Всем привет. Меня зовут Валюша, я работаю уже шестой год каюром в питомнике ездовых собак на Шпицбергене.
Почти всегда у меня были только позитивные посты. Я всегда старалась показать лучшую сторону моей любимой работы. Но в конце ноября я просила Пикабу помочь с пристройством собак, т.к. наш питомник решено закрыть. Поэтому сейчас чувствую себя обязанной рассказать всем заинтересованным что сейчас с собаками.
Чуть больше трёх месяцев назад мы готовились работать зимний сезон. Искали каюров, думали об объемах работы, которую сможем потянуть, какие туры предложить и т.д. Но планы поменялись.
После вот этого моего поста нас - сотрудников ХФ вызвали "на ковер" и сообщили о том, что проект "хаски-ферма" решено закрыть, а со мной и с руководителем ХФ прекратить рабочие отношения по завершении наших контрактов (у меня это май). Мы это решение поддержали. Т.к. последний год показал, что собакам на острове становится только хуже, средств на обеспечение их нормальной жизни нет, все это усложняется тем, что собаки взрослеют/стареют и на острове нет возможности обеспечить им достойную пенсию.
Хорошо. Для нас была поставлена задача - за неделю найти руки для каждой собаки питомника. 51 собака. Найдены. Всех ждут.
Кого-то заберут домой, в квартиру, кого-то в питомник и они продолжат рабочую карьеру, для кого-то уже строятся будки, вольеры... Я передать не могу как я восхищаюсь людьми, которые откликнулись и взяли на себя такую ответственность - забрать к себе чужих собак. Мне казалось, что найти руки для такого количества собак - это самое сложное. Казалось.
Весь январь и февраль руководитель ХФ совместно с Мурманским филиалом готовили документы для ввоза 51 собаки. Ветконтроль, таможня, декларации... Собаки ввозятся в Россию из-за границы. Даже я до сих пор не могу представить объем подготовленных документов, истраченных нервов и задействованных в этом процессе людей.
Собакам поставлены прививки. В конце марта закончится наш карантин и мы готовы ехать.
Нет средств на закупку боксов для собак. Решено переделать будки. Сделать им вход с другой стороны, убрать ножки и поставить решетки, чтобы собаку можно было в этой будке закрывать. Хаус-мастера, столярный цех бросили все силы на срочную переделку будок. Ребята и мы выдалбливали, откапывали вмерзшие будки из снега. Вот переделанные будки на фоне тех, что были раньше.
Будки готовы. Осталось закрепить их в контейнерах. Собак ждут новые хозяева. Документы готовы. Вакцины есть.
Вопрос: когда будет корабль? Должен быть в конце апреля.
И вот здесь врываются новые вводные.
"Давайте оставим собак, которые работают". Давайте. Оставим. Собак.
Большинство подразделений и мнений против. За - мизерное меньшинство. И благодаря этому "за" ломается вся подготовленная схема. Благодаря этому "за" от людей абсолютно ничего не знающих о работе ездовых собак и о формате работы хаски-фермы. Благодаря этому "за" я считаю, что работающим собакам могут подписать приговор.
Потому что оставить их здесь без компетентных сотрудников, без меня (единственного человека на сегодня, знающего как работать конкретно с этим собаками), не решив ни одну из проблем, усложняющих жизнь ХФ сегодня - это подписать им приговор.
После новости о закрытии ХФ все, абсолютно все люди живущие в поселке, читающие меня на канале, писавшие нам слова поддержки, все, кто касался с нами этой темы, говорили "Жалко собачек".
Мне тоже жалко собачек.
Но не потому что они уезжают из Баренцбурга, а потому что на их содержание и лечение нет средств, на компетентных людей, которые могут обеспечить благополучие этих собак нет средств, на технику, которая поможет собак откапывать из снежных завалов нет средств, на снаряжение и снегоход, которые обеспечивают собакам необходимые для них тренировки средств нет.
Мне жалко этих собак, потому что на их благополучие нет средств. Мне жалко этих собак, которым суждено было появиться в этом проекте на Шпицбергене.
Мне жалко этих собак, потому что за больше, чем 8 лет существования питомника никто из руководства и большинство жителей Баренцбурга не поняли, что собаки - живые. И они требуют ухода, заботы и любви 24 на 7. Не по графику 5-2, а абсолютно каждый день. И нельзя не тренировать собак 3 месяца, потом прокатить туриста, и снова не тренировать их три месяца. Нельзя. Это не снегоход, который тихонько подождёт начала сезона в гараже, а потом после незначительного ТО поедет на маршрут. Не получилось донести.
Поэтому да, мне очень жалко этих собак. И поэтому их надо увозить. Всех увозить. А не пытаться дожать тех, кто ещё может работать. Весь опыт питомника, все цифры, всё говорит о провалившемся проекте. Это опыт. Так бывает. Так давайте поставим красивую точку, вывезем собак с острова, где им плохо и отдадим людям, у которых им будет лучше. На кону 51 жизнь.
Пятьдесят одна. И эти собаки отдали бОльшую часть свой жизни (а кто-то и всю) - чтобы проект работал. Чтобы были счастливые туристы - и они были. Собаки честно отработали каждую съеденную порцию еды. Они не виноваты в том, что проект не выжил.
Кого угодно можно сделать виноватым - меня и всех предыдущих сотрудников ХФ, всех руководителей и создателей этой идеи. Хочется виноватого - сделайте. Но среди людей. А не среди собак. Собаки не виноваты. Но страдают именно они. Потому что здесь сейчас нет условий для их комфортной жизни. Они заслужили выйти из этого проекта победителями.
