Появившийся на свет в семье иконописцев Аркадий Александрович Пластов (1893—1972) как человек родился на сломе двух эпох и двух миров, но художественное образование получил в основном в дореволюционной России.
Сначала он обучался в Симбирском духовном училище (1903—1908) и Симбирской духовной семинарии (1908—1912) у Д. И. Архангельского, потом в мастерской Ильи Машкова, затем вольнослушателем — в Императорском Строгановском центральном художественно-промышленном училище (1912–1914) у Фёдора Федоровского и на скульптурном отделении Московского училища живописи, ваяния и зодчества (1914–1917) у С. М. Волнухина, где мастерство живописи и рисунка оттачивал под руководством Алексея Корина, Аполлинария Васнецова, Абрама Архипова, Алексея Степанова и Леонида Пастернака. Пластов принял революцию и в 1917—1922 гг. выполнял обязанности секретаря сельского совета и комитета бедноты родного села Прислониха. В 1929 г. провёл 4 месяца под следствием НКВД за вопрос агитаторам за внедрение тракторов о том, что крестьянам делать, если сломается такая машина, но был отпущен на свободу. Всё это и ещё долгое время он продолжал заниматься крестьянским трудом — обрабатывал землю, держал корову.
Заслуженным деятелем искусств РСФСР и обладателем медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» Пластов стал в победном 1945 г., лауреатом Сталинской премии первой степени — в 1946 г., академиком Академии Художеств СССР — в 1947 г., обладателем золотой медали Министерства культуры СССР и почётного диплома Всемирной выставки в Брюсселе — в 1958 г., Народным художником СССР — в 1962 г., лауреатом Ленинской премии — в 1966 г.
Пластов поистине и по сути — Народный Художник. Все его картины (за очень редкими исключениями) — о Русском Народе и о Русском Крестьянине. Которого мало интересуют политика и развитие промышленного производства, судьбы мира и построение социализма. Главная его забота — сохранить свой маленький Мир. И Пластов гениально смотрит из этого Крестьянского Мира на историю своей страны. Понимал/осозн(ва)ал ли художник, что миллионы этих маленьких земледельческих мирков без наращивания индустрии и ВПК через насильственные коллективизацию и индустриализацию будут сметены с лица Земли и уничтожены чудовищем нацизма вместе со всем Русским Народом — я сказать не могу. Когда после запрета культа Сталина ему предложили закрасить портрет Вождя на своей картине — отказался, заявив, что его слишком сильно заставляли туда поместить это изображение.
На уровень общенародного Пластов выходит во время Великой Отечественной войны, поднимаясь над замкнутым и самодостаточным Миром своей малой родины:
Главное — это сообщение по радио о том, что наши дерутся на улицах Берлина… Вы подумайте только — на улицах Берлина!!! Весь мир, небось, затаил дыхание, и у всех на устах преславное, священное имя русское. Нет слов на языке человеческом достойно именовать это племя и его деяния. Господи Боже, какой ты славой и сиянием венчаешь сей избранный народ! И мы ведь в этом числе, и наши усилия, и наша вера, и наши страдания, и труд, и вдохновение в общем, безмерно тяжком и священном подвиге для счастья человечества. Какое блаженство знать это, какое счастье и честь, невместимая в груди человеческой! (Пластов А.А. Письмо жене.)
Иллюстрации ниже расположены в порядке хронологии изображаемых событий.
