— Неужели человек, построивший бизнес-империю с нуля, не видит очевидного прямо под носом? — Соня смотрела на отца с той отчаянной прямотой, которую унаследовала от матери. — Или, может... просто не хочешь видеть?
Кирилл Александрович поморщился. В последнее время разговоры с дочерью напоминали хождение по минному полю. Пройдёшь — бух! — и снова взрыв.
— Сонь, давай без этих... — он потер висок. — У тебя экзамены скоро, а ты опять. Лабуда всё это.
— Лабуда?! — голос Сони сорвался. — Папа, она рылась в моих вещах! Её косметичка валялась под кроватью, а ящики... Всё было перевёрнуто!
«И опять двадцать пять», — подумал Кирилл, чувствуя раздражение.
— Ангелинка объяснила — искала свой браслет. С сапфирами, между прочим. А насчёт ящиков... ты же у нас творческая личность, — он махнул рукой. — В комнате вечный бардак.
В дверях появилась Лика — точёная фигурка, волосок к волоску, улыбка глянцевая. «Как у крокодила», — мысленно определила Соня.
— Кирюш, у вас тут всё в порядке? — Лика опустила руку на плечо мужа. — Я слышу громкие дискуссии?
Соня фыркнула.
— Терпеть не могу эту твою походку! — выпалила она.
— Павлинью? — Лика приподняла бровь. В уголках губ усмешка. — Милая, ты же знаешь, я просто хочу, чтобы в семье был... мир?
— Ага, мир... — Соня скрестила руки. — Только на твоих условиях. Папа! — она повернулась к отцу, глаза блеснули. — Неужели ты не видишь? Она же... — девушка запнулась, — насквозь фальшивая, как китайская купюра!
— София Кирилловна! — отец никогда не называл её полным именем, кроме случаев, когда терял контроль. — Немедленно извинись перед Ангелиной!
«Ангелиной, значит?» — пронеслось в голове у Сони.
— Перетопчется твоя Ангелина, — она схватила рюкзак. — Перед змеями не извиняюсь.
Когда входная дверь хлопнула, Лика прикрыла глаза и вздохнула.
— Кирюш, я правда не понимаю... — она опустилась на диван. — Чем заслужила такое?
Всё закрутилось три месяца назад. Именно тогда Кирилл Александрович, овдовевший пять лет назад, привел в дом новую жену. Соня готовилась ко всему — к строгой бизнес-леди или к интеллигентной даме в очках... Но не к блондинке, которая по возрасту могла быть её старшей сестрой — всего двенадцать лет разницы.
Соня сидела в парке под каштаном, печатая сообщение Косте.
«Опять эта крашеная анаконда довела предка. Теперь я не дочь, а исчадие ада», — она нажала отправить.
Телефон сразу завибрировал.
«Дуй к нам на репетицию. Мы с пацанами уже в гараже. Мамка пирогов напекла))»
По лицу Сони пробежала улыбка. Группа "Пятый угол" стала её спасением. Четыре одноклассника из музыкального, объединённые страстью к року и взяты под крыло Ольгой Николаевной, матерью Кости. Медсестрой из районной поликлиники, которая разрешила им репетировать в гараже.
Наталья Егоровна, домработница, которая была у них еще при маме, тоже заметила неладное. Вчера она тихо сказала Соне:
— Не нравится мне эта новая хозяйка. Глаза у неё как у лисы. И вещички твои мамины всё разглядывает.
«Что ей от меня нужно?» — этот вопрос преследовал Соню. Лика выведывала о её расписании, друзьях, постоянно пыталась проверять телефон. А недавно Соня застала её копающейся в отцовском сейфе.
Когда девушка подошла к гаражу Костиных родителей, оттуда доносились звуки бас-гитары.
— О, явилась наша вокалистка! — Костя помахал ей. — Как дела с мачехой?
— Хуже некуда, — Соня бросила рюкзак. — Всё, давайте репетировать. Через неделю конкурс, у меня есть идея для финала.
В жизни мы выдаём желаемое за действительное. Особенно когда нас окутывает туман под названием "любовь". Мудрые говорят, что любовь окрыляет, а по мне — она мутит разум не хуже крепкого алкоголя. И тогда — о, чудо! — блестящие аналитики теряют нюх, а волевые мужчины превращаются в пластилиновых мальчиков.
Наш Кирилл Александрович — случай показательный. Дельный мужик, акула бизнеса. Портрет его украшал обложку "Форбса" еще до того, как скончалась Вера Михайловна — первая жена. Но человек ведь не машина? После похорон Кирилл замуровал себя в офисе. Работал на износ. Только вот дочка осталась за бортом.
А потом появилась она. Молодая, с точёной фигуркой, улыбкой из рекламы. Смотрит восхищённо, внимает каждому слову.
Должен был почуять подвох. Не зелёный юнец — сорокапятилетний мужик, пуд соли съевший. Слишком много "случайных" встреч, несостыковок в её легенде про "бедную девочку из провинции". Но, как говаривала моя бабушка, "не тот слепой, кто не видит, а тот — кто видеть не хочет".
Лика сидела перед зеркалом. Зазвонил телефон — она посмотрела на экран и, убедившись, что муж в душе, ответила.
— Да... Нет, не сейчас... Скоро. Девчонка мешает, следит... Документы почти готовы... К концу месяца всё будет сделано.
