Танцовщику было всего 20 лет, когда он похоронил родного человека – Ты хочешь танцевать в балете?! – удивленная мама Коли Цискаридзе осела в кресло. Мальчику было 11 лет. – Конечно, она была против, – признается народный артист России. – И не только мама, но и все родственники. Это сейчас они рассказывают, что сразу увидели во мне будущую звезду. А тогда считалось, что мальчик из района Тбилиси Ваке, где я жил, должен как минимум учиться на юридическом или экономическом факультете университета. Это был аристократический квартал. Там обитали образованные и богатые люди. О поступлении в балетное училище или театральный вуз не могло быть и речи. Так что шансов стать танцовщиком у меня почти не было. Но надо знать характер Николая. – В итоге мама не только согласилась, чтобы я пошел в балет, но и сама повела меня в хореографическое училище! – улыбается Цискаридзе. – Как только я впервые вытянул ножку, все вокруг восхитились: «Феноменальный ребенок!» Но почему Коля выбрал именно балет? – Я
Танцовщику было всего 20 лет, когда он похоронил родного человека
– Ты хочешь танцевать в балете?! – удивленная мама Коли Цискаридзе осела в кресло.
Мальчику было 11 лет.
– Конечно, она была против, – признается народный артист России. – И не только мама, но и все родственники. Это сейчас они рассказывают, что сразу увидели во мне будущую звезду. А тогда считалось, что мальчик из района Тбилиси Ваке, где я жил, должен как минимум учиться на юридическом или экономическом факультете университета. Это был аристократический квартал. Там обитали образованные и богатые люди. О поступлении в балетное училище или театральный вуз не могло быть и речи. Так что шансов стать танцовщиком у меня почти не было.
Но надо знать характер Николая.
– В итоге мама не только согласилась, чтобы я пошел в балет, но и сама повела меня в хореографическое училище! – улыбается Цискаридзе. – Как только я впервые вытянул ножку, все вокруг восхитились: «Феноменальный ребенок!»
Но почему Коля выбрал именно балет?
– Я очень хотел на сцену! – объясняет 51-летний любимец публики. – Мама – физик по профессии, водила меня с детства по театрам. Я обожал смотреть спектакли, музыкальные постановки. И самому хотелось быть в центре внимания! Помню, если взрослые просили прочитать стишок, я вдобавок пел песню, а потом еще плясал «Цыганочку» с выходом. Меня трудно было остановить. Но как попасть в этот волшебный мир театра? Где дверь, ведущая на сцену? Случайно я узнал, что ребята, которые участвуют в балетных постановках, учатся в хореографическом училище. Вот и решил пойти туда.
А спустя три года занятий стало понятно: такому талантливому ребенку нечего делать в «провинциальном» Тбилиси – надо ехать в Москву, к педагогу высочайшего класса Петру Пестову (†81)!
– И перед мамой встал очень непростой выбор, – вздыхает бывший солист Большого театра. – В Тбилиси у нее было все: обеспеченная жизнь, любимая работа, роскошный дом, прекрасный муж – мой отчим. Он не хотел уезжать из Грузии. Но, выбирая между устоявшейся жизнью, мужем и сыном, мама выбрала меня. Бросила в Тбилиси все и уехала в Москву! Только теперь я понимаю, каково женщине в 55 лет решиться на такой героический поступок!
В Москве сытая жизнь закончилась.
– Мы поселились в комнате в коммунальной квартире, – рассказывает артист. – Жили на мамины сбережения и мои четыре стипендии, которые получал как лучший ученик хореографического училища.
А в 91-м случился дефолт.
– Все мамины накопления пропали. Плюс наложились переживания из-за переезда. И на нервной почве у мамы случился инсульт, – рассказывает звезда балета. – Три месяца лежала в больнице – еле выкарабкалась. А через четыре года состояние снова ухудшилось. Мама оказалась в больнице и через три месяца скончалась.
Танцовщику было всего 20 лет, когда он похоронил родного человека. Увы, Ламара Николаевна не застала триумфа любимого сыночка.
А ему этот успех достался очень дорогой ценой.
– Я танцую на… маминых костях! – вздыхает Николай Цискаридзе. – Если бы не моя любовь к балету, мы бы не уехали из Тбилиси, и мамуля так рано – всего 62 года! – не ушла бы на тот свет…