятся». Да и было поначалу неплохо. Весело. И к чему всё скатилось?
Я уже не хочу плакать. Надоело. Теперь я похожа на бытовую технику, которую он так любит: у меня обтекаемые формы, я гладкая, белая и совершенно холодная. Мною, наверное, теперь можно любоваться, меня, наверное, уже можно назвать хорошей женой, но мне уже всё равно. Потому что технике в принципе безразлично на всех. Она абсолютно самодостаточна.
Вот такой и была моя ловушка изнутри: у меня был дом, у меня был муж, но всё это только казалось, на самом деле я так и продолжала, как в детстве, от которого всю жизнь убегала, быть совсем одна на враждебной территории, да ещё и нести ответственность за ребёнка. И то, что у меня сейчас есть муж, меня не спасало так же, как в детстве мысль о том, что у меня есть мама и папа — вот они, рядом. Я продолжала быть под воздействием семейной истории, судьба вновь и вновь предоставляла мне шанс сдать экзамен по этой теме, но я снова и снова проваливала его и оставалась на второй год. Как известно, из опасной ситуации у человека есть три выхода: замереть, дать отпор и убежать. И я пока ещё не знала, как мне поступить, но обстоятельства складывались так, что мне нужно было сделать выбор, хочу я этого или нет. И я его сделала. Я сбежала, при этом ухитряясь остаться на месте. Я просто создала новую субличность. Ну а что, дело-то привычное. Оставайтесь со мной, дальше будет интересно.