В добротном кино экшене отрицательный персонаж не просто плохой, а узнаваемо плохой, безошибочно определяемый с первого взгляда. И таким не просто плохим, а запредельно плохим «мушкетерского кино», привычно тиражируемом киновоплощением зла, выпала сомнительная честь стать обворожительной Миледи Винтер (Ева Грин). Конечно, по влиятельности, ей очень далеко до кардинала, ведь она не волшебница, а только учится, но весь ход событий неотвратимо и безошибочно указывает - она самое главное зло. «Неясное темное прошлое», лишь усиливает чувство потенциальной угрозы и опасности, исходящей от этой неотразимой женщины, и придает ей неповторимо зловещий , и в то же самое время, привлекательный оттенок.
Однако, не все так прозаично. Понемногу закрадываются, пока еще только первые, призрачные, но тем не менее, уже формирующиеся сомнения. Ведь не совсем понятно, в чем заключается прошлый грех Миледи Винтер (какие аморальные поступки она совершила, в своем недалеком прошлом, (ведь ей не больше 30 лет), в каких антиобщественных фактах биографии притаилась зло ее судьбы, может быть тогда, в то время, триста лет назад это и было действительно каким-то серьезным, бросающим вызов всему обществу поступком, но сейчас, как-то не очень понятна причина обвинений в ее сторону.
Кино, впрочем, как и роман, просто все упрощает и показывает пальцем на главный отрицательный персонаж, главную «плохую». Дальнейшее развитие сюжета лишь усиливает впечатление, кажущейся порочности Миледи, впрочем, без особых весомых доказательств, и выставляет на всеобщее обозрение очень злую и порочную, героиню.
Однако, не все так прозаично, и на какое-то время, отключившись от киношных клише, и счастливо, избежав железобетонных штампов, можно все-таки попробовать выйти из зазеркалья, глотнуть свежего воздуха, и тут же внезапно обнаружить обратную, не совсем приличную, и почти совсем не героическую сторону, всеобще восторженной и «благородной мушкетерской» истории.
Четверо, полные нерастраченных, на полезные богоугодные дела сил, здоровых бузотеров, то есть мушкетеров (вернее трое, ведь Д'Артаньян становится мушкетером лишь в самом конце романа), которые в жизни ничего тяжелее рюмки, то есть кубка (строго по роману), не поднимали, и для которых смысл жизни заключен в попойках и драках, правда с героической поножовщиной, безуспешно преследуют очень злую (по их мнению), и очень порочную (сами они белые херувимы), но от того не менее красивую, и тем не менее, всего лишь женщину. При этом, учтем и то немаловажное обстоятельство, что триста лет назад возможности женщин, были весьма сильно ограничены.
Вот это странно. Ведь благородные мушкетеры короля (три плюс один). вроде бы, должны служить королю, причем персонально королю, полк то так и называется полк «королевских мушкетеров». Тому самому французскому королю, который, хоть и католик, но все-таки стремится к мирному сосуществованию всех своих подданых, как католиков, так и протестантов, потому что отлично понимает, что гражданская война грозит развалом государства, страны, централизованного управления, власти монарха, то есть его королевской власти.
Ну и вообще-то, именно этот самый французский король, (которого они предают и морально, помогая наставить ему рога, и изменнически, помогая врагу) выплачивает им жалованье. В то время как, не злокозненный английский герцог. В такой вот очень непростой, очень нестабильной военно-политической обстановке, «славные мушкетеры» (три плюс один), возможно, и невольно, по умственной ограниченности, в таком случае, тогда, где же их просвещенные и титулованные гордые дворянские головы, выступают, весьма прытко, в роли обычных презренных предателей, жалких представителей «пятой колонны». Но сами то себя они таковыми не представляют, и потому, не теряя времени, со всем нерастраченным в кутежах пылом и неутоленной в в любовных утехах страстью, они вовсю преследуют адептов кардинала, меж тем, как он то м есть главный идеолог централизации власти, французского абсолютизма, централизации власти монарха и опора королевского трона.
Однако, не все так прозаично и четверых (три плюс один) против одной, вопреки арифметике, все-таки мало. И в очередной раз, попытаемся посмотреть, с другого ракурса, и тогда, о чудо, лейтмотив романа предстанет в новом, ином качестве, теперь откроется другая сторона медали. Слишком долго выхолащивался роман Александра Дюма до стерильно идеалистического состояния, чтобы стать идеальным примером того чего в самом романе и не было, а отдельные поступки героев, детали и оговорки автора просто не замечались. И может получиться так, что роман вовсе (или не совсем) о рыцарстве, крепкой мужской дружбе, братстве и бескорыстной преданности товарищам (есть некоторые нюансы, которые ставят все эти превосходные категории), а о тайной невыполнимой миссии, когда и один, точнее одна, (как Шалтай Болтай), в поле (на задании), ценнее всей королевской конницы, всей королевской рати, и уж тем более четырех (три плюс один) неустрашимых рамками сознания «славных парней».
Миледи Винтер выполняет, «невыполнимое», по сложности, и в силу возникших обстоятельств, задание. Устраняет главную причину, возникающего военного противостояния - герцога Бекингема. Причем, выполняет задание в одиночку, без подручных («но работать без подручных - может грустно, может скучно»), будучи раскрытой «благодаря» предательству, сразу по прибытии на остров. Не поддаваясь панике, не теряя хладнокровия, находясь не просто, во вражеском логове, а по-настоящему, в руках врага, она отважно и целеустремленно продолжает миссию, и выходит, по итогу, не просто победителем, а что еще более триумфально - выжившим победителем.
Киноверсия Бурбулона, в области историчности, очень близка к литературному первоисточнику, при этом, образы главных героев получили новую редакцию и необыкновенную глубину, но это отдельная тема.