В искусстве я больше всего не люблю реализм, потому что мое воображение спорит с реальностью, пытаясь сделать все по-своему и навязать то, чего нет, поверх того, что есть, поэтому все мои деревья не в характере с несуществующей пластичностью и изгибами модерна и с вымышленными деталями.
Однако, лев с пристани в Кузьминках получился в характере. Я обладаю способностью вчувствоваться в предмет и повторять его с точностью. Тогда воображение со своими устоями отступает назад, позволяя мне передать характер формы. Но я до конца не понимаю, как я это делаю.
Более ценным я считаю в искусстве и, в частности, в живописи, не повторять то, что уже есть, это уместно делать, чтобы держать в тонусе свои живописные навыки, а доставать из себя элементы своего мифа. Ведь у нас внутри целый мир, и он жаждет быть выраженным.
Поэтому я временами не понимаю, зачем художники в большинстве своем, в отличие от Сальвадора Дали, изображают то, что есть, хотя у меня бывает такое, что когда я вижу что-то настолько прекрасное, это вводит меня в оцепененный восторг, и я сразу хочу это увековечить. Однако, все равно в приоритете - доставать из себя то, что накопилось внутри.