Она не заметила Наталью Егоровну с полотенцами. Домработница застыла у двери, потом тихо вышла.
Вечером разразился скандал. Соня показала отцу странные сообщения в телефоне Лики, которые успела сфотографировать.
— Ты копалась в её телефоне? — лицо Кирилла исказилось.
— Я случайно увидела, когда она просила меня позвонить! Папа, она что-то замышляет! Посмотри!
— Достаточно! — Кирилл стукнул по столу. — Мне надоели твои выходки! Лика права — тебе нужна дисциплина. Никакого концерта на следующей неделе.
— Что? Нет! Папа, мы готовились месяцами!
— Могу и запрещаю! А теперь извинись!
Соня посмотрела на улыбку мачехи и выпалила:
— Ни за что! Она вышла за тебя из-за денег! Спроси Наталью Егоровну, что она слышала!
— Вон из дома! — заорал Кирилл. — Немедленно!
Три дня от Сони не было известий. Кирилл начал беспокоиться, но Лика успокаивала:
— Она у подружек. Проветрится и вернется.
На четвертый день раздался звонок. Мужской голос, представившийся сотрудником морга, сообщил, что обнаружено тело девушки с кольцом, похожим на то, что носила Соня. Кирилл похолодел.
Он ехал в морг как в тумане. У входа сидел старик-попрошайка.
— Беда у вас? — прохрипел он. — Не всегда тела такие, какими кажутся. Иногда их подменяют...
Кирилл прошел внутрь. Тело было накрыто простыней. Дежурный патологоанатом откинул ткань... Это была не Соня. Кирилл почувствовал облегчение и новую волну страха.
— Извините, это не моя дочь. Но кольцо... — он указал на серебряное кольцо с бирюзой. — Очень похоже на её.
Когда он вернулся домой, то застал Лику за телефонным разговором:
— Да, он был там... Нет, какая-то ошибка... Нужно действовать быстрее...
Увидев мужа, она сменила тон:
— О, милый! Что там? Это не Соня?
В глазах её мелькнуло... разочарование?
В тот же вечер в дверь позвонили. На пороге стояла Ольга Николаевна.
— Кирилл Александрович, нам нужно поговорить.
Лика оказалась рядом, но женщина сказала:
— Наедине. Это касается Сони.
В кабинете Ольга достала планшет.
— Ваша дочь жива. Она в безопасности.
— Где она? — Кирилл вскочил.
— Сначала посмотрите это.
На экране появилось видео. Лика разговаривала с мужчиной в кафе.
— ...нужно, чтобы она исчезла. Навсегда. Когда девчонки нет, он перепишет завещание. Документы на передачу активов...
Кирилл смотрел, не веря глазам. На других записях Лика обсуждала фиктивный брак, план избавления от Сони, встречалась с людьми криминальной наружности.
— Соня заподозрила неладное, — тихо сказала Ольга. — Она попросила помощи. Ребята следили за вашей женой несколько недель. А потом появился план...
— Инсценировать её смерть? — Кирилл смотрел на экран.
— Чтобы Лика показала истинное лицо. Соня знала, что вы не поверите без доказательств.
— Где моя дочь?
— Сейчас приедет. Она ждала сигнала.
Через час в дверь позвонили. На пороге стояла Соня с гитарой за спиной. Рядом — Костя и ещё двое ребят из группы.
— Привет, папа, — она смотрела настороженно. — Ты видел доказательства?
Кирилл обнял дочь. Когда он поднял голову, в дверях стояла бледная Лика.
— Ты? — она отступила. — Но как...
— Не ожидала увидеть привидение? — Соня улыбнулась. — Сюрприз.
Лика бросилась к выходу, но там стояли полицейские.
— Ангелина Ветрова? — офицер достал удостоверение. — Вы арестованы по подозрению в мошенничестве и подготовке убийства...
Через месяц группа "Пятый угол" вышла на сцену городского Дворца молодёжи. Кирилл отменил две встречи и сидел в первом ряду. Рядом, в синем платье, сидела Ольга Николаевна.
Соня на сцене казалась другой — уверенной, взрослой. Голос её заполнял зал, рассказывая историю о потерях и обретениях.
— Знаете, — Кирилл повернулся к женщине, взгляд возвращался к дочери, — я так никогда и не поблагодарил вас.
— За что же? — Ольга улыбнулась, и морщинки в уголках её глаз стали заметнее.
— За то, что спасли мою семью. Меня. Её, — он кивнул на сцену.
Ольга покачала головой:
— Ваша дочь спасла себя сама. И вас заодно прихватила. Просто ей потребовалась... группа поддержки, — она подмигнула, и Кирилл поймал себя на мысли, что этот жест показался ему очаровательным. — В Соньке намешано всё лучшее от вас обоих — ваша решительность и проницательность Веры.
Соня объявила последнюю песню — свою. О доверии, о семейных узах, о любви, которая проходит через испытания.
«Ну и дурак же я был», — думал Кирилл, слушая голос дочери. — «Настоящие ценности прямо перед носом».
— Большая разница, да? — тихо произнёс он. — Смотреть и — видеть.
Тёплая ладонь Ольги легла на его руку, и он впервые за долгие годы не отстранился от человеческого прикосновения.
Понравился вам рассказ? Тогда поставьте лайк и подпишитесь на наш канал, чтобы не пропустить новые интересные истории из жизни.
НАШ ЮМОРИСТИЧЕСКИЙ - ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ.