Начиная с первобытных времен и до наших дней женщины боролись с биологической и психологической силой, отличающей их от мужчин, с силой, которую мужчины называли дьявольской, а женщины почему-то покорно это принимали. Чего же так боялись мужчины?
С начала сотворения мира о мужчине уже все сказано, и ничего не осталось за кадром, тогда как женщина – настоящая тайна, terra incognita, как когда-то назвал женщин Фрейд.
Давным-давно на земле царили времена, когда мужчины поклонялись женщине, как воплощенному символу богини красоты, любви и творчества – Великой Матери, Иштар, или Афродите в греческой традиции. Женская природа олицетворяла сосуд, в котором животные инстинкты трансформировались в любовь и любовное совокупление, и соединяла в себе оплодотворяющую силу богини земли с жизнью простых смертных.
Но наступил момент, когда поклонение богине прекратилось, и постепенно стало доминировать убеждение, что женская природа содержит в себе зло. В новой традиции женщина стала Евой – воплощением соблазна, греха и бесовских сил. Само ее бытие стало напоминаем о физическом влечении, которому следовало сопротивляться. Женская чувственность больше не считалась божественным даром Великой Матери, а наоборот стала причиной ее унижения.
Во времена Римской империи женщины были полностью лишены всех прав. Даже в греческой высокоцивилизованной культуре существовали такие установки, которые Пифагор выразил известной цитатой:
«Хороший закон создает порядок, свет и мужчину, а плохой закон создает хаос, темноту и женщину».
В последующие эпохи Ренессанса и Реформации подавление женственности стало еще более серьезным. Женщину считали пагубным существом, состоящим в связи с дьяволом, и называли ведьмой. Преследование женщин во времена охоты на ведьм в одной только Европе продолжалось примерно пять веков. В результате этого миллионы женщин были отлучены от церкви, заключены в тюрьмы или подвергнуты жестоким пыткам. Но чаще всего они приговаривались к смертной казни через сожжение на костре или повешение.
В русском языке слово «ведьма» происходит от старославянского «вѣдати», что означает «ведать», «знать». В английской языке слово «witch» - ведьма, происходит от старого английского «wicca», тоже означающего мудрость или знания.
Не говорит ли это о том, что мужчины всегда боялись и, возможно, боятся до сих пор присутствия тех, кто кажется им мудрой женщиной? Было ли это результатом переживаний мужчинами зависти и ужаса по отношению к женской природе? И если это так, то зависть и страх по отношению к чему конкретно?
Женщины действительно обладают неисчерпаемой, безграничной силой от природы, силой, живущей на самой глубине их биологического бессознательно. Эта сила обеспечивает женщинам такую власть и контроль, что лишь одного подозрения о ее существовании было достаточно, чтобы так перевернуть суть вещей о природе женщины, что в самом ее характере появились противоречивые установки и страх перед собственной природной силой.
Разгадка этой загадки, возможно, лежит в области биологии. В начале 1930-х годов немецкий этолог Конрад Лоренц, опираясь на свои широко известные эксперименты о социальном поведении птиц сделал необычное открытие - у всех живых организмов, включая насекомых, существует феномен перманентного и не стираемого временем запоминания, которое он назвал импринтингом.
Лоренс утверждал, что все живые существа характеризуются определенным запечатлеванием без срока давности, своеобразным отпечатком на всю жизнь, который привязывает их к материнской фигуре. Согласно британскому психоаналитику и основоположнику теории привязанности Джону Боулби, людям присущи те же реакции, что и животным, и все мы, женщины и мужчины, в одинаковой степени фиксированы на теле молодой матери, навечно запечатленном в нашей памяти.
Сила импринтинга напоминает силу притяжения земли, которая удерживает воды океанов и не позволяет земле улететь в космос. Точно так же сила импринтинга удерживает и не позволяет ничему вырваться из поля притяжения женщины.
Большинство психотерапевтов знают, что абсолютно все, как женщины, так и мужчины «женятся» на своих матерях: мужчины ищут импринтинг своих матерей в других женщинах, тогда как женщины любят в мужчинах то, что любят их матери. Возможно, эта сила запечатления, которая остается в глубоких слоях нашего бессознательного, и представляет собой ту самую определяющую "правила игры" власть, которую женщины негласно имеют над мужчинами.
Всем нам известно, какое значение придается в мире молодому женскому телу. Без сомнений понятие красоты относительно и, безусловно, связано с символическим образом обнажённого тела нашей молодой матери. Этот образ управляет нами без нашего осознания. Силу этого образа активно используют маркетологи, воздействуя на наши органы чувств неосознаваемыми посланиями о красивых обнаженных или полуголых молодых телах "безымянных" женщин. Это делается с одной единственной целью: добраться до примитивного, биологического ядра нашего бессознательного, пробудить там темные силы импринтинга и повлиять на наш выбор того или иного товара.
Столетиями женщины были обязаны подавлять свою сексуальность, иначе им грозило обвинение в демонических наклонностях. Они были лишены права свободно узнавать свою природу и природу своей сексуальности, чувствовали греховность своего тела и запирали его в «тюрьму», в попытках подражать мужчинам и встать с ними в один ряд. Кажется, что женщины даже вступили в бессознательный сговор с мужчинами против своей природы: мужчины завидуют силе женщин, всячески ее подавляя, а женщины ее боятся, выбирая мазохизм и атаку на собственное тело посредством неадекватных требований к нему, жестких диет и изнуряющих тренировок. Но может быть и другая стратегия атаки: набор лишнего веса, заедание и всякое отсутствие интереса к своему внешнему виду. Феминистки называют это актом агрессии против мужчин и против всего того, что им так нравится, но, как ни парадоксально, тем самым только уподобляются мужской природе.
Секрет исключительности женщины и ее целостность - не в мужских недрах, не в мужской силе, не в доминировании, контроле или пенисе, а внутри неё, в самом сокровенном и таинственном – в недрах потайной природы ее собственной загадочной сексуальности.