Подборка цитат ко дню рождения Николая Бердяева.
Николай Бердяев – русский религиозно-политический мыслитель, родился 18 марта 1874 года в родовом имении Обухово в Киевской губернии. Это поместье прадед Николая, генерал-лейтенант М. И. Бердяев получил от самого императора Павла I за верную службу Отечеству. Родители мальчика были аристократами: отец происходил из старинного княжеского рода Бахметьевых, а предки матери принадлежали династиям Потоцких, Мнишек и даже французских монархов.
Коля и его брат Сережа получили прекрасное домашнее образование, к подростковому возрасту они уже владели несколькими языками. Далее юного Николая отправили учиться во Владимирский, а затем в Киевский кадетский корпус. После этого родители планировали отдать сына в пажеский корпус, как в семье это делалось из поколения в поколение. Однако молодой человек решил пойти по другому пути, поступив в 1864 году в Киево-Печерскую гимназию.
Одновременно с этим Бердяев подал документы на физико-математическое отделение Университета Святого Владимира, где после года обучения перевелся на юридический факультет. Заветный диплом юриста студент так и не получил: его отчислили за членство в "Союзе борьбы за освобождение рабочего класса" и марксистском кружке.
Незадолго до этого юноша дважды попадал в поле зрения властей — после участия в антиправительственных митингах. В 1900-м Николай попал под полицейский надзор и был выслан на проживание под Вологду. Здесь начинающий мыслитель работал над своим первым философским трудом под названием "Субъективизм и индивидуализм в общественной философии". Автором предисловия к этой книге стал известный историк и политический деятель Петр Струве. Академик создал общественно-политическую организацию "Союз освобождения", куда вскоре вступил Николай Бердяев со своими единомышленниками.
Ранняя биография Бердяева была полна поисков себя: вступая в революционные сообщества, он порой переходил из крайности в крайность. Для молодых людей тех лет это было непростое, но безумно интересное и насыщенное событиями время. Начинающий философ стал непосредственным участником и одним из идеологов процесса, получившего название "Русский ренессанс начала 20-го века".
В своих философских работах Бердяев критиковал, а порой даже отрицал рационализм и теологию. По мнению автора, эти устаревшие концепции имеют разрушительное воздействие на личность, а ведь именно в свободе личности заключается полноценное существование.
Николай Александрович объяснял отличие личности от индивидуума. Философ писал, что личность – это понятие этическое, духовное, а индивидуум – явление природное. Над человеческой личностью не властны ни природа, ни церковь, ни государство. Свободе Бердяев придавал первостепенное значение, считал, что она должна быть независимой от божественного. Когда же нарушается "божественная иерархия бытия", неминуемо рождается зло.
На заре философской деятельности Бердяеву были близки идеи Карла Маркса. В более зрелом возрасте мыслитель стал глубже изучать идеи коммунизма для российских условий. В работе "Истоки и смысл русского коммунизма" автор выразил мысль, что одним марксизмом в столь грандиозном деле не обойтись.
Книга "Русская идея" — это размышления Николая Александровича о загадочной русской душе. В этом руде Бердяев не обошелся без исторических параллелей, острых афоризмов ярких аллегорий и образов. В произведение включено множество примеров из прошлых веков и настоящего для автора времени.
Спутницей жизни для Николая Бердяева стала Лидия Трушева, выросшая в семье уважаемого харьковского адвоката. Девушка получила прекрасное образование в одном из швейцарских пансионов, но вернувшись домой вместе со своей сестрой угодила в тюрьму за связь с антиправительственной организацией. После этого мать отправила дочерей во Францию, где они стали студентками Высшей Русской школы общественных наук.
В 1922 году Николая Бердяева выслали из страны. Лидия не могла отпустить супруга одного, поэтому отправилась вслед за ним. К тому же Трушева незадолго до этого приняла католическую веру, а большевики к тому времени развернули кампанию против католиков.
Первое время семья проживала в Берлине вместе с матерью и сестрой Трушевой. Вскоре близкая знакомая семьи оставила им в наследство недвижимость во Франции, и Николай с Лидией переехали в свой новый дом. Здесь Бердяев закончил свое автобиографическое сочинение "Самопознание", которое было издано после его кончины.
