ЖИЛИ-БЫЛИ, часть 4, КОЛЬКА И ДИКИЕ ПЧЕЛЫ.
А ещё был случай. Было мне лет шесть-семь. Пошли мы в соседний лес прогуляться с ребятами. Он небольшой был, частенько туда бегали. И вот на одном из деревьев мы обнаружили дупло, в которое периодически влетали, а потом вылетали, на вид абсолютно правильные, пчелы. Один пацан, что был повыше, встал вплотную спиной к дереву, второй, поменьше, взобрался ему на плечи. Девчонки подали ему палку, и он принялся ею тихонько крутить в недрах дупла, пытаясь добыть медку...
Дальнейшие события не поддаются точному изложению, поскольку всё происходило на запредельных скоростях... Было нас пятеро. Я был самый младший, остальные школьники 10-13 лет. В тот день я хорошо понял, что означает выражение «пятки засверкали». Тот, что ковырял палкой в дупле, видимо, первым принял бой. Соскочив с плеч своего товарища,он приобрел в качестве бонуса за свою беспредельную наглость (или глупость) хорошее стартовое ускорение, что позволило ему с большим отрывом возглавить гонку. Долговязый, освободившись из-под гнета верхнего, не стал откладывать старт с места, тем более что об этом же его с боевым жужжанием просили вновь прибывающие силы противника. За ним рванули две долговязые девчонки и я, вскоре оказавшийся последним в этом пелетоне.
Больше всех мне и досталось. До села было около одного километра. Рой, преследующий меня, постепенно редел, но с десяток особо лютых продолжали преследовать меня уже в самом селе... Когда я, наконец, достиг своего двора, голова моя уже больше была похожа на тыкву. Левый глаз заплыл совсем, от правого осталась узкая щель... Не знаю, чем бы всё это кончилось, если бы не бабуля... Первым делом она с помощью иголки достала из меня все жала, сделала примочки колодезной холодной водой, чем-то намазала, потом забинтовала заплывший глаз. Когда я, в виде мумии фараона, появился вечером на улице, радости моего закадычного друга и периодически врага, соседского Кольки, не было предела, и он с удовольствием раструбил эту весть по всему селу. За что, впрочем, вскоре и поплатился.
Дедушка был мастером на все руки: и плотничал, и кузнечное дело знал. Смастерил он для домашних нужд прототип современной тачки из дерева, на железных колесах от какой-то старой сельхозтехники. Была эта конструкция довольно тяжелая, хотя дед называл ее ласково-уменьшительно: возок.
И вот на следующий день решили мы с Колькой покататься на нем. Жил он в соседнем доме. То я его везу до их калитки, то он меня обратно до нашей... Сначала всё было хорошо... Когда была моя очередь управлять возком, Колька преображался в Чапаева и орал на всю деревню: «Эх, тачанка-ростовчанка, наша гордость и краса...» А тут... Вдруг на очередном рейсе как подменили его... Вспомнил про пчел и стал орать во всю глотку: «Битый небитого везет, битый небитого везет...» Тут терпению моему пришел конец... Я чуть поменял маршрут, с трудом загнал возок на бугорок, набрал ход и, притормозив на ближайшей ямке, приподнял резко обе ручки вверх и, перевернув возок, накрыл им Кольку недалеко от их калитки. Выбраться он сам оттуда не мог, вот и орал там как резаный, пока за ним не пришли домашние.
Тут приходит к нам соседка, тетя Клава, Колькина мать, по совместительству моя крестная. Ведет заплаканного Кольку, всего в соплях... Рассказывает, что я натворил... Бабушка подзывает меня, руки в боки, строгое лицо... Тут я и поведал, что еще вчера надо было отдубасить Кольку за то, что дразнился и смеялся надо мной, приводил пацанов с соседних домов даже показать, что натворили со мной пчелы... А сегодня, мол, взялся за старое опять... «Да, дразниться нельзя, — сказала авторитетно бабушка, подводя итог разговору. — Иди, Клава, домой!» Тут и дед подошел, восхищенно глядя на меня. «У малого Клавкиного язык поганый», — подвел он вердикт. Вот эта маленькая, простая история, по-моему, хорошо показывает слаженность и взаимопонимание между дедулей и бабулей. И, оглядываясь назад, вспоминая и много других разных историй, понимаешь, что так было всегда у них в семье... Слаженный тандем. Порядок и доброта. Вроде бы дедушка, грамотный, мастеровитый, уважаемый в селе человек, был тут главой семьи... Ан нет — в домашних делах, в воспитании детей тут верховодила бабушка... Так и прожили долгую, трудную жизнь, победив все невзгоды и воспитав хороших детей.
А ведь начиналось всё не шибко весело. Поженили их по договоренности отцов семейств, можно сказать, принудительно. Бабушке нелегко пришлось в новой семье: кроме свекрови еще и мать свекра еще жива была... А работы в селе невпроворот. От зари до зари... В буквальном смысле этих слов... Около трех лет детей у бабушки не было... Неудивительно, что были у нее тогда даже мысли о побеге, как она вспоминала в конце жизни. А потом и дети пошли — на протяжении почти двадцати лет... И трудно представить, что можно столько детей родить без любви. Более всего подходит этой любви название «земная». Это значит — без мишуры, фантиков, красивых слов... Это скорее крепкая дружба, проверенная временем, совместные проекты в виде детей, строительства домов, большого домашнего хозяйства... И всё это без громких высокопарных слов, которых всегда стеснялись и избегали эти простые, земные люди...
