Сегодня Анфисе на работе выдали аванс. И поэтому в супермаркет она не вошла — влетела, что называется и схватив тележку, бодро стала курсировать между рядами. Так, что тут у нас, сыр с благородной плесенью? Берем! А нему, пожалуй, можно взять целую гроздь отборного красного винограда.
Аванс всегда позволял Анфисе ненадолго почувствовать себя богачкой, это был такой способ порадовать себя, своеобразный компромисс, после которого она согласна была, следуя разумным собственным рассуждениям, аккуратно тратить деньги с зарплаты, чтобы в бюджете ее маленькой семьи не возникло дырок, чтоб не стал он под конец рабочего месяца похож на решето.
Дорогие глазированные сырки (из себестоимости которых, как подозревала Анфиса, половина уходила на красочную упаковку — коробочки с золотистым выпуклым текстом), говядина на стейк, а это что — печенье с корицей по стоимости пачки, как килограмм с рынка, где обычно брала печенье? Тоже берем! Плавленый сыр, сладкая газировка, консервированные оливки с начинкой из козьего сыра… Ах, да! Еще эклеры чуть не забыла!
Наконец, Анфиса подъехала к кассе. Очередь двигалась медленно. Молодая женщина зевнула, прикрыв рот ладонью и подумала о том, что надо бы с аванса, что там останется сейчас после покупок, еще заранее заплатить за свет, скинуться на День рождения старшего бухгалтера на работе и еще, наверное, выделить деньги дочке на карманные расходы — Наташе уже исполнилось тринадцать и она с недавних пор настаивала на том, чтобы иметь, так сказать, собственные средства. Анфиса сперва над этим посмеивалась, но потом, почитав умные статьи о том, что так у ребенка развивается финансовая грамотность, согласилась. Хотя, подумала она, какая уж тут грамотность — наверняка дочка опять все за пару дней спустит, когда с подружками пойдет гулять в торговый центр…
И так Анфиса была погружена в свои мысли, что не сразу обратила внимание на поднявшийся впереди, на кассе, шум. А когда внимание обратила, то поняла, что там кассирша просто прямо строго отчитывает старенькую бабушку.
- У вас денег не хватает за все рассчитаться, - сказала кассирша. - И ваши копейки я тоже уже посчитала и все равно не хватает! Так что давайте, выбирайте, что убрать — хлеб или макароны?!
- Да как же так, дочка, - всхлипывала уже прямо пенсионерка. - Я же перед тем, как иди, в тетрадочку заглянула и посчитала, сколько хлебушек с остальным будет стоить…
- Ну, значит, у нас прошла переоценка этих товаров, - пожала плечами кассирша. - Так! Бабушка, вы мне очередь задерживаете! Что удалять — хлеб или макароны?!
- Вечер, люди с работы идут, семьи кормить надо, - ворчливо отозвался о сложившейся ситуации мужчина из очереди в клетчатой кепке.
- И не говорите! - подхватила стоящая за Анфисой тетенька в демисезонном пальто с пышным, будто бы лисьим, воротником. - Нормальные люди с карточками банковскими ходят, а эта — трясет своими монетами, будто у нас тут есть время ее ждать!
И вообще-то, Анфисе обычно мало дела было до окружающих, но тут, когда она увидела эту старушку — худенькую такую, маленькую, которая стояла, сгорбившись и от больной спины, видимо и от обрушивающихся на нее укоризненных, а то и от насмешливых, презрительных взглядов, когда она увидела ее скрюченные, дрожащие пальцы, которыми та взялась сгребать мелочь с блюдца кассы себе в ладошку… Тут Анфиса просто не выдержала!
- Пропустите, пожалуйста! - воскликнула она и оставив свою тележку, пошла мимо очереди. - Я заплачу! - выпалила Анфиса.
- Чего? - удивилась кассирша. - Вы ее знаете, что ли?
- Нет, - мотнула головой Анфиса. - Но я заплачу! Сколько там? У меня безнал.
- Ну, как хотите, - пожала плечами работница супермаркета на кассе и через мгновение оплата за буханку белого пшеничного и упаковку рожек прошла.
- Ишь, благотворительность, - хмыкнул, покачав головой, носитель клетчатой кепки.