Знаменитый русский мыслитель скончался 23 марта 1948 года в небольшом городке Кламар неподалеку от Парижа. Незадолго до этого он потерял любимую супругу и единомышленника Лидию, которая умерла от рака.
Помощницей писателя стала сестра покойной Евгения. Она и нашла философа мертвым, прямо за письменным столом. Последние часы своей жизни Николай Александрович провел за работой над книгой "Царство духа и царство кесаря".
Согласно завещанию Бердяева, парижский дом отошел Русской православной церкви в Европе. Церемонию отпевания провели несколько православных священников, знавших писателя лично и имевших к нему безмерное уважение. На месте захоронения философа на кладбище Буа-Тардьё стоит лишь обычный скромный крест, памятника на могиле нет.
Цитаты:
"Жизнь есть все. Нельзя выделить из жизни философию, искусство, культ. Я "переживаю", когда познаю, мое познание всегда есть "переживание".
"О христианстве судят по христианам в наш маловерный век, век широко распространенного неверия. В прежние века, в века веры, о христианстве судили прежде всего по его вечной истине, по его учению, по его заветам. Но наш век слишком поглощен человеком и человеческим. Плохие христиане заслонили собой христианство. Дурные дела христиан, их искажение христианства, их насилия более интересуют, чем само христианство, более бросаются в глаза, чем великая истина христианства. И о самом христианстве многие люди нашего века начинают судить по христианам и христианам ненастоящим, внешним, выродившимся."
"Христианство есть религия любви, но судят о ней по злобе и ненависти христиан."
"Марксизм не есть социальная утопия, социально он осуществим, марксизм есть духовная утопия. Рационализация социальной жизни не решает ни одного духовного вопроса, духовная жизнь не подлежит рационализации, она ею лишь калечится. Попытки рационализировать и регулировать духовную жизнь лишь обострят трагический конфликт личности и общества. Проблема страдания и зла не есть только социальная проблема, хотя она имеет социальную сторону. Проблема страдания и зла есть духовная проблема, проблема духовной жизни. Человек не будет счастливее, когда жизнь его более устроится, страдания его утончатся и обострятся. Счастье не может быть организовано. Пока мир этот будет существовать, блаженство невозможно."
"Но аскезу нужно отличать от морали. Через аскезу человек стремится к совершенству, через мораль же исполняет минимум."
"Активное творческое отношение к жизни одинаково преодолевает и пессимизм и оптимизм. Человеческая жизнь исполнена страданий не только потому, что она зависит от необходимости, от неотвратимости законов природы, но еще более потому, что она зависит от случая. Случай играет огромную роль в человеческой судьбе. Свое счастье и несчастье человек принужден отнести главным образом к случаю, то есть к иррациональному, не объяснимому никакой закономерностью. Индивидуальное "стечение обстоятельств", которое обнаруживается в случае, не знает особых законов, по которым с человеком случается что-то счастливое или несчастное."
"Духовное отношение к случаю, от которого так часто зависят несчастья нашей жизни, требует не признания его объективной целесообразности, а признания его задачей, поставленной для осмысливания нашей духовной активности. Смысл "несчастных случаев" в испытании нашей духовной силы, он в субъективном, а не в объективном. Объективно в мировой жизни царит бессмыслица, но дух призван вносить в нее смысл."
"Труднее всего осуществить в жизни религию любви, но от этого сама религия любви не менее высока и истинна."
"Христианство не виновато в том, что правду его не исполняют и не осуществляют в жизни. Христос не виноват в том, что заветы Его попирают."
"В словах Христа, в Христовых заветах, в Священном Писании и Священном Предании, в учении Церкви, в жизни святых, вы не найдете всего того, против чего возражают критики христианства."
