Шарль Леклер – худший напарник. Можете считать это комплиментом.
Монегаск никогда не подумает о партнере, его психологическом комфорте и совместной работе ради будущего «Феррари» – он эгоист на треке, расталкивающий конкурентов локтями. При этом прекрасный манипулятор, освоивший принципы давления на команду в угоду своим интересам.
Надеюсь, вы тоже предвкушаете драму в Скудерии?
С Шарлем было тяжело и Карлосу Сайнсу, когда испанец набирал сопоставимую скорость; и Себастьяну Феттелю, который до появления сверхбыстрого партнера много лет жил в тепличных условиях и с трудом заставил себя включиться в реальную борьбу.
Да, проглядывается несколько параллелей между 2025-м и 2019-м: как и тогда, в напарниках у Шарля более звездный гонщик; как и тогда, Леклер вкладывает гоночные таланты и агрессию в давление на вторую красную машину, попутно подталкивая командный мостик к непопулярным тактическим ходам. Правда, за последние шесть лет Шарль по-настоящему повзрослел и вместо раздражающих выкриков по радио («я быстрее, сделайте что-нибудь») действует тоньше – максимально сожалеющим тоном намекает об упущенных выгодах («жаль, если мы не реализуем такой прекрасный темп»). И это работает!
Борьба двух алых машин – это хорошо для «Формулы-1», и, конечно, никто не скажет, что это плохо для самой «Феррари» – в конце концов, если быстрый пилот оказывается впереди и зарабатывает очки, то зачем его сдерживать?
Но если вы Льюис Хэмилтон или его болельщики – приготовьтесь к тяжелому и изматывающему сезону. В процессе адаптации к новой машине семикратному чемпиону мира предстоит еще не раз услышать просьбу пропустить более быстрого партнера. Это может раздражать и злить, но с монегаском иного не дано – в отличие от верного Валттери Боттаса, готового ехать позади без резких движений рулем, или даже Джорджа Расселла, способного затаиться до особого разрешения боссов, Леклер не перестанет давить. Если он действительно быстрее, то скорее наедет на заднее антикрыло напарника, чем сбросит скорость.
Как Хэмилтону с этим бороться? Для начала – запастись терпением. Например, Феттеля в 2019-м хватило лишь до лета (а затем, кажется, немец посчитал, что переиграл напарника, расслабился и тут же получил несколько ударов), Сайнс работал вдолгую и в итоге противопоставлял чистому таланту аналитический ум и попытку выигрывать гонки как гроссмейстер.
В конце концов, в жестком подходе Леклера есть и слабая сторона: в попытке вырваться вперед напарника он не щадит даже собственные шины и на дистанции может оказаться проигравшим. Он отличный пилот, мегаталант с природным чутьем пределов возможностей машины, но ужасный стратег. А еще – иногда допускает грубые пилотажные ошибки.
Если Льюис намерен стать для «Феррари» иконой – он должен действовать от противного. Там, где Леклер предпочтет рискнуть, Хэмилтон обязан пилотировать осторожнее. В моментах, где Шарль расслабится – от Льюиса потребуется выжать из себя все.
Неизвестно, осознал ли Хэмилтон натуру партнера. Но, во всяком случае, мы точно видим, что скорость Шарля его действительно волнует, да и сам он отбывать номер не намерен. Попытки в Шанхае выгадать время перед разменом позициями, жесткое требование от инженера Риккардо Адами дать ответ на вопрос, где №44 медленнее – все это говорит о намерении Льюиса биться до конца, пусть даже там, где он пока слабее.
О, нас ждет классный год противостояния в «Феррари».
Поверьте, эти двое еще достанут ножи.
Что еще почитать о гонке «Ф-1» в Китае Что случилось на Гран-при Китая: Норрис больше не лучший в «Макларене»? А куда пропал Хэмилтон? Что случилось в спринте на Гран-при Китая: как Хэмилтон удержал победу? Куда делся «Макларен»? Хэмилтон – чемпион не только в гонках, но и в заботе о себе. Он в суперформе в 40 лет
Фото: Gettyimages.ru/Clive Mason; East News/AP Photo/Andy Wong