Скандалы с незаконной миграцией захлёстывают страну, словно волны штормового моря. Уголовные дела против коррумпированных чиновников и их подельников множатся, как грибы после дождя. Но один вопрос остаётся без ответа, вися в воздухе тяжёлым грузом: а что же с мигрантами, которые заплатили за свой пропуск в Россию? Их судьба — загадка, покрытая мраком, и это бесит не меньше, чем сама коррупция.
Москва: квартиры, машины и 10 тысяч «новых русских»
В столице громкое дело бывшего начальника управления по вопросам миграции ГУ МВД России Дмитрия Тахтаулова дошло до финала ещё в декабре. Этот полицейский чин, словно паук, сплёл паутину, в которой за несколько лет запутались 10 тысяч иностранцев. Всё просто: плати от 300 до 500 долларов — и добро пожаловать в Россию с новенькими документами.
Суд не только отправил Тахтаулова за решётку, но и конфисковал его неправедно нажитое добро: четыре квартиры, семь машиномест, две машины, земельные участки — список впечатляет, как трофеи удачливого пирата. Перед судом он стоял с поникшей головой, а пресс-служба Следкома щёлкала камерами, запечатлевая падение «миграционного короля». Но что с теми, кто купил у него легализацию? Выдворили их? Наказали за взятки? Тишина. Ни строчки, ни намёка.
Интересная деталь: говорят, в одной из квартир Тахтаулова нашли потайной сейф, набитый валютой и золотыми слитками. Деньги, вырученные с мигрантов, он явно не тратил на благотворительность.
Питер: конвейер на 150 тысяч душ
Если Москва удивила масштабами, то Санкт-Петербург побил все рекорды. Здесь преступная группировка превратила выдачу гражданства в настоящий конвейер, отточенный до блеска. За два года в Северной столице легализовали 150 тысяч иностранцев — цифра, от которой голова идёт кругом. В деле засветились громкие имена: депутат Колпинского муниципального округа и экс-президент Федерации ММА Виктор Данишевский, а также замначальника управления по вопросам миграции ГУ МВД Сергей Караблин.
Их схема работала как часы. Хостелы для «туристов» из Средней Азии стали фабриками по штамповке документов. Приезжие платили, их селили в тесные комнаты с обшарпанными стенами, а затем снабжали фиктивными бумагами. Деньги текли рекой, а законность оставалась где-то за горизонтом. Уголовное дело насчитывает 500 томов — это целая библиотека грехов, переданная в суд. Процесс обещает быть долгим, как питерская зима.
«Коммерсант» сообщает: все 150 тысяч разрешений на временное проживание отозваны. Но где эти люди сейчас? Ходят по улицам Питера с аннулированными документами? Или растворились в тенях? Никто не скажет. А между тем, в одном из хостелов, по слухам, нашли старый чемодан, набитый поддельными печатями и бланками — улика, которая могла бы стать экспонатом музея криминала.
Калуга: фиктивные жёны и «Бюро переводов»
В Калужской области сотрудники ФСБ перекрыли ещё один канал, где мигранты получали пропуск в Россию через подставные схемы. Под вывеской «Бюро переводов» орудовала банда, которая за деньги оформляла разрешения на временное проживание. Но это ещё не всё: за 15–25 тысяч рублей можно было купить себе фиктивную жену с перспективой гражданства. Не слишком щепетильные калужанки охотно шли под венец, а потом исчезали с выручкой в кармане.
В сговоре участвовали сотрудница ЗАГСа из Наро-Фоминска и работница отдела миграции из Малоярославца. Последняя брала по 15 тысяч рублей за каждого приезжего, словно кассир в кинотеатре. Члены ОПГ в погонах получили от 2,5 до 4,5 лет тюрьмы, а гражданские сотрудницы «бюро» отделались условными сроками. Суд прошёл, приговор вынесен, но судьба легализованных мигрантов снова осталась за кадром.
Кстати, очевидцы шепчутся, что в офисе «Бюро переводов» нашли целую стопку любовных писем, написанных мигрантами для своих «невест». Правда, все они оказались на одном и том же шаблоне — романтика по цене контракта.
Почему молчат о наказании мигрантов?
Истории в Москве, Питере и Калуге — лишь верхушка айсберга. Коррупционеров ловят, судят, лишают нажитого, но про тех, кто платил за свои документы, — ни слова. Разрешения отзывать, гражданство аннулировать — это должно стать железным правилом, считают те, кто следит за такими делами. И делать это надо громко, с треском, чтобы каждый, кто решит сунуть «бакшиш», знал: закон настигнет, как молния.
В деле Тахтаулова иностранцы заплатили миллионы долларов. В Питере суммы, вероятно, ушли в десятки миллионов. В Калуге — чуть скромнее, но тоже не копейки. Эти деньги оседали в карманах преступников, а мигранты получали шанс остаться в России. Но что теперь? Их просто оставляют в подвешенном состоянии? Или они тихо исчезают, чтобы потом вернуться с новыми взятками?
В Москве, говорят, Тахтаулов держал дома коллекцию дорогих часов — память о днях, когда он «ковал» новых граждан. В Питере в одном из хостелов нашли детскую игрушку, забытую ребёнком мигранта, — маленькая деталь, но от неё веет драмой. А в Калуге одна из «невест» якобы потребовала у клиента бонус — бутылку шампанского за свадьбу, чтобы отметить сделку.
Эти дела — не просто сухие строчки в уголовных хрониках. Это клубок человеческих судеб, жадности и хитрости, который распутывают силовики. Но пока главная загадка остаётся неразгаданной: что будет с теми, кто купил себе место под российским солнцем?