О Животных. Часть 1
О Животных. Часть 2
Животные няньки
Животные тянутся к теплу исходящему от человека. Только человек способен их обогреть.
«— Ты говорила, человек — умнейший во Вселенной, а сына нашего воспитывают звери. Не совсем нормально это. По телевизору я видел, одного, уже взрослого, человека показывали. Он младенцем к волкам попал, когда вырос и люди его поймали, он долго разговаривать не мог по-человечьи и умом, мне кажется, отстал.
— Для сына нашего все звери, что вокруг, не воспитатели, а няньки добрые, умелые и искренне влюбленные в него. И без сомнения на миг они отдать готовы жизнь за человека маленького своего.
— И долго ты их так дрессировала? Тебе и дед, и прадед помогали?
— Зачем дрессировать? Все сделал так давным-давно Создатель.
— Да как же так предвидеть всё заранее Он смог, чтоб каждую зверюшку научить, что делать и в какой момент? Там, на поляне, когда я наблюдал за сыном, на белок он внимание обратил, одна понравилась ему, к ней ручку протянул, заулыбался, «э» сказал протяжно. И белочка — стремглав к нему, и именно та белочка, которая понравилась ему. Малыш с ней потом играл, за лапку брал и хвостик гладил. И как же мог Создатель предвидеть ситуацию такую и белку научить?
— Создатель мудр. Он сделал проще всё и гениальней.
— Как?
— От человека, лишённого агрессии, корысти, страха и многих привнесённых позже тёмных чувств, исходит Свет Любви. Не видим он, но он сильнее света солнца. Живительна энергия его. Создатель сделал так, что только человек способен обладать способностью великою такой. Лишь человек! Лишь он один живое всё способен отогреть. Вот потому живое всё и тянется к нему.
На белочек своё внимание обратил Владимир, маленький наш сын, свой взор лишь на одной остановил, на ней он сконцентрировал внимание своё, и к этой белочке пошло его тепло. Она тепла почувствовала благодать, и бросилась к источнику, и хорошо ей было с ним играть. Любого зверя так же может сын наш подозвать.
Благодаря Создателю во всех новорождённых есть способности такие. Когда в Любви пространстве находятся они и ничто ещё не уничтожило прекрасного начала.
С утробы матери своей Любви пространство происходит, потом лишь расширяется оно. Дано испортить иль усовершенствовать Любви пространство только человеку.
Вот дедушка орла тренировал, ты слышал это, тем самым он в пространство новое привнёс. Так издревле ещё мои стремились сделать прародители, отцы и матери мои. И завтра необычный будет день, и ты увидишь, что произойдёт. Для будущего завтра будет важный день.», кн. 3, гл. В чём миссия отца.
Животным приятно, когда человек смотрит на них с Любовью, думает о них.
За свет Любви исходящий от человека они готовы жертвовать собою.
«Как Землю всю обнять, я стала думать часто. И не могла придумать. И знала, что со мной прадедушка не будет говорить, вопроса не услышу от него, пока задачу не смогу решить, и я старалась.
Но больше месяца прошло. Задача не решалась. И вот однажды я на волчицу посмотрела ласково, издалека. Она стояла на другом конце поляны.
Волчица завиляла вдруг хвостом под взглядом. Потом я стала замечать, что радуются все зверюшки, когда на них посмотришь с радостью и лаской. И расстояние до них, и их величина здесь неважны. Их радость также посещает от взгляда или когда подумаешь о них с любовью. Я поняла, им так же хорошо становится, как раньше от руки, когда рукой ласкаешь. Тогда и поняла... «Я» есть с ручками и ножками своими, но есть ещё «Я» большая, чем ручками возможно показать. И эта большая, невидимая, тоже я. Так, значит, человек устроен каждый, как и я. И это большее моё сумеет Землю всю обнять.
Движущаяся вверху точка стала быстро увеличиваться. Орёл, описывая круги, опускался над поляной. Когда кружил ниже крон деревьев, я увидел раскрасневшееся личико малыша, его блестящие от возбуждения глазёнки. Растопыренные в сторону ручки двигали пальчиками в такт взмахов крыльев птицы необычной. Когда маленькие ножки коснулись земли и стали волочиться по траве, когти орла разжались. Малыш упал, перевернулся на траве и быстро встал на четвереньки, потом сел, головкой завертел — он друга стал недавнего искать.
Орёл, покачиваясь, в сторону от малыша пошёл, но повалился на бок. Метрах в десяти от малыша как-то неловко на траве лежал орёл и в сторону откинул одно крыло. Дышал он тяжело, а голова к траве склонилась.
