Отец Илий скончался 15 марта поздним вечером. На следующий день новость об его уходе взволновала без преувеличения всю страну. Тысячи людей устремились в Оптинский монастырь, чтобы поклониться гробу праведника, установленному в Казанском храме монастыря.
Холод и метель не стали препятствием, очередь растянулась до монастырских ворот. Люди продолжали приходить и приезжать из других городов, храм не закрывался даже ночью.
18 марта, в день похорон в Оптинском монастыре собралось небывалое количество людей. Припаркованные на обочинах машины и автобусы из разных регионов растянулись на несколько километров.
Отпевать старца прибыл Святейший Патриарх Кирилл, для которого отец Илий являлся личным духовником и наставником.
Чтобы тысячи людей могли видеть и слышать обряд отпевания, на территории монастыря и за его воротами установили два больших светодиодных экрана.
Подразделения Росгвардии следили за порядком, а в полевой кухне, которую они развернули у стен монастыря, любой желающий мог согреться горячим чаем.
Ровно в 12 Патриарх Кирилл обратился ко всем собравшимся со словами воспоминаний о покойном.
Он рассказал, что с будущим схиархимандритом, а тогда еще совсем молодым человеком Алексеем Ноздриным, они познакомились и подружились в 1965 году в духовной семинарии.
Интересно, что первым послушанием Алексея была работа на телефонном коммутаторе семинарии.
- Уже тогда многие замечали особые качества его души, - рассказал Патриарх. – С ним хотелось общаться, он привлекал к себе людей своей простотой, чистотой, любовью и абсолютной порядочностью. Алешу все любили.
Патриарх также рассказал об одной из важных миссий отца Илия – служении на Афоне.
Время было сложное – западные страны хотели разрыва связей России с местными братскими православными церквями, а светские власти Греции пытались запретить приезд иноков и паломников.
Решением Священного Синода в марте 1976 года в русский Пантелеймоновский монастырь был направлен отец Илий. Он стал одним из тех иноков, которые укрепили монашескую жизнь, помогли сохранить старинную обитель для Русской Православной Церкви и не допустили ее передачи грекам.
Патриарх Кирилл провел обряд отпевания, а затем состоялся крестный ход и тело усопшего обнесли вокруг храма. На братском кладбище прошла заупокойная лития и отец Илий был предан земле.
Наша справка
Схиархимандрит Илий (в миру Алексей Афанасьевич Ноздрин) родился 8 марта 1932 года в селе Становой Колодезь Орловского района (ныне — Орловской области) в крестьянской семье.
По собственному признанию, молиться начал с трех лет.
Детство пришлось на военные годы. В 10-летнем возрасте мальчик потерял отца, скончавшегося после ранения.
В 1949 году окончил школу и ушел в армию, где по настоянию сержанта вступил в комсомол.
Позже раскаивался в этом решении и, вернувшись домой, уничтожил комсомольский билет.
Закончил техникум, уехал работать в Волгоградскую область, где продолжал посещать церковь. По совету своего духовника поступил в духовную семинарию.
13 марта 1966 года пострижен митрополитом Никодимом пострижен в монахи с именем «Илиан». Позднее митрополитом Никодимом рукоположён в сан иеродиакона и иеромонаха. Нес службу в различных храмах Ленинградской епархии.
С 1966 по 1976 год провел в Псково-Печерском монастыре, после чего принял послушание отправиться на Афон.
В Россию вернулся в 1989 году, был направлен в качестве духовника в восстанавливаемую Оптину пустынь.
В 2009 году избран духовником новоизбранного патриарха Кирилла и поселился на Патриаршем подворье Троице-Сергиевой лавры в Переделкино.
Последние полгода жизни провел в Оптиной пустыни.
Это интересно
Из воспоминаний отца Илия: "Это было летом 1943 года, после освобождения нашей деревни от немцев. Мы, мальчишки, часто бродили по местам недавних боев в поисках трофеев. Однажды я пошел в лес один. Я тогда любил уединяться для молитвы. И вот, проходя через небольшую поляну, я вдруг почувствовал, что должен остановиться. Не знаю, как это объяснить – просто какое-то внутреннее побуждение. Я огляделся и увидел, что земля в одном месте словно потревожена. Начал разгребать листья и обнаружил немецкий офицерский планшет со штабными картами и документами. Я отнес находку в наш сельсовет. Оказалось, что карты содержали важные сведения о расположении немецких частей и их планах. Меня хвалили, даже хотели наградить. А я тогда подумал: «Это не я нашел, это Господь указал мне». Годы спустя я узнал, что найденные мной карты помогли советскому командованию спланировать важную операцию, которая спасла множество жизней. Но больше всего меня поразило то, что на одной из этих карт крестиком был отмечен наш деревенский храм. Я много размышлял об этом случае и пришел к выводу, что Господь использовал меня как орудие для защиты Своего святого дома."