Скалы издали, снизу, видятся безобидными, не высокими и не устрашают. – Серо-белые, с красноватым оттенком, сложены горизонтально залегающими осадочными толщами древнего океана палеозоя.
Под действием ветров, зноя, морозов за тысячелетия выветривания они приобрели ступенчатый замысловатый матрацевидный облик, что позволил без излишних затруднений подняться на первый уступ. Дальше - на вершину, вдоль отвесного обрыва, у самого-самого его края, петляет лишь местами оттаявшая козья тропка. Взбираюсь по ней всё выше и выше. С каждым метром подъёма открываются немыслимые красоты горной долины реки Сим. - Вдоль его правого берега петляет, извивается железная дорога – Транссибирская Магистраль. Временами далеко внизу грохочет очередной поезд. Сверху он глядится извивающейся гусеницей, червяком. И не верится, что товарняки растягиваются на километр.
Карабкаться ввысь становится всё опаснее и страшнее. Высота скал у вершины Красной Скалы достигает несколько сот метров, а тропка вьётся в метре от вертикального обрыва, и с неё не сойти. – Кругом ещё не стаяли снега и, того - по пояс! Растаяла лишь только козья дорожка. Здесь – заметно прохладнее, чем внизу у подножия горы. И приторно пахнет весенним снегом, согретой солнцем уральской земли, прелым кленовым листом, камнями и подснежниками – ветреницей. В науке уральский первоцвет носит загадочное имя: «анемона уральская». Наименование подснежника переводится, как «ветреница» – цветок весенних ветров гор Урала. - Невероятной красоты! С самого детства с благоговением ожидаю их появление по весне. Аромат ветреницы – то запах весны моих гор, детства, родины.
Сосна на скале
Ползу всё выше и выше. – Страшно! Хочется вернуться и не испытывать судьбу. Выше подъём делается ещё опаснее. Тропу испещряют замёрзшие ледяные ручейки. При потеплении снег выше по склону таял, вода стекала, а сегодня ночью застыла и сейчас пока не растаяла. На тропе – гололед, легко поскользнуться и соскользнуть навсегда в бездну. Заставляю не думать о плохом и упорно карабкаюсь ввысь. Давно мечтала подняться на эти скалы, - ещё с глубокого детства, проезжая на поездах мимо Миньяра, мимо Красной Скалы, когда ездили к бабушке в Ашу. И вот сейчас, впервые за многие-многие годы - совсем близко заветная сосна, к которой ползу. Давно её заприметила, - издали, снизу. Она едва держится корнями за трещины камней обветренных скал. И вблизи необыкновенное дерево изумляет. – Сосна немыслимо изогнута, изломана студёными беспощадными ветрами, проморожена безжалостными морозами. И притом, каким-то образом живёт и растёт! Глядя на необычное дерево, дивлюсь: «Чем сосна питается на голом камне? Как выживает?!..». Подобралась ближе, смотрю и невольно проникаюсь восхищением, уважением к немыслимой жизнестойкости одинокого деревца. С него стоит брать всему живому пример стойкости перед лихолетьем.
Преодолев наконец-то подъём, отдыхаю, любуюсь видами просторов родины, фотографирую, понимая, что не скоро доведётся сюда вернуться вновь.
Внизу, с высоты птичьего полёта, виден посёлок. Здесь, первопоселенцами, в 1930-ом году стали наши пращуры. Мой прадед, его братья, бесчисленные родственники и моя маленькая бабушка бежали с колхоза Ерала от тотального раскулачивания и расказачивания на металлургические заводы Сима, Миньяра, Аши. В родном селе они бросили дом, землю, чтобы спастись. Переселившись в Новостройку Миньяра, первыми раскорчёвывали лес, строились, приживались. Те улицы, что видны внизу, - это заслуга моего прадеда. Он первым ступил в этот край, чем спас будущее нашего рода, предопределив и моё появление в этот мир.
Очерк в первом варианте частично публиковался на литературных сайтах Интернет. Данное произведение заново редактировано.
#Весна на Южном Урале, #апрель в горах Урала, #Миньяр, путешествие, #приключения, #природа гор Южного Урала, #сосна на скале, #подснежники, #весенние бабочки гор Урала, #родина, #история и природа Урала