Малыш его увидел, заулыбался и пополз к нему. Орёл встать попытался навстречу малышу, но снова завалился на бок. Оскалившаяся злобно волчица в два прыжка оказалась между орлом и малышом. С волнением Анастасия прошептала:
— Как совершенны и строги Твои законы, Ты человеку изначально всё отдал, Создатель. Твоим законам следует волчица, но жалко, очень жалко мне орла.
— Что происходит? Почему волчица агрессивна, злится? — спросил я Анастасию.
— Орла к Владимиру теперь волчица не подпустит, его больным считает, раз он на бок завалился. Напасть на него может, чтоб отогнать с поляны. Не должен нападение Владимир видеть, не поймёт пока. О, что же?.. Что же предпринять?..
И тут орёл вдруг встрепенулся, на ноги твёрдо встал, гордо вскинулась его голова, два раза щёлкнул грозный клюв. Уверенной, гордой походкой орёл шёл к малышу. Волчица вроде успокоилась, посторонилась, но далеко не отошла, готовая в любой момент к прыжку, она неотрывно следила за происходящим.
Малыш трогал огромную птицу сначала за клюв, потом стал тянуть за перья крыла, трепать крыло и что-то требовать или просить, всё повторяя: «э-э», «а-а».
Крючкообразный клюв прикасался к темечку малыша и к плечу с рубцами от когтистых лап.
Потом орёл, наклонив к земле голову, сорвал клювом какой-то маленький цветочек и положил его в незакрывающийся, как у птенца, ротик малыша, всё произносящий свои звуки. Орёл покормил маленького человечка, как своего птенца, но снова пошатнулся. Волчица злобная готовилась к прыжку. И вдруг орёл... Разбег... Взмах крыльев... Взлёт!
Он поднимался выше, выше, потом вдруг резко пикировал к поляне, не долетая метра полтора до земли, выравнивал полёт и снова вверх взмывал. Малыш махал ему руками, тянулся, звал, смеялся ртом беззубым. Анастасия, неотрывно следя за орлом, с волнением шептала:
— Не надо так. Ты хорошо всё сделал. И ты здоров, я знаю, ты не болен. Ну отдохни же, отдохни. Спасибо! Я верю, верю, ты здоров! Ты просто стар немножко. Отдохни!..
Орёл ещё раз сделал свой сложный пируэт, да так, что зацепил когтями за траву, и всё же он не встал ногами, не оттолкнулся от земли, а, крыльями взмахнув могуче, сумел подняться в воздух, сорвав пучок травы когтями. Он сделал круг, осыпал сверху малыша травинками и стал всё выше, выше в небо подниматься. Анастасия по-прежнему неотрывно следила за ним, даже когда он в точку превратился, всё смотрела она на орла. Я тоже почему-то всё смотрел, как точка от поляны удалялась. Сначала просто вверх, потом вдруг резко в сторону, подальше от поляны. Вдруг точка пошла к земле, и вскоре стало видно, как то одно, то второе крыло раскрываются от ветра, не от продуманных усилий птицы.
И не махал он крыльями и не парил — он просто падал. Крылья на ветру его трепались, сами от ветра раскрывались.
Воскликнула Анастасия:
— Ты умер в небе, наверху! И там остался. Ты сделал всё, что мог для человека сделать. Спасибо... Тебе за высоту спасибо, старый мой учитель.
Орёл всё падал, а вверху над ним других два молодых орла кружили.
— Твои птенцы, окрепшие уже. Ты сделал всё и для их будущего тоже, — шептала Анастасия упавшему где-то за поляной старому орлу. Как будто, мёртвый, он слышать мог её.
Два молодых орла кружили уже низко над поляной. Я знал: они его птенцы, и им малыш махал...
— Ну надо же. Зачем эта бессмысленная жертва? Зачем он так? И всё для человека? Зачем же так стараются они, Анастасия? За что они так жертвуют собою?
— За свет, от человека исходящий. За благодать, что может дать им человек, и за надежду для детей своих. Теперь птенцы его увидят, ощутят от человека свет живительной любви! Смотри, Владимир, наш сын орлятам улыбнулся, они летят к нему. Быть может, понимал орёл, что в этом свете, от человека исходящем, благодатном свете, и его частичка будет.
— За свет от всех людей так жертвовать они собой готовы?
— За всех людей, кто источать способен благодатный свет!!!», - кн. 3, гл. Птица для познания души.
Животные стремятся получить от человека как награду исходящую от него благодатную энергию.
«Люди Ведического периода обладали знаниями мироустройства неизмеримо в большей степени, чем современный человек. Их внутренняя энергия позволяла усиливать рост одних растений и замедлять других. Домашние животные стремились выполнять команды человека не для того, чтобы получить пищу, которой и так было вдоволь, они хотели получить от человека как награду исходящую от него благодатную энергию.
И сейчас похвала человека приятна каждому: и человеку, и животному, и растению.», - кн. 6, гл. Жизнь без разбоев и воровства.
Предназначение животных