Найти в Дзене
Легенды Крыма

Бахчисарай: Легенда монастыре, о Деве и Драконе

В далёкие времена, когда над Крымскими горами лишь солнце и ветра знали людские судьбы, а ночи скрывали страхи в тени скал, жил в одной из пещер змей — древний и страшный, с глазами, как угли, и дыханием, подобным бушующему пламени. Он был порождением тьмы, что выползала из расщелин в горных вершинах, и долгое время никто не мог одолеть его. Ни лук, ни копьё, ни меч не оставляли на его чешуе даже следа. Он нападал на селения, опустошал амбары, сжигал поля. Но страшнее всего был не огонь — он требовал живую жертву. Раз в год люди должны были отдать ему самую прекрасную девушку Крыма. И никто не осмеливался ослушаться. Прошли годы, и настал день, когда жребий пал на юную Марьям. Она была столь прекрасна, что солнце казалось бледным по сравнению с её светлым лицом. Но ещё прекраснее была её душа — чистая, как родниковая вода, светлая, как лунный свет на морской глади. Она не плакала и не сопротивлялась, а молилась, принимая свою судьбу. — Если моя жизнь должна быть отдана, — шептал

В далёкие времена, когда над Крымскими горами лишь солнце и ветра знали людские судьбы, а ночи скрывали страхи в тени скал, жил в одной из пещер змей — древний и страшный, с глазами, как угли, и дыханием, подобным бушующему пламени.

Он был порождением тьмы, что выползала из расщелин в горных вершинах, и долгое время никто не мог одолеть его. Ни лук, ни копьё, ни меч не оставляли на его чешуе даже следа. Он нападал на селения, опустошал амбары, сжигал поля. Но страшнее всего был не огонь — он требовал живую жертву. Раз в год люди должны были отдать ему самую прекрасную девушку Крыма.

И никто не осмеливался ослушаться.

Прошли годы, и настал день, когда жребий пал на юную Марьям. Она была столь прекрасна, что солнце казалось бледным по сравнению с её светлым лицом. Но ещё прекраснее была её душа — чистая, как родниковая вода, светлая, как лунный свет на морской глади.

Она не плакала и не сопротивлялась, а молилась, принимая свою судьбу.

— Если моя жизнь должна быть отдана, — шептала она, — пусть это послужит добру.

И вот, когда её привели к пещере, тьма внутри, казалось, жила собственной жизнью. Ветер нёс шёпот древнего страха, а горы замерли, словно ожидая неизбежного.

Но случилось чудо.

Змей лежал у входа в свою пещеру — мёртвый.

Его громадное тело было изломано, когти вонзились в камень, а пасть застыла в безмолвном рёве. Не было ни следов битвы, ни оружия, пронзившего его плоть.

Но ещё более невероятным было то, что внутри пещеры, на самой скале, проступил лик Пречистой Богородицы. Свет исходил от неё, словно утренний рассвет, разгоняя вечный мрак пещеры.

Люди не смели говорить. Они лишь падали на колени, глядя на этот неземной знак.

Старейшины деревни велели осторожно снять икону и перенести её в храм, чтобы хранить среди людей, как величайшую святыню.

Но на следующее утро икона исчезла.

Её снова нашли там, где она впервые явилась — на скале у пещеры.

Тогда люди поняли: это место избрано свыше. Здесь должен стоять монастырь, защищённый самой Богородицей.

Так был построен монастырь, возвышающийся в ущелье Марьям-Дере. Он стал прибежищем для тех, кто искал спасения. И с тех пор ни один дракон, ни одна тьма не осмелились вновь коснуться этой земли.