В феврале пресс-служба ГУ МВД по Петербургу и Ленобласти сообщила о возбуждении уголовного дела в отношении лиц, открывших под Гатчиной реабилитационный центр для наркозависимых.
Речь идет о незаконном лишении свободы, так как двое из пациентов заявили, что лечиться не хотят, а в клинике их удерживают насильно. Приговоров по подобным делам достаточно много, отмечают юристы, при этом, как правило, инициаторов госпитализации — родственников — никто к ответственности не привлекает.
Не начало ли это волны уголовных дел, и что делает руководство частных рехабов, чтобы избежать уголовного преследования — Мойка78 обзвонила несколько клиник.
Сворачивать свою деятельность ни в одном из реабилитационных центров, в которые удалось дозвониться, не намерены. При этом, конечно, почти все слышали о последнем инциденте под Гатчиной и совсем не хотели бы оказаться на месте предпринимателей, которым теперь грозит срок.
«Пройти курс реабилитации можно только в добровольном порядке. Желающий попасть к нам подписывает соответствующие документы. Без добровольного согласия на прохождение курса реабилитации, подписанного лично, наш центр никого не принимает»,
— рассказал психолог центра лечения зависимостей «РусШаг» Сергей Буров.
Он отметил, что несовершеннолетними, за которых решения принимают родители, центр не занимается.
В центре «НоНарко» также сообщили, что ни при каких обстоятельствах не занимаются реабилитацией несовершеннолетних, а полностью дееспособные взрослые пациенты в обязательном порядке подписывают согласие на курс реабилитации. Подписи родителей или иных родственников не заменяют личной — зависимый должен решиться на лечение исключительно добровольно.
Руководитель центра «Петербургский нарколог» Эмиль Акперов полностью поддержал коллег: «Все четко прописано в законодательстве об охране здоровья граждан. Как только гражданин поступает на отделение, не важно наркологическое или какое-то другое, он подписывает информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство».
По словам эксперта, как бы убитая горем мать не упрашивала и как бы не рвалась подписать все, что угодно, лишь бы ее дитя избавили от зависимости, ей будет отказано.
«Хотя по-человечески, конечно, понять таких родителей можно, но есть закон, где все прописано»,
— добавил Эмиль Акперов.
Он также указал, что пациент в любой момент может прервать курс лечения и покинуть стационар, если того пожелает.
«По моим ощущениям случаев добровольного лечения от зависимости — 2 из 10. Как правило, инициатор помещения зависимого в центр — родственник. По сути, он заказчик. И абсолютно не понятно, почему привлекают к ответственности сотрудников центров и при этом не привлекают заказчика. Раз не привлекаете, значит, признаете, что он действовал во благо? В Уголовном кодексе РФ есть статья 39, где говорится о понятии «крайняя необходимость». Это как раз тот самый случай, когда излечение иным образом — невозможно»,
— поделился адвокат Виталий Буркин.
Он рекомендовал руководителям рехабов подписывать договоры как раз с родственниками, и указывать в них только правду. То есть фиксировать на бумаге, кто является инициатором лечения и что иным образом вылечить человека не представялется возможным.
При этом в Петербурге и Ленобласти рехабов немало, их представители признаются, что свободных коек достаточно. Значит, конкуренция за пациентов высока. По информации одного из представителей индустрии, в среднем месячный курс реабилитации наркозависимого в частном центре обойдется больному в 75 тысяч рублей.