- И не говорите! - подхватила тетушка в пальто. - Видимо, у кого-то деньги лишние! Не мое дело, конечно, но могла бы на эти деньги другим помочь и вообще…
Но Анфиса не слушала больше, что там говорит очередь. Она и старушка отошли в сторонку.
- Ой, спасибо, родная, - нервно подрагивая головой, благодарила ее старушка. - Ой, да зачем же? Я же… Ох, спасибо! Теперь хоть поем… Спасибо!
Анфиса открыла было рот, чтобы сказать, мол, не стоит благодарности, это просто доброе дело, так захотелось, бывает, знаете ли! Но тут ее как ударило этим — что хоть поест старушка и она подумала — да неужели же это такая хорошая еда, вот так вот просто когда, лишь хлеб с макаронами человек взял?!
- Так, а кто этот тут тележку бросил? - спросила кассирша. - Женщина! Вы за себя-то рассчитываться собираетесь или нет?!
- Извините, я передумала! - ответила Анфиса.
А потом, не слушая поднявшейся, естественно, волны возмущений — мол, а придется ведь теперь носиться кому-то из сотрудников и все это по витринам обратно раскладывать, она снова взяла пустую тележку и повела за собой совсем неизвестную ей старушку.
- Давайте ка мы купим все, что вам нужно, бабушка, - тепло улыбнувшись, сказала ей Анфиса.
- Ой, милая! - схватилась та за сердце. - Да как же так… Да не надо, зачем…
- Надо, - вздохнула и снова улыбнулась Анфиса. - Нужно! Ну ка, давайте начнем, пожалуй, с колбаски! Вам какая приглянулась?
Когда Анфиса второй раз появилась на кассе, тележка, которую она толкала перед собой, снова была полна продуктами. Кассирша же, увидевшая такое, округлила глаза. Но ничего не сказала. Только поджав губы торопливо все пробила, озвучила сумму и Анфиса расплатилась. Затем Анфиса помогла старушке все это разложить по пакетам.
- Тяжело вышло, - сказала Анфиса. - Может быть, помочь донести?
- Нет, не надо, - отказалась старушка. - Ох, спасибо! Спасибо тебе…
- Не за что, что вы, - улыбалась в ответ Анфиса и ей почему-то хотелось плакать.
Но как же легко, светло было на сердце! Анфиса не просто возвращалась домой — летела.
- Мама! Ты дома! - принялась прыгать вокруг дочка, стоило ей переступить порог. - А что вкусненького ты купила? - спросила девочка уже растерянно, потому что в руках у матери не увидела ни одного пакета.
- Вкусненького? - Анфиса сама растерялась… И тут же осознала — да ведь совершая доброе дело, она как-то вообще забыла о том, что собиралась себя порадовать. - Да так, сегодня не зашла просто в магазин, - пожала она плечами, скидывая осеннюю куртку.
- И что же мы будем есть? - надулась Наташа.
- Кажется, со вчера остались котлеты, - ответила ей мама. - Мы к ним спагетти отварим и кетчупом зальем! Представляешь, как будет вкусно?!
- Я хотела салями, - еще больше надулась Наташа. - И ты обещала, что купишь, когда аванс получишь, эклеров шоколадных! И еще тот тропический фрукт, ну, который розовый и…
- Послушай, дочка, - перебила ее мама и в голосе Анфисы почувствовалась не присущая ей обыкновенно строгость. - Нельзя быть такой неблагодарной жизни! Ты хотела эклеров, но их нет? Ну, что же, это не беда! Зато у тебя есть сытная еда, а это, знаешь ли, уже многое, у некоторых людей и того нету! Давай ка мы с тобой, - смягчила тон Анфиса, потому что ей совсем, конечно же, не хотелось доводить ребенка до слез. - Пойдем на кухню, заварим чаю и обо всем поговорим. И я тебе кое-что расскажу, а потом ты скажешь, как по-твоему — правильно ли я поступила?
И они отправились пить чай. И потом, когда Анфиса поведала дочке о том, что с нею случилось… Наташа все-таки расплакалась — до того ей стало жаль бедную старушку.
- Спасибо, мамочка! - кинулась она к Анфисе. - Ты у меня самая лучшая и добрая на свете! И не нужны мне никакие эклеры!
Автор: Лили Амурская
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить публикацию новых историй!