Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вне Zоны Kомфорта

Каждая поездка – одно и то же: «Вы же мужчина, уступите…»

— Вы, наверное, джентльмен, да? — с хитринкой спросила Вика, кокетливо откидывая тёмную чёлку и присаживаясь за маленький столик напротив. Поезд набирал ход, вырываясь за пределы города, и вагон гудел от суеты. Пассажиры шумели: кто-то пыхтел, засовывая сумку под сиденье, проводник громогласно требовал билеты, а в воздухе уже витал запах копчёной колбасы и солёных огурцов. Вика оглядела своё купе. Соседи попались спокойные: наверху расположилась женщина с суровым лицом, погружённая в книгу, а рядом сидел мужчина лет пятидесяти, явно не новичок в таких поездках. Но её взгляд притянула нижняя полка напротив — там, как король на троне, разлёгся мужчина, заняв всё пространство. Именно это место Вика считала своим по праву, а он, похоже, был готов её мечту разрушить. — Нет! — резко оборвал он, не дав ей договорить. Вика изобразила удивление, широко распахнув глаза. — То есть вы не уступите даме? — добавила она с лёгким упрёком. — Именно так, — отрезал он. — Шестой раз за два месяца еду вни

— Вы, наверное, джентльмен, да? — с хитринкой спросила Вика, кокетливо откидывая тёмную чёлку и присаживаясь за маленький столик напротив.

Поезд набирал ход, вырываясь за пределы города, и вагон гудел от суеты. Пассажиры шумели: кто-то пыхтел, засовывая сумку под сиденье, проводник громогласно требовал билеты, а в воздухе уже витал запах копчёной колбасы и солёных огурцов.

Вика оглядела своё купе. Соседи попались спокойные: наверху расположилась женщина с суровым лицом, погружённая в книгу, а рядом сидел мужчина лет пятидесяти, явно не новичок в таких поездках.

Но её взгляд притянула нижняя полка напротив — там, как король на троне, разлёгся мужчина, заняв всё пространство. Именно это место Вика считала своим по праву, а он, похоже, был готов её мечту разрушить.

— Нет! — резко оборвал он, не дав ей договорить. Вика изобразила удивление, широко распахнув глаза.

— То есть вы не уступите даме? — добавила она с лёгким упрёком.

— Именно так, — отрезал он. — Шестой раз за два месяца еду внизу. И каждый раз одно и то же: «Вы же мужчина, дайте место». Так что сразу говорю: не сдвинусь.

Вика опешила. Её шарм, который обычно открывал любые двери, не сработал. Она хмыкнула, отвернулась к окну и начала прикидывать варианты. Лезть наверх ей не улыбалось — не для того она выбрала поезд, чтобы скакать по полкам, как акробатка. Нужно было что-то придумать.

Её взгляд упал на боковую нижнюю полку. Там устроился парень — молодой, скорее всего студент, в потёртой куртке и кедах. Без простыни, прямо на голом сиденье, он уже лежал, задрав ноги, от которых несло за версту.

Собравшись с духом, Вика встала, изящно пошатнулась, будто от слабости, и «случайно» плюхнулась прямо на него. Парень вскочил, помог ей подняться, а через пару минут уже стелил ей полку и галантно предлагал занять его место.

Ещё через четверть часа она переселялась туда, скромно сетуя на трудности одинокой путешественницы. Парень только улыбался.

Но их покой нарушил шумный десант — в вагон ввалилась семья: крупная женщина с тремя детьми и кучей баулов загрохотала по проходу:

— Ну-ка, граждане, решайте, кто даст место матери с малышами! У нас верхние полки, а нам с детьми тут внизу надо!

Поднялся гвалт. Пассажиры, размахивая билетами, отбивались от претензий. Женщина возмущалась, дети хныкали, проводник равнодушно наблюдал со стороны.

Вике пришлось отстаивать своё новообретённое место. К счастью, парень, уступивший ей полку, не стал лезть в спор и ушёл в тамбур.

Когда страсти улеглись, Вика, наконец-то устроившись, взахлёб делилась историей с друзьями по приезде. Но, к её удивлению, никто из знакомых, особенно ребята, не поддержал её возмущения.

— А почему ты не взяла нижнюю полку заранее, если тебе так принципиально? — тихо спросил один из них.

— Я не думала, что это будет такая проблема, — буркнула она, надувшись.

Этот вопрос заставил её призадуматься. Ещё в поезде она заметила, как пожилой мужчина с трудом забирался наверх, но не сказал ни слова и никому не жаловался.

Теперь она уже не так уверенно рассуждала о том, кто кому должен уступать. Всё оказалось сложнее, чем она представляла.

Читайте также: