Когда Алексей Толстой писал «Золотой ключик, или Приключения Буратино», он, возможно, не подозревал, что его сказка станет одной из самых популярных в русской литературе. Однако за наивной историей о деревянном мальчике с длинным носом скрывается нечто большее – настоящий кукольный театр с персонажами, в которых зашифрованы карикатуры на реальных людей. Среди них – культовые фигуры Серебряного века и раннего СССР, от поэтов-символистов до революционных писателей. Об этом, кстати, в одном из писем подруге писала Фаина Раневская. Одни из них были друзьями Толстого, другие – объектами его едкой сатиры, но все оставили свой след в этой книге.
Буратино – дерзкий бунтарь или Горький в юности?
Главный герой сказки – упрямый, непоседливый, находчивый и немного нахальный деревянный мальчик, который бросает вызов системе, не желая подчиняться устаревшим правилам. Согласно воспоминаниям актрисы Фаины Раневской, в Буратино легко угадываются черты Максима Горького – писателя, который, будучи выходцем из низов, прорвался в высшие литературные круги, стал революционером и наставником пролетарской литературы. Горький с его сложной судьбой, бунтарским духом и искренней верой в справедливость действительно мог стать прообразом неугомонного деревянного героя.
Мальвина – прекрасная, но холодная муза
Голубовласая девочка с изысканными манерами, требовательная и неприступная, ассоциируется с Любовью Менделеевой — женой поэта Александра Блока. Этот союз был странным: Блок боготворил супругу, но их отношения так и не стали по-настоящему близкими. Она была для него идеалом, далёким и почти недосягаемым. Похожая динамика прослеживается в «Золотом ключике»: Пьеро безнадёжно влюблён в Мальвину, но та отвечает ему лишь снисходительной заботой, не воспринимая его чувства всерьёз.
Пьеро – поэт, обречённый на вечную тоску
Меланхоличный, влюбленный в Мальвину и бесконечно несчастный Пьеро – это, конечно, карикатурный образ Александра Блока. Его стихотворения наполнены тоской, разочарованием и поиском недостижимого идеала, что делает его вполне узнаваемым в сказочном персонаже.
Одним из аргументов в пользу версии, что Мальвина и Пьеро – это Менделеева и Блок, служит сцена, в которой Мальвина учит Буратино писать фразу «А роза упала на лапу Азора». Исследователи отмечают, что это может быть скрытой насмешкой над Блоком: в его пьесе «Роза и Крест» главную героиню звали Изора. Совпадение вряд ли случайно, скорее, это намеренная ирония со стороны Толстого, подчеркивающая его отношение к модернистам. Таким образом писатель мог иронизировать над возвышенным стилем Блока и его отношением к Менделеевой, он мог высмеивать идеализацию женщины, столь характерную для поэта.
Карабас-Барабас и Дуремар – режиссёр-тиран и двуличный слуга системы
Если верить Раневской, образ грозного директора кукольного театра с длинной бородой отсылает к Всеволоду Мейерхольду – одному из самых значительных театральных режиссёров того времени. Он славился жёстким стилем работы и авторитарными методами управления актёрами. В длинной бороде Карабаса-Барабаса даже видят ироничное переосмысление длинного шарфа, который носил Мейерхольд.
Дуремар, торгующий пиявками, напоминает Вальдемара, одного из помощников Мейерхольда. Этот персонаж – мелкий, хитрый приспешник, существующий в тени своего господина. Возможно, таким же Толстой видел реального Вальдемара.
Есть ли в Буратино черты Гумилева?
Некоторые исследователи считают, что прообразом Буратино мог быть не только Горький, но и Николай Гумилёв. Этот поэт, путешественник и мечтатель был совершенно непохож на революционного Горького, но у него тоже был дух первооткрывателя. Он учился в Царскосельском лицее, где преподавал Иннокентий Анненский – человек, которого некоторые ассоциируют с папой Карло. В финале «Золотого ключика» герои обнаруживают за холстом кукольный театр с африканскими декорациями. Для читателей Серебряного века это было однозначной отсылкой к Гумилеву, который был известен своими экспедициями в Африку.
Сатира, замаскированная под сказку
Хотя «Золотой ключик» воспринимается как детская история, Толстой вложил в него тонкую пародию на свой круг общения. В образах персонажей скрыты узнаваемые фигуры литераторов и театральных деятелей Серебряного века, к которым писатель относился с долей иронии. Эта книга стала своеобразным прощанием с модернистской эстетикой и символизмом, с которыми он некогда был связан.
Возможно, именно эта многослойность сделала сказку такой живучей: дети видят в ней увлекательные приключения, а взрослые – сатирическое осмысление эпохи. А сам Буратино, вероятно, вобрал в себя черты сразу нескольких людей – и именно поэтому его образ получился таким неоднозначным и узнаваемым.
