Как известно, 25 октября 1917 г. участники заседания Иваново-Вознесенского Совета рабочих депутатов узнали о свержении Временного правительства. К тому времени фактическая власть в городе уже давно принадлежала большевикам, получившим большинство на выборах в городскую Думу 27 августа 1917 г. Важной задачей новой власти была поддержка профсоюзных организаций в установлении новых правил найма служащих, обеспечения им приемлемых условий труда и его достойной оплаты. Это касалось не только рабочих промышленных предприятий, но и трудящихся организаций сферы обслуживания.
На начало 1917 г. в городе насчитывалось 24 чайных и столовых, 1 буфет, 2 постоялых двора и 2 трактира. В течение года было открыто еще 18 заведений: 14 чайных, трактир и 3 буфета «без продажи кушаний» (2 чайных и 1 кофейный). Служащими этих заведений был сформирован профессиональный союз, уже 15 ноября 1917 г. выдвинувший требования к «трактиросодержателям». Главным из них было введение 8-часового рабочего дня (при 16-часовой торговле необходимо было ввести работу в две смены). В воскресные дни вводилась короткая смена (с полудня до 5 часов вечера). Служащие требовали одного выходного в неделю, а также отмены работы в «двунадесятые праздники» и в первые три дня Рождества и Пасхи. Хозяева обязаны были осуществлять найм и увольнение исключительно через профсоюз. Всем принятым на работу выдавались расчетные книжки, они имели право на получение медицинской помощи за счет хозяина заведения, а также на месячный отпуск по истечении года работы (двухнедельный – после полугода). Особым пунктом было требование о «вежливом обращении» хозяев со своими работниками.
В связи с этим 7 декабря 1917 г. состоялось заседание содержателей трактирного промысла и трактирных служащих «по вопросу об улучшении их экономического и правового положения» под председательством члена городской управы, меньшевика В.И. Ледовского. В нем приняли участие 19 предпринимателей, 10 служащих и 4 члена Правления профсоюза. Трактирщики единогласно высказались против введения 8-часового рабочего дня, настаивая на определении его продолжительности «в каждом отдельном случае соглашением хозяина со служащими». Аргументы приводились такие: трактиры «влачат жалкое существование», 8-часовая смена в них «невозможна по условиям работы», а введение 16-часовой смены окажется убыточным (А.Ф. Кузнецов, П.И. Попов). Е.А. Воронин заявил, что введение такого рабочего дня невыгодно для самих служащих. Однако оказалось, что общее собрание официантов уже высказались за 8-часовую смену: большой рабочий день был выгоден «в смысле чаевых», но официанты выступили против чаевых, настаивая на увеличении заработной платы. Не вызывало доверия и утверждение о «бедственном положении» трактиров: прибыль некоторых из них достигала 2 тыс. руб. в день.
Вызывало возражение трактирщиков также введение короткой смены в воскресение, поскольку поезда на станцию прибывали не в рабочее время, а рано утром и поздно вечером – и в таком случае «приезжим некуда будет деваться». Было высказано предложение о предоставлении хозяину права самому назначать время открытия. А.Ф. Кузнецов простодушно заметил, что в таком случае даже самим отдыхающим служащим некуда будет пойти, на что получил ответ члена профсоюза А.Ф. Молчанова: «отдых прислуге нужен для просвещения, а не для того, чтобы ходить в трактир». Серьезные прения вызвали и вопрос об отмене работы в праздничные дни: хозяева настаивали на сокращении праздничных смен до 5 часов, вновь упирая на то, что приезжим в эти дни «негде будет достать куска хлеба». Член профсоюза А.Ф. Азов в ответ выразил удивление непониманием, «что и служащим необходим праздник» и сообщил, что в праздничные дни приезжие «могут столоваться на станции».
Наконец, серьезные споры вызвал пункт об увольнении и найме рабочих исключительно через профсоюз. Трактирщики настаивали на возможности приема рабочих «по вольному найму, чтобы не лишать их куска хлеба» и недоумевали – как быть в том случае, если рекомендованный Союзом служащий не подходит заведению. Ледовский разъяснил, что «служащие хотят видеть в Союзе защитника, а в случае найма помимо Союза это будет невозможно». Естественно, Союз принимал ответственность за рекомендованного работника на себя. Азов также отметил, что «служащие будут разбиты на категории», что снижало риск появления на работе неквалифицированных лиц. В результате соглашение было достигнуто, но с условием, что в «разбивке служащих на категории» примут участие сами хозяева. Остальные пункты серьезных возражений не вызвали, однако по ключевым вопросам – о 8-часовой смене, короткой смене в выходные и отмене работы в праздники – соглашение достигнуто не было.
На следующий день член управы В.И. Ледовский сообщил председателю Союза трактиросодержателей города П.И. Воронину, что «пункт о 8-часовом рабочем дне является основным требованием рабочих, от которого они отступить не могут» и просил трактирщиков «в этом вопросе проявить наибольшую уступчивость». Одновременно он выражал уверенность, что «соглашение будет достигнуто и городскому самоуправлению не придется прибегать к решительным мерам». 22 декабря 1917 г. городская Дума приняла предложенный профсоюзом проект постановления относительно условий труда в заведениях трактирного промысла «без всяких важных изменений». Одновременно было заявлено, что введение этого постановления «не может служить основанием повышения цен на отпускаемые в трактирах продукты», а также «основанием к закрытию заведения». А еще за пять дней до этого началась стачка трактирных служащих – они отказались выходить на работу вплоть до выполнения выдвинутых ими требований.
Таким образом, все пути сопротивления для хозяев были перекрыты. В результате 8 января 1918 г. согласительная комиссия в лице трех представителей хозяев (Ф.В. Кокушкина, Е.Я. Якушина, Н.М. Тишина), трех представителей служащих (А.И. Митрохиной, А.Ф. Азова и А.Ф. Молчанова), а также члена управы Ледовского и уездного комиссара труда Ф.Н. Самойлова – с минимальными поправками приняла проект, предложенный профсоюзом трактирных служащих. 9 января 1918 г. они вышли на работу. Государство и народ начинали жить по-новому…