Вере пришлось сесть за руль, потому что Михаил слишком уж плохо себя чувствовал. Кураев то и дело вздыхал и хватался за сердце, а Вера старалась побыстрее выехать на трассу, чтобы прибавить газу. Она так испугалась за Мишу, что больше не думала ни о чем: ни о том, что произошло, ни о том, что делать дальше.
Едва Вера приехала в особняк Кураевых, позвала сотрудников службы безопасности, чтобы они помогли Михаилу Николаевичу добраться в комнату. Тут же вызвали семейного доктора - Якова Романовича. Приехал он очень быстро, поскольку тоже жил в этом же поселке.
— Сильный стресс, эмоциональный шок и тахикардия, – покачал головой доктор, — это категорически противопоказано, Михаил Николаевич! Только положительные эмоции. Только радость и приятные известия - вот что Вам сейчас нужно!
— Вот, я же говорила, — тут же всплеснула руками Валерия, — я говорила, что эта, так называемая сиделка, не доведет тебя до добра, Миша! Но ты разве послушаешь сестру? Променял своих родных на какую-то девку!
Щеки Веры вспыхнули, но она только закусила губу и ничего не ответила. Женщина почувствовала, как подкатывают слезы и отошла в дальний угол комнаты, чтобы никто не обращал на нее внимания.
— Валерия, помолчи, – скривился Михаил и поискал глазами свою сиделку, но не нашел. Доктор в это время попросил расстегнуть рубашку и достал из саквояжа стетоскоп.
— А разве я не права? – снова спросила Валерия. Сестра Кураева обеими руками ухватилась за ситуацию, когда можно обвинить во всех грехах, обожаемую братом, сиделку и оправдать себя, – я предупреждала тебя, Миша, что ее нужно уволить! Тогда все было бы нормально и ты маленькими шагами, но верно, шел бы к своему выздоровлению! Но ты не слушал меня и что же? Все мои труды насмарку, а тебе снова плохо. Конечно, Кирилл возьмет временно дела компании в свои руки, но в следующий раз будешь слушать, что говорит тебе сестра. Ты мой брат и я ….
— Лера, выйди из моей комнаты, — вложив в свой голос всю свою твердость произнес Михаил и снова посмотрел по сторонам, – найдите Веру! Я хочу видеть Веру и только ее, – брат Валерии ударил кулаком по столу и снова застонал.
— Миша, я здесь, – Вера вышла из плохо освещенного угла комнаты, подошла к Кураеву и присела возле него на корточки, – не волнуйся, я здесь. Отошла, чтобы не мешать доктору.
— Верочка, – облегченно вздохнул Кураев, – будь здесь. Никуда не отходи от меня ни на шаг!
— Хорошо, – Вера улыбнулась и погладила Михаила по руке. Глаза Валерии чуть не вылезли из орбит при виде такой картины:
— “Миша”? Она называет тебя просто “Миша”? – открыв рот произнесла Валерия, – что происходит? Михаил, нам нужно сейчас же поговорить! Я настаиваю, – Лера деловито сложила на груди руки, но доктор тут же отрицательно покачал головой:
— Никаких разговоров. Я запрещаю! Извините, Валерия Николаевна, но я доктор и лучше знаю, что сейчас требуется моему пациенту и это никак не разговоры! Отдых и сон! – Яков Романович поднял вверх указательный палец и взял Леру под руку, — пойдемте, дорогая моя, я напишу рекомендации. Объясню, что нужно делать, чтобы Ваш дорогой брат быстрее поправился.
— Да, конечно, доктор. Пойдемте, – надула губы Валерия, – кто же еще позаботится о моем бедном брате, как не родные люди, — сестра Михаила демонстративно вздохнула и поспешила за доктором, оставив Веру и Михаила одних в комнате.
— Давай я помогу лечь тебе в постель, – улыбнулась Вера.
— Этого еще не хватало, – нахмурился и одновременно улыбнулся Кураев, — не обращайся со мной, как с древним стариком! Я сам в состоянии дойти до кровати. Вот когда мы поженимся, я разрешу тебе укладывать меня спать, но не сейчас!
— Господи, Миша, что у тебя в голове? — тихонько засмеялась Вера, — ты чуть не лишился чувств, а думаешь о женитьбе!
— Так ты выйдешь за меня замуж, Вера? – с замиранием сердца спросил Кураев.
— Да! – Вера закрыла и тут же открыла глаза. Михаил растерялся, посмотрел по сторонам, снял с бутылки минеральной воды пластмассовое колечко и надел его на палец своей невесте:
— Теперь ты моя! А это кольцо не снимай! Я сам его сниму в ближайшие дни и надену настоящее, — Михаил взял за руку Веру и посадил ее к себе на колени.
*****
Утром Вера проснулась пораньше. Сегодня воскресенье и у нее законный выходной. Михаилу она еще вчера сказала, что хочет съездить домой, проверить как там сестра со своим женихом поживают. Михаил не хотел расставаться с возлюбленной, но понимал, что семья есть семья.
