Угораздило же меня оказаться на этой захолустной планете. Сильные ветра, давящая гравитация, не стираемые ночные туманы, и тоска, навеваемая серыми, низко плывущими облаками. Дышится тяжело из-за малого количества кислорода, а постоянный запах аммиака, источаемый местными, чернеющими вдали болотами - просто сводит с ума. Я бы мог сравнить это место с Адом, но тут - гораздо прохладнее. Каждый день, а длится он, примерно, по шестнадцать земных часов, глядя на заметаемый грязными песками искореженный и изуродованный от жесткой посадки космический корабль, сердце обливается кровью, в ушах раздается невыносимый пульсирующий стук, а безжалостная рука отчаяния буквально сжимает мое горло. Выступают слезы и хочется выть. В тот день, прибирая обороты двигателя, я не заметил, что высота не соответствует заданной, не учел плотность атмосферы и высокую гравитационную составляющую, которую замерял еще с орбиты. Не хватило нескольких секунд, чтобы исправить ошибки. Было уже поздно. Сильнейший удар о