(Публикуется с редакторской правкой)
Я, Лучинин Алексей Платонович, уроженец г. Талдом Московской области, прож. Талдомский р-н д. Высочки, д.18, родился в 1916 г., член ВЛКСМ с 1937 г., 15.06.1941 г. был принят в кандидаты ВКПб общим собранием парторганизации 191-го противотанкового дивизиона 118 сд (партдокумент не получал). До войны работал в Ярославле в гараже «Росглавхлеб», в качестве автоэлектрика.
8-го июня 1941 г. был призван на 45-и дневные сборы в 191 ПТД 118 сд. Участвовал в боях против немцев под г. Гдовом. В период с 5 по 17 июля наша дивизия была разбита, а её разрозненные остатки попали в окружение.
17-го июля 1941 г., у береговой линии Чудского озера я попал в плен. Вместе со мной были пленены: комиссар дивизиона - ст. политрук (фамилии не помню), зам. политрука батареи Савченко, политрук по хозчасти (фамилии не помню) и много других бойцов. Из Гдова колонну пленных, в количестве до 1200 - 1500 человек, погнали в райцентр Середка, где мы пробыли 6 дней. Оттуда нас, пешим порядком, перегнали в г. Псков, в Крестовские лагеря, что располагались на Ленинградском шоссе. Здесь я пробыл до октября 1941 г., а затем был переведён в другой лагерь - бывший склад НКО № 271, где находился до 10.03.1942 г.
В августе 1941 г. в Крестовских лагерях находилось до 9000 военнопленных, которых ежедневно гоняли на всевозможные работы. Питание было ужасным: утром - консервная банка баланды без хлеба, в обед - консервная банка баланды и 100 гр хлеба, ужин - консервная банка эрзац-чая и 100 гр хлеба. Хлеб - суррогатный, с опилками. В сентябре-октябре 1941 г. среди военнопленных начался мор. Каждый день умирали от 40 до 80 человек. В итоге, с августа 1941 г. до марта 1942 г. в Псковских лагерях вымерло около 10 000 человек.
Отношение к военнопленным было звериное, избивали за каждый пустяк. Зачастую случались убийства. Особенно много военнопленных расстреливали штурмовики на Псковском аэродроме.
10 марта 1942 г., мне, в группе из 9-ти москвичей удалось сбежать из лагеря. Побегу помог немецкий солдат (бывший коммунист - рабочий) во время своей вахты. Картой, компасом и биноклем нас снабдила девушка - бывшая артистка балета, по имени Клара, с ул. Единства г. Пскова, которая работала в столовой и обслуживала комнату немецкого начальника.
В д. Матуриха Псковского р-на (бывший совхоз им. Ворошилова) мы случайно познакомились с бывшим работником совхоза Антоновым Алексеем Антоновичем и его сыном Григорием (член ВЛКСМ, зам. политрука), последний также бежал из плена, но ранее нас.
24 марта, на квартире Антоновых, мы познакомились с секретарем Псковского РК ВКПб Киселевым и председателем Исполкома Псковского Райсовета Челноковым Вадимом Ивановичем. С этого дня мы вошли в их группу. Товарищ Киселев проживал в доме учителя Власова Алексея Васильевича в д. Погорелки, а Челноков в д. Зуи у Губкиной Параскевы Ивановны (колхозница, ее муж до войны был арестован НКВД).
17 апреля 1942 г., мы, в количестве 5-ти человек, ушли от Антонова на стоянку в лес, и в первых числах мая, по нарядам Киселева и Челнокова, встречали других военнопленных, из которых в последствии был создан партизанский отряд, который к 12 мая 1941 г. насчитывал до 50 человек. Командиром был назначен т. Киселев, помощником Челноков, а по снабжению т. Акатов В.А. - 2-й секретарь Псковского РК ВКПб.
В целом отряд был укомплектован из бывших военнопленных, поэтому в него попало немало непроверенных людей, и как оказалось позже, даже три шпиона: Воронцов - бывший старшина танкист, Михайлов - лейтенант морфлота и краснофлотец Подопругов. Все они окончили Рижскую разведшколу и были заброшены для ведения шпионажа и диверсий в партизанских отрядах.