Он и сам жалеет свою сестру, племянника, хотя их давно надо было бы выгнать на улицу и заставить самим обеспечивать свою жизнь! Нет вины Михаила в том, что Валерия промотала состояние покойного мужа, так почему же брат должен тащить на себе всю эту свору родственников - бездельников?
Но, такой уж Михаил человек! В то время, когда Вера уехала домой, мужчина сидел в кабинете, пытаясь заниматься работой, но работа не лезла в голову. Кураев думал о том, как помочь дочери. Он все еще считал, что виноват в том, как сейчас живет его единственный ребенок. Вера пыталась вчера вечером убедить Михаила, что его вины нет в том, что Ольга ведет такой образ жизни.
Но Михаил продолжал винить себя! Он был готов купить дочери новый дом, дать денег столько, сколько она захочет, но Вера остановила его:
— Дашь денег? Дай! Она пропьет их, вот и все! Этим ты не поможешь, а только усугубишь ситуацию!
Михаил согласился, но все равно продолжал думать, как помочь Оле, как уговорить ее лечиться, измениться, жить по-человечески. Вот вернется Верочка и подумаем вместе, – вздохнул мужчина и принялся перечитывать документы заново.
****
Вера вышла на остановке в самом центре села и огляделась по сторонам. Сегодня она не поехала домой, как сказала Мише. Она вернулась в ту самую деревню “Углы”, чтобы поговорить с Ольгой Антоновой. Она решила для себя, что добьется от Ольги того, чтобы она выслушала! Расскажет, что отец ни в чем не виноват, расскажет о письме и об остальном. Должна же Ольга понять! Пусть она и выпивает, но способность соображать не потеряла же пока!
Для начала, женщина направилась в сельский магазин, который здесь был только один. За прилавком скучала молодая, слишком полная продавец. Девушка ела конфеты и даже не поднялась с места, когда увидела покупательницу. Но как только Вера начала перечислять что именно она хотела бы купить, продавец оживилась. Не часто сюда заходили такие щедрые покупатели:
-– В гости к нам приехали? – улыбнулась продавец.
— Да, в гости, –- коротко ответила Вера, не расположенная к разговору.
— А к кому? Извиняюсь, но к нам редко в гости приезжают. Молодежи почти нет. Старики да сезонные рабочие. Да, еще вот, местные пьяницы, – скривилась от отвращения продавец.
— К Ольге Антоновой приехала я, — ответила Вера и внимательно посмотрела на продавца, в надежде что-нибудь узнать от нее.
— К кому? Вы серьезно? А Вы кто? – растерялась девушка и тут же села на стул.
— Родственница, – все также глядя в глаза продавщицы, сказала Вера.
— Нет у Ольги никаких родственников! Мать умерла, а больше и не было никого! Связалась было с одним приезжим, ферму строил в Александровке. Девчонку с ним родили, но потом он уехал, а Ольга одна осталась с дочкой.
— У Ольги есть дочь? – широко открыла глаза Вера. Как же она ребенка в таком сарае, а сама пьет, как же? – губы Веры задрожали. Она вспомнила свое несчастное детство! Мать Веры, тоже, пила горькую, а потом и вовсе умерла. Пришлось Вере младшую сестру воспитывать вместо матери. А кто же позаботится о дочери Ольги Антоновой?
— А Вы что же, ничего не знаете? — прищурилась продавец, – а говорите, родственница! Кто Вы такая?
— Родственница, – еле шевеля губами ответила Вера.
— Ладно! Не хотите, не говорите! Тогда и я Вам ничего не скажу! Забирайте свои покупки и идите себе! Некогда мне.
— А сколько лет девочке? – предприняла последнюю попытку Вера, но продавец только поджала губы и уставилась в журнал, давая понять, что разговаривать она не намерена.
В этот раз Вера долго стучала в калитку, затем в окна и в дверь дома, но ей никто так и не открыл. Стуком и криками женщина подняла всех соседских собак, но Ольги либо не было дома, либо она спала мертвым сном.
Вера повесила сумку с продуктами на крючок возле двери и вышла за калитку. Посмотрела растерянно по сторонам, прикрыла глаза ладонью и тяжело вздохнула. Что делать дальше, женщина не понимала.
— Ты к Ольге что ли? – послышался голос. Вера оглянулась по сторонам и увидела соседку Антоновых, которая стояла, опершись на свой забор.
— Здравствуйте! – громко крикнула Вера, – да, вот приехала из города. Стучу, никто не открывает. Вы не знаете где она?
— Знаю. Где-то на подработках в поле. Ходят со своим хахалем подработать на бутылку. После обеда жди, вернутся, да вряд ли трезвые, – женщина отошла от забора и готова была уйти в дом, но Вера остановила ее:
— А как же дочь Ольги? Где она?
