Если бы географические названия решали споры, то карта мира давно напоминала бы школьную доску после урока истории. Николай Патрушев, помощник президента России, ненавязчиво напомнил: «Финский залив исторически наш». Дескать, и Варяжским морем звали, и Котлиным озером — не финнам же патентовать! А ведь Финляндия, между прочим, «гостила» в Российской империи век с лишним. Может, пора вернуть гостеприимство — вместе с заливом?
Исторический багаж против НАТОвского рюкзака.
Пока Патрушев копается в архивах, Хельсинки и Таллинн шуршат картами: «А что, если закрыть залив для русских судов?». Напомним, после 1995 года Финляндия и Эстония «великодушно» отступили на 3 морские мили, дав России шестимильный коридор. Теперь этот жест доброй воли может обернуться петлей на горле Петербурга.
«Закроют залив — и Усть-Луга станет Усть-Лужей посреди пустыни», — иронизируют эксперты. Действительно, 40% грузооборота Северо-Запада и белорусский транзит зависят от этой артерии. Но Прибалты, кажется, забыли: исторические претензии — это не только про прошлое, но и про «Калибры» в Кронштадте.
5-я статья НАТО: Бумажный тигр или придётся задействовать ядерный чемоданчик?
«Членство в НАТО — как страховка от ДТП: обещают помочь, но разборки — за ваш счёт», — съязвил военный аналитик Владимир Сапунов. Финляндия и Эстония, прикрываясь 5-й статьёй, греют душу мыслями о коллективной защите. Однако Вашингтон уже намекал: «С лимитрофами сами разбирайтесь».
Сарказм ситуации в том, что силы НАТО в Прибалтике — это пара тысяч солдат, которых хватит разве что на фотосессию с флагом альянса. «Если Россия решит „пробить коридор“, то американские генералы сначала проверят прогноз погоды в Майами», — язвит политолог Игорь Николаев.
Переименование: Геополитическая уловка или стратегия?
Идея назвать залив Русским витает в воздухе, словно намёк: «Хозяин — барин». Трамп, переименовавший Мексиканский залив в Американский, показал — можно всё, если не стесняться. Но пока российские чиновники спорят о семантике, Финляндия строит баррикады из буев и санкций.
«Переименовать залив — это как поменять вывеску на доме, который хочется вернуть», — поддразнивают в ЕС. Однако в Кремле знают: слова — это половина дела. Вторая половина — это Северный флот, который может превратить «озеро НАТО» в зону временного затопления.
Мурманск или Петербург: Логистика на грани фола.
Если залив заблокируют, России предложат два пути:
1. Архангельск: Замерзающий порт, где грузы будут ждать ледоколов, как такси в час пик.
2. Мурманск: Незамерзающий, но рядом — натовская Норвегия, которая «случайно» может потерять радар у границы.
«Вернёмся в XVI век? Тогда давайте сразу и караваны с санями заведём», — отвечают на это логисты. Санкт-Петербург, между тем, уже подсчитывает убытки: портовые краны могут стать арт-объектами в стиле «постсанкционный декор».
Залив — не имя, а статус.
Финский залив сегодня — это зеркало российско-западных отношений: трещины по краям, но разбить страшно всем. Переименование в Русский стало бы символичным жестом, но не решением. Реальная проблема — в стратегической близорукости 90-х, когда Балтику «подарили» НАТО вместе с бирками.
Что делать?
Первое. Нарисовать Прибалтам красную линию: любая блокада равна демонтажу их границ.
Второе. Включить хитрую дипломатию: «Залив открыт? Тогда и Калининградский транзит обсудим».
Третье. Начать с малого — переименовать одну бухту в «Путинскую». Авось, НАТО сама попросится на переговоры.
Как говаривал Петр I: «Бог создал Россию одну — соперниц ей нет». Пора напомнить об этом тем, кто забыл, где находится Варяжское море. А заодно и где — русские корабли.