Молодая пара начала активную подготовку к свадьбе: подала заявление в ЗАГС, оплатив государственную пошлину, арендовала теплоход, внесла предоплату за кейтеринг и загородный коттедж, а также заключила договор с декоратором.
Помимо организационных аспектов, жених и невеста уделили внимание психологической подготовке к браку — они оплатили услуги психолога и приступили к посещению консультаций: сначала индивидуально, затем совместно.
Однако, запланированное торжество не состоялось. По словам истцов, во время совместной сессии психолог допустила некорректное поведение, что привело к конфликту между ними и убедило их в невозможности построения гармоничной семьи.
Более того, специалист раскрыл информацию, доверенную клиентами на индивидуальных консультациях, не предназначенную для их партнера. В результате пара отказалась от регистрации брака, но позднее, после переосмысления ситуации, все же вступила в официальный союз.
Тем не менее они решили взыскать с психолога расходы на первую попытку свадьбы и стоимость консультаций, обосновав свои требования следующим:
● оказанные услуги были ненадлежащего качества;
● их низкий уровень подтверждается не только срывом свадьбы, но и отсутствием у ответчика профессионального образования и квалификации;
● в ходе последней консультации психолог нарушил нормы профессиональной этики, разгласив конфиденциальные сведения.
Однако суды двух инстанций отказали в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на следующее:
1. Между сторонами были фактически заключены договорные отношения по оказанию психологической помощи на возмездной основе.
2. Согласно п. 1 ст. 423 ГК РФ, возмездный договор предполагает оплату услуг за их оказание, а не за достижение определенного результата. В соответствии с п. 1 ст. 779 ГК РФ, исполнитель обязуется выполнить конкретные действия, а заказчик — их оплатить.
3. Психологические услуги были предоставлены в полном объеме, а истцы не заявляли о некачественном их оказании в процессе взаимодействия с ответчиком. Наоборот, переписка в мессенджере подтверждает, что клиенты выражали благодарность за предыдущие консультации, согласовывали время новых встреч и демонстрировали заинтересованность в дальнейшем сотрудничестве.
4. Недостижение желаемого истцами результата не свидетельствует о ненадлежащем оказании услуг, так как предмет договора — это выполнение определенных действий, а не гарантия успеха.
5. Договор оказания неклинических психологических услуг не предусматривает обязательного достижения нематериального результата, поскольку его наступление зависит от множества факторов, в том числе от самих клиентов.
6. Нет доказательств нарушения Этического кодекса психолога: утверждения истцов о разглашении конфиденциальной информации и некорректном поведении ответчика основываются на их субъективном восприятии, не подкрепленном объективными доказательствами.
Таким образом, суды пришли к выводу, что психолог действовал добросовестно, оказывая услуги в рамках своей профессиональной компетенции, и оснований для возмещения затрат, понесенных истцами, не имеется.
См. Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 16 декабря 2024 года по делу № 33–23255/2024.