На втором курсе мои родители, похоже, решили, что чрезмерно баловали меня раньше, или вдруг уверились, что у меня вовсе нет никаких нужд. В любом случае, я постоянно вынуждена была отклонять предложения обновить мой гардероб.
Я помню, как мама уговаривала меня в магазине: "Примерь вот это, глянь сюда, тебе обязательно пойдет". Но ведь я уже взрослая девушка. Как же это утомляло! Проще было отказаться от вещей с рукавами: я научилась так растягивать или подтягивать их, что маме сразу становилось ясно — слишком коротки или, напротив, чересчур длинные.
Но когда я начала работать, я испытала это головокружительное чувство радости. О боже, как восхитительно обладать целой, настоящей зарплатой, которую ты можешь тратить по своему усмотрению! Это сладостное ощущение свободы! Хоть я и не выросла в заключении, всё же до сих пор не могу найти точные слова, чтобы описать это чувство.
Деньги я преимущественно тратила на путешествия. Учитывая, что из далеких поездок можно было привозить недорогие сувениры, это увлечение казалось вполне доступным. Каникулы я проводила с подругами, а в выходные дни или когда настроение опускалось до нуля, отправлялась в аэропорт и улетала туда, куда вела дорога. Прямо сейчас, здесь и сейчас, подходила к кассе, где ещё оставались билеты на ближайший рейс. Лучшим решением было отправиться к морю — любому, даже на один день, чтобы просто расслабиться.
Иногда я надолго застревала в незнакомом городе, забыв поинтересоваться расписанием рейсов. Самолеты домой летали не каждый день, а у меня, например, назавтра был важный семинар. Тогда приходилось либо догонять учебу позже, либо мчаться обратно сложными маршрутами через соседние города.
Никогда не рассказывала своим сыновьям о тех воздушных приключениях. Цены на билеты теперь совершенно другие, нежели были в девяностые и начале нулевых, да и делиться этими историями с ними — словно хвастаться возможностями, которых у них нет.
Наши дети часто легкомысленно относятся к деньгам, не понимая, сколько усилий нужно приложить, чтобы их заработать. Один из моих сыновей почти лишен каких-либо материальных запросов, что кажется мне странным. Другой же относится к финансам, вещам и технике с поразительной беспечностью.
«Просохатил», — так старший сын характеризует поведение младшего брата, который легко расстается с ценными предметами.