В ночь с 5-го на 6-е июля 1942 г., в шалаше ночевали 6 человек. Воронцов попытался всех нас, сонных, зарубить топором. Он нанес ранение Акатову и ещё троим, мне и другому товарищу, нанес удары по голове. После чего ему удалось скрыться. Подопругов сбежал позже, а Михайлов испортил радиоприёмник, когда уже был переброшен в Партизанский край, но был разоблачен одним из партизан и расстрелян сотрудниками особого отдела.
Пробравшиеся в наш отряд непроверенные люди, при заготовке продовольствия у населения Псковского р-на чинили мародерство - забирали одежду, обувь, часы, деньги, документы и пр. Вследствие чего, 12 человек были исключены из отряда, а в отношении остальных бойцов было принято решение о переправке в тыл, за линию фронта. Сформировали две группы: 10 и 11 человек. Знаю, что группа из 11 человек сумела выйти к своим.
В Псковском районе остались семеро: Киселев, Челноков, Акатов, Андреев (дядя «Костя»), Стегунцов (политрук, из окруженцев), учитель Власов и я. Кроме того, в д. Дуге проживал 2-й секретарь Псковского ГК ВКПб Михайлов В.Ф., который поддерживал с нами связь.
5-го июля Киселев отправил на связь с Обкомом ВКПб товарищей: Михайлова В.Ф., Акатова В.А. и Андреева (дядю «Костя»), которому Киселев вручил пакет, на имя Никитина.
25 июня в нашу групу влились товарищи: Власов Владимир Иванович и Михаил Федоров, из группы Ревякина, сам Ревякин с товарищами: Алексеевым, Евдокимовой и радистом Яковлевым присоединились к нам 1-3 августа.
Утром 14 августа учитель Власов А.В. был направлен Киселевым на свидание с женой, с целью получения сведений в районе и доставки продуктов. Он должен был вернуться к 9-и часам вечера, но так и не пришел.
В шалаше оставались: Киселев, Ревякин, Федоров, Стегунцов, Яковлев, Евдокимова, Владимир Власов и Лучинин.
В пятом часу утра в лагерь явился Власов А.В. в компании 25-и немцев, которые окружили шалаш и открыли стрельбу из автоматического оружия и 2-х пулеметов, использовали также гранаты. В результате были убиты товарищи Киселев, Евдокимова, Яковлев и ранен в грудь Ревякин. 20 сентября полицейскими был убит Стегунцов.
С Ревякиным я встретился в лесу только 8 сентября, а 3-го октября он отправил меня и Владимира Власова на связь в Ленинград, снабдив при этом ценной информацией о положении дел. Сам Ревякин остался в д. Хайлово у Егора Антонова, а Федоров в д. Теребище, у него там проживала жена и другие родственники (позже он собирался уйти в Середкинский р-н).
Вечером 14 августа 1942 г., в кустах, на явке, учитель Власов А.В. ударом ножа в грудь убил Челнокова.
После разгрома шалаша Власов А.В. уехал на автомашине с немцами, причем при нем была рация Ревякина. Это видел Григорий Антонов, который и рассказал мне об этом. Позже Власов выдал немцам много людей из Псковского актива, например: из д. Зуи Губкину Параскеву Ивановну, Зятцева - бывшего председателя колхоза, полковника «Мотю» - бывшего полицейского (наш ставленник), полковника Женю (фамилию не знаю), из д. Матуриха Антоновых Алексея Антоновича и его сына Григория, из д. Голованово Иванова - волостного писаря, из д. Скумгора - полицейского Василия. Всего было арестовано несколько десятков человек.
В Пскове немцы арестовали сестру Губкиной и фотографа, которые ежедневно записывали сводки Совинформбюро, тиражировали их и распространяли среди населения Пскова и Псковского района.
Линию фронта мы перешли 06.11.1942 г., с разведкой 8-й гвардейской дивизии, в районе д. Нивки, а дальше на Марево.
7 декабря 1942 г. /Лучинин А.П./
Геннадий Синицкий, по материалам ЦГАИПД СПБ Ф.116-л Оп.1-1 Д.381 Л.19-21об.