У меня есть двое детей. Дочь Сэм (17Ж) и сын(19М). Я всегда старался убедить их, что образование должно быть в приоритете. Сын уже закончил школу, он поступил в колледж, у него всё славно, а Сэм приняли в колледж, куда она хотела, даже на направление, которое ей понравилось. Моя мама пообещала заплатить за всё образование, включая обучение и проживание. Все были очень довольны данным решением.
Но после моего развода несколько лет назад, Сэм начала отдавать предпочтение семье моей бывшей жены. Каждые каникулы она отправлялась навестить семью со стороны матери, но не провести время с моими родственниками. Она всегда говорила, что с той стороны больше людей, и что кормят там получше. Я не мог спорить с тем, что расширенная семья Сэм именно по материнской линии, но я не думаю, что час-другой с бабушкой по отцу – непосильная ноша. Мою мать ситуация очень расстраивала, что отражалось и на их с Сэм отношениях. Две недели назад она позвонила мне и сказала, что больше не будет платить за образование Сэм. Ей кажется, что её постоянно отодвигают на второй план, и что Сэм относится к ней так, будто бабушка не имеет для неё никакого значения. Мне ненавистны эти слова, но я не могу не согласиться с ними.
С тех пор Сэм полностью осознала, что её обучение в колледже будет выглядеть совсем иначе, и ей, вероятнее всего, вообще придется сменить направление и учебное заведение. Вдобавок ко всему, кредиты ярмом повиснут на её шее. Она спросила, смогу ли я помочь, и я, конечно, помогу, чем смогу, но после нашего развода её мать забрала все фонды на колледж, чтобы купить на них дом. Это уже старое, но важное дополнение.
И хотя мне жаль дочь, я не чувствую, что отвечаю за действия своей матери. Она сделала выбор далее не помогать Сэм с обучением, и я не могу принуждать её изменить мнение. Я поговорил с мамой, объяснив все причины поведения Сэм, но она тверда в своем решении. Я также сказала Сэм, что она сама виновата в этом, так как относилась к бабушке хуже, чем к остальным членам семьи.
Сэм, понятно, расстроена, ей кажется, что ей наказываю за то, что она хочет проводить время с семьей по материнской линии. Однако, я верю, что она достаточно взрослая, чтобы отследить закономерность: «действия – последствия» и самостоятельно принять решение. Как родитель, я стараюсь учить своих детей тому, что они несут ответственность за свой выбор, и, как я думаю, эта ситуация ничем не отличается.
Дополнено:
Думаю, Реддита мне хватит. Я учту все, что вы сказали. Я еще раз поговорю и с мамой, и с дочкой. Вместе, как семья. Я удостоверюсь, что Сэм знает, что у всех действий есть последствия. И что моя мама тоже уверена в своих. Но, возможно, они обе правы.
Отмечу, что многие из вас просто злыдни какие-то. Я уже много лет живу в штатах, и здесь нет традиции вести себя после развода так, будто один из родителей помер. Многие из вас сказали: «Не удивляйтесь, что ваш ребёнок больше с вами не разговаривает». Может, в вашей жизни такое и принято, но для меня это неслыханно. Я часто разговариваю со своими детьми, а вам бы почаще в реальный мир выглядывать. У этого места много достоинств, но помните, что это контролируемая среда, а не реальность.
Другие называют Сэм ребёнком. Предполагаю, что это из-за разницы в культурах. Для меня Сэм уже давно не ребёнок. Она не взрослая, но и не малая дитятя. Мы считаем, что люди должны понимать, что у действий бывают последствия. Мы позволяем шестнадцатилетним водить машину, хоть это и опасно, а в восемнадцать они уже могут пойти воевать. В двенадцать дети уже могут подрабатывать, приглядывая за малышами. Сравните с возрастом в вашей культуре, потому что я думаю, будто это может быть особенностью нашей. Мне приходилось работать с самого детства, чтобы заработать на еду.
Спасибо всем