"Всегда нужно помнить, что в Церкви есть божественная и есть человеческая сторона, что жизнь Церкви есть богочеловеческая жизнь, взаимодействие Божества и человечества. Божественная основа Церкви — вечна и непогрешима, свята и чиста, она не может быть искажена, и врата адовы не одолеют ее. Божественная сторона Церкви — сам Христос, Глава Церкви, евангельское нравственное учение, основные начала нашей веры и догматы Церкви, таинства, действие благодати Духа Святого в Церкви. Но человеческая сторона Церкви погрешима и изменчива, в ней, в самом церковном человечестве могут быть извращения, болезни, упадок, охлаждение, как может быть и творческое движение, развитие, обогащение, возрождение. Грехи церковного человечества, церковной иерархии не являются грехами Церкви, взятой в ее божественной сущности, и нисколько не умаляют святости самой Церкви."
"Когда критикуют христианство, то критикуют грехи и пороки христианского человечества, критикуют извращение и неисполнение Христовой истины человеком."
"Трудно человеку примириться с несправедливостью и бессмысленностью выпадающих на его долю страданий. Человек может очень многое вынести, может вынести страдания, которые ему самому казались непереносимыми. Но труднее всего вынести бессмысленные страдания. Все существо человека возмущается против страданий бессмысленных и невыносимых. Слишком многие люди на земле считают свои страдания несправедливыми, не понимают, почему именно на их долю выпадают мучительные болезни, горькая нужда, неудачи, измены, почему им приходится страдать более, чем людям, которые не лучше их, даже много хуже. Объяснение человеческих несчастий первородным грехом ничего не объясняет, потому что обращено к "общему", а не к "частному". Более счастливые и удачливые, менее страдающие столь же поражены первородным грехом, как и несчастные и непомерно страдающие. Устанавливая пропорциональность между страданием и греховностью, мы уподобляемся утешителям Иова. Невозможно рационализировать человеческую судьбу. Такая рационализация принуждена все считать справедливым и, в сущности, отрицает существование зла. Задача, стоящая перед духовной жизнью, заключается совсем не в том, чтобы объяснить и оправдать страдания жизни, а в том, чтобы их просветлить и духовно пережить. Несение креста и означает духовно просветленное переживание страданий. Нужно нести свой крест жизни и облегчить несение креста другим людям, ближним."
"Для русского народа одинаково характерен и природный дионисизм и христианский аскетизм."
"Труднее всего спорить, когда вы имеете дело с очень элементарным и малокультурным противником."
"Чудо должно быть от веры, а не вера от чуда."
"Творческий опыт — особый религиозный опыт и путь, творческий экстаз — потрясение всего существа человека, выход в иной мир. Творческий опыт так же религиозен, как и молитва, как и аскеза"
"Познай самого себя и через это познаешь мир. Все попытки внешнего познания мира, без погружения в глубь человека, давали лишь знание поверхности вещей. Если идти от человека вовне, то никогда нельзя дойти до смысла вещей, ибо разгадка смысла скрыта в самом человеке."
"Только ответственный – свободен и только свободный – ответствен".
"Социальная утопия всегда заключает в себе ложь, и вместе с тем человек в своей исторической судьбе не может обойтись без социальных утопий, они являются движущей силой."
"Прошлое — призрачно потому, что его уже нет. Будущее — призрачно потому, что его еще нет. Нить во времени разорвана на три части, нет реального времени."
"Но недостатки христианства в мире были всегда недостатками христиан, недостатками человеческими, а не Божьими, неудача христианства была неудачей человеческой, а не Божией. Если вы не осуществляете правды и искажаете правду, то виноваты вы, а не правда."
"Нам заповедано не осуждать ближних, но мы постоянно осуждаем их по их внешним делам, по выражению лиц, не вникая в их внутреннюю жизнь."
"Жгучую, пронизывающую жалость испытывал я часто, когда смотрел в глаза животных: есть выражение глаз страдающих животных, которое нельзя вынести. Вся скорбь мира входит в вас."
"Широк русский человек, широк как русская земля, как русские поля. Славянский хаос бушует в нем. Огромность русских пространств не способствовала выработке в русском человеке самодисциплины и самодеятельности, - он расплывается в пространстве."
"Пусть я не знаю смысла жизни, но искание смысла уже дает смысл жизни."