Глава 1: Пробуждение в тишине
Алексей Волков проснулся от резкого гудина сирены. Сердце бешено колотилось, пока он пытался сообразить, что происходит. Сирена стихла так же внезапно, как и началась, оставив после себя гнетущую тишину. Он потянулся к коммуникатору на запястье, но экран был мертв.
— Экипаж, ответьте! — крикнул он, отстегиваясь от спального мешка. Никто не ответил.
Коридоры станции «Звезда Надежды», обычно наполненные голосами и гулом оборудования, были пусты. Алексей проверил отсеки один за другим. Лаборатория, оранжерея, командный центр — ни души. На мониторе в док-модуле горело сообщение: «ЭВАКУАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА. 05:34 UTC»
Он посмотрел на дату. Прошло 72 часа с момента, как шаттл «Союз-М7» должен был улететь на Землю. Его забыли.
---
Глава 2: Обломки памяти
Вспышка: авария в энергосистеме. Пожар в модуле «Заря». Экипаж в панике готовился к экстренному отбытию. Алексей тогда чинил сломанный фильтр воздуха. «Мы вернемся за тобой!» — крикнул командир. Ложь. Шаттл улетел без него.
Теперь станция, вращающаяся на орбите, напоминала гигантский саркофаг. Воздух пахнул озоном и страхом. Алексей нашел аварийный журнал. Последняя запись: «Системы на 40%. Кислорода на 14 дней».
Он засмеялся, и смех перешел в истерику. 14 дней. До Земли — месяцы.
Глава 3: Тени одиночества
Первые часы он потратил на попытки связаться с ЦУПом. Радио молчало. Антенна повреждена микрометеоритом? Или Земля считает его погибшим?
Ночью (если это слово применимо в космосе) Алексей писал письмо дочери в планшет, зная, что она его не прочтет. «Прости, Машенька, папа не вернется...»
Спал у иллюминатора, глядя на голубой шар внизу. Мечтал услышать голос. Даже робот-уборщик «Боровичок» стал собеседником:
— Боря, доложить статус!
— В-в-воздух… 78% азота… — запищал машинка.
Смешно. Страшно.
---
Глава 4: Война с бездействием
День пятый. Кислород на 62%. Алексей перепрограммировал систему рециркуляции, пожертвовав освещением в нежилых модулях. В оранжерее, где выращивали пшеницу для экспериментов, нашел запасы воды. 20 литров. Счетчик на запястье отсчитывал: 13 дней 07:59:33
Он чинил антенну в скафандре, снаружи станции. Звезды горели безжалостно. Внезапно датчики замигали: приближалось облако обломков.
— Черт! — Алексей едва успел вернуться внутрь, когда первый осколок ударил в модуль «Рассвет». Давление упало. Автоматические люки захлопнулись, отрезав поврежденную секцию. Станция сократилась вдвое.
---
Глава 5: Призраки прошлого
День десятый. Галлюцинации. В углу командного центра мерещилась фигура командира.
— Ты сдаешься, Волков? — шептал призрак.
— Нет! — Алексей швырнул в пустоту гаечный ключ.
Он начал вести видео-дневник. Говорил о Маше, о жене Лене, погибшей в автокатастрофе. О том, как боялся, что дочь останется сиротой. Теперь этот страх стал явью.
На двенадцатый день кончилась еда. Съел проростки пшеницы. Горькие.
Остаток кислорода: 6%.
---
Глава 6: SOS в бездну
Идея пришла во сне. Спускаемый аппарат «Восход» в док-модуле — старый, рассчитанный на двоих. Алексей потратил день на проверку систем. Топлива — на 3 минуты тяги. Но если выйти на траекторию сгорания в атмосфере...
Он записал сообщение в маяк: «Это Волков с „Звезды Надежды“. Посадка в Тихом океане. Координаты...»
Запустил сигнал через аварийный радиопередатчик. Шанс? Миллион к одному.
— Лети, — прошептал, активируя «Восход».
Глава 7: Пробуждение под солнцем
Капсулу трясло, как скорлупку. Плазма загорелась за иллюминатором. Алексей терял сознание от перегрузок.
Он очнулся от соленых брызг. Парашют качался на волнах. Где-то кричали чайки.
— Человек! Здесь! — заорал голос на ломаном английском. Рыбацкое судно.
Когда его вытащили на палубу, он плакал, прижимая к груди фотографию Маши из кармана скафандра. Небо над головой было бесконечно синим. Настоящим.
---
Эпилог
На Земле историю назвали «чудом». Антенну «Звезды Надежды» случайно засек австралийский радиолюбитель.
Маша встретила отца в аэропорту. Обняла так, словно боялась, что он растворится.
— Я знала, что ты вернешься, — прошептала она.
Алексей смотрел на небо, где мерцала крохотная точка — его космическая могила, ставшая колыбелью второго шанса.
Он выжил. И это было главное.