Знакомо: друг, который хвастается «молодецкими» подвигами в чате, а потом пьёт виагру тайком от жены. Или коллега, который шутит про «пенсию в постели», но после корпоратива признаётся, что уже год не было секса.
Почему после 40 мы играем в суперменов, вместо того чтобы честно сказать: «Да, мне страшно. Да, я устал. Да, я не знаю, как это исправить»? Врачи трубят: после 40 уровень тестостерона падает на 1-2% в год (и это не миф — подтверждают исследования Massachusetts Male Aging Study). Но я вот что заметил: мой друг Алекс, который бегает марафоны и ест авокадо, признался, что либидо у него — как в 25. А сосед дядя Вася, который курит с 15 лет, жалуется на «полный провал». В чём подвох? — Страх старости. Мы же не просто теряем гормоны — мы хороним миф о себе как о «самце». Однажды я поймал себя на мысли: «А что, если она заметит, что я уже не тот?» И знаете, что сделал? Стал избегать кекса. Парадокс? — Синдром Google-доктора. «Эректильная дисфункция? Значит, рак простаты!» — и вот ты