— Так нет ее! — пожала плечами соседка, — Ольгу еще два года назад материнских прав лишили.
Вера схватилась за сердце:
— Где она? Где нам ее найти? Ее ищет дедушка! – дрожащими губами произнесла Вера.
— Ой, слава Богу, что ищет! Такая девочка славная, а никому не нужна. Как же это? Сейчас, милая, принесу адрес детского дома, где наша Марусенька живет, – смахнула скупую слезу соседка, – я ведь покойной Анны лучшая подруга была! Хорошая была - Аня наша, а вот дочь – черт с рогами, – нахмурилась женщина и пошла в дом.
Через некоторое время соседка вышла и вынесла пакет. В руках она держала адрес и несколько фотографий:
— Вот! Здесь яблоки, конфеты, зефир для Маруси. Очень она, маленькая наша, зефир любит. А вот адрес и фото. Здесь она поменьше, сейчас большая уже ,наверное. Не приведи, Господи, такую мамашу, как Ольга.
Соседка что-то еще говорила и говорила, но Вера ее не слышала. Она не мигая смотрела на фотографии. На фото была Маша – та сама Маша, которую мечтала удочерить Вера. До остановки Вера дошла ,не чувствуя ног. Как такое может быть? Не бывает таких совпадений, – думала Вера.
В дом Кураевых Вера сегодня не поехала. Женщина приехала домой, упала на кровать и горько заплакала. Имеет ли она право молчать и не рассказать Михаилу о его внучке? Нет! Не имеет. Но ведь тогда она не сможет удочерить Машу! Ее сразу же заберет дедушка!
Михаил даст малышке все, о чем только могут мечтать дети. Она будет расти как маленькая принцесса! А что может дать малышке Вера - сотрудница клининга? До самого утра Вера не сомкнула глаз, а утром пораньше приняла окончательное решение и поехала в особняк Кураева.
— Верочка, я еле перенес такую разлуку! Здравствуй, милая! Не видеть тебя целые сутки - это слишком много для меня, — ласково произнес Михаил, взял Веру за руку и прижал к стене, чтобы поцеловать.
— Миша, подожди! Нам нужно поговорить! Серьезно поговорить! – сказала Вера и попыталась освободиться от объятий.
— Пусть весь мир подождет, – снова улыбнулся Михаил, – я хочу надышаться тобой!
— Миша, это очень серьезно! — повысила голос Вера. В ее глазах появились слезы.
— Конечно, давай поговорим, присаживайся, - испугался Кураев.
— Я обманула тебя! Не была вчера дома с сестрой. Я ездила в деревню Углы, чтобы поговорить с Ольгой, убедить ее выслушать тебя, поговорить нормально. Ольгу я дома не застала, зато поговорила с соседкой.
— И что же? – нахмурился мужчина.
Вера молча достала фотографии Маши и положила перед Кураевым:
— Знаешь кто это? – губы Веры дрожали.
— Да. Это Маша, твоя дочь — девочка, которую ты собираешься удочерить, а что случилось, Вера? – не выдержал и чуть не закричал Михаил.
— Это Маша Антонова. Твоя внучка, Миша! – Вера закрыла лицо ладонями и заревела, – ты забери ее из детского дома, ладно? Она такая несчастная. Люби ее, Миша! Люби ее очень сильно! Как я люблю!
— Моя внучка? Ольгу лишили материнских прав? Моя внучка? – раз за разом повторял мужчина и вдруг нахмурился, – да чего же ты рыдаешь? Все ведь хорошо! Мы заберем Машу, поженимся, будет самыми лучшими родителями для нее, милая, ты что?
— Мы не можем пожениться, как ты этого не понимаешь? Маша думает, что я её мама. Как же мама может выйти замуж за дедушку?
— А почему не может? – пожал плечами Михаил? — очень даже может!
Вера перестала плакать и уставилась на Кураева.
— Я никуда тебя не отпущу, Вера! И Машу мы заберем! Где кольцо, которое я тебе подарил? – нахмурился Кураев.
Вера медленно подняла руку и Михаил увидел на безымянном пальце пластмассовое колечко от бутылки с минеральной водой. Вера придерживала его, потому что слишком большое кольцо так и норовило соскользнуть.
— Ну, вот и хорошо! Вот и славно, – погладил Веру по голове мужчина, — ты моя навсегда! Поехали к Маше!
Вера и Михаил Кураев поженились спустя месяц после того, как забрали Машу из детского дома. Генетическая экспертиза с легкостью доказала, что Маша — внучка Михаила и супруги Кураевы оформили опекунство над маленькой Машей. Наступило время бесконечного счастья, о котором Вера уже давно даже не мечтала.
А вот сестра и племянник Михаила больше не живут в особняке. Им пришлось отложить продажу квартиры деда, потому что они сами теперь там живут. Лера не перестает просить прощения у брата, но вряд ли она искренне раскаивается. Скорее всего ей просто хочется вернуть прежнее благополучие.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.