Но вернёмся к тому, что сейчас.
Благодаря меньшинству, выступающему за то, чтобы оставить собак, решено провести очередной эксперимент.
В ноябре мы искали каюров, которые смогут помочь нам работать в сезон. Мы искали не просто людей, которые смогут работать собаками, а именно каюров. Которые знают как управлять нартой, знают что такое ездовые собаки и которым для работы нужно всего лишь выучить имена собак и подружиться с ними. Это казалось нереальной задачей, т.к. у большинства опытных людей свои собаки и их некуда деть на время работы на острове.
И тем не менее, мы справились - нашли!)
Мы планировали работать сезон и очень хотели этого. Зимний сезон - это мое любимое время, я обожаю работать с туристами, а потом слушать от них какие у нас замечательные собаки. Тем более, у нас подросла отличная подмога - 8 щеночков, которых интересно было посмотреть именно в работе.
По плану, каюры должны были приехать, быстро войти в работу (речь была о приезде в середине января), отработать сезон выгодно для всех и после, пока не наступила летняя жара, мы бы собрали вещички и на этой прекрасной ноте отчалили с собаками в Мурманск.
Потом говорили о корабле 20 февраля... А зачем нам тут люди на месяц всего? Да, мы остались с Алиной вдвоем. Но этот месяц до корабля мы уж протянем, справимся с собаками. Приезд каюров отменился. Как и корабль 20-го февраля.
И тем не менее, два дня назад, мы совершенно случайно узнаем, что их привезли. Так, между делом.
Так для чего их привезли? Может быть помочь нам с Алиной, которые сейчас вдвоем без выходных работают в питомнике? Неа, не угадали:)
Два каюра, никогда не работающих в Арктике и на Шпицбергене, не имеющие ни малейшего представления о нашей структуре, работе, собаках, опыте... Два каюра, окрыленные возможностью покататься на собачках по Арктике, должны будут за 2 (две!) недели составить экспертное мнение о том стоит ли здесь оставлять рабочих собак.
Мое мнение (человека с 2017 года в ездовом спорте, проработавшего конкретно с этими собаками больше 5 лет, с опытом работы в питомниках Карелии и Камчатки), мнение нынешнего руководителя ХФ (которая за почти два года руководства склеила еле дышащий проект, смогла оживить его; которая смогла собрать и сделать работающую команду, лучшую по продуктивности за все годы существования ХФ, которая прошла тысячи бюрократических кругов ада, пытаясь закупить корм, лекарства, снаряжение...), мнение бывшего руководителя ХФ - Елены Поцелуевой, которая еще 2-3 года назад писала документы с аргументами почему нужно закрыть ХФ, мнение руководителей других подразделений...
...Все эти мнения, голосующие за вывоз собак - учтены, услышаны, но все же мы хотим потратить деньги, привезти двух вдохновленных новичков и послушать, что они скажут.
Ребята, на самом деле, оказались также заложниками ситуации. Они ехали в Арктику, работать любимую работу с собаками, тренировать их и восхищаться видами вокруг. Поверьте, для каюров это сказка. Не жить полярную ночь, не брать на себя обязательства лечить тех, кто болеет, не вникать в бытовую и бумажную работу, а просто заботиться о собаках, тренировать их и катать туристов.
Но нет. У них не получится просто насладиться процессом. Им поставили задачу, которая обязует их вникнуть в то, от чего мы их хотели уберечь.
Что в сухом остатке.
Ориентировочно корабль в конце апреля. Если снова ничего не перенесется.
Будущие две недели мы поможем ребятам вникнуть в суть нашей работы, обсудим всю историю хаски-фермы, все внутренние процессы, чтобы помочь им нарисовать для себя полную картинку происходящего. После они дадут свое заключение.
К слову для ребят-ездовиков, это Валентина Новосельцева с мужем. Для не ездовиков - это женщина, которая имеет реальный опыт в ездовой деятельности, она прошла одну из сложнейших гонок - Авача, пройдя 300 км на лыжах с двумя собаками по крайне сложному рельефу. К тому же, имеет своих 6 собак и имеющая опыт работы в других питомниках. То есть надежда у нас есть. Т.к. с собачниками все же проще. Они знают что такое ездовая собака и что ей нужно, остаётся их знания вписать в наши реалии и быт. Я продолжаю верить в людей и верю, что они объективно оценят ситуацию. Так вот в зависимости от их заключения будет зависеть уедут все собаки в конце апреля или все же часть рабочих собак останется работать на острове.
К чему ведёт худший вариант в виде "оставить часть работающих собак". Для меня это значит "Проект хаски-ферма 2.0" только с заранее известными плохими прогнозами.
Я уеду. Это значит, что никому из будущих сотрудников я не передам свой опыт работы с этими собаками. Это значит, что новый человек с нуля будет формировать упряжки, узнавать собак, узнавать маршруты тренировок, узнавать тонкости местной работы, которые я узнала только опытным путем. Это значит, что у собак опять начнется кадровая текучка.
А здесь невозможно иначе:
Квалифицированный собаковод будет требовать хорошую ЗП, и будет требовать тратить средства на лечение и содержание собак. Неквалифицированный собаковод приедет покататься на собачках по Арктике, не уследит, загонит собак, не откопает собак в пургу и "привет".
В общем, абсолютно такие же проблемы будут, что и сейчас, только Хаски-Ферма 2.0 начнется уже не с молодыми, озорными собаками, а с собаками, которым работать осталось от 2 до 7 лет, большинство из них выйдет на пенсию в течение трёх лет (это при условии, что будут деньги на их лечение).
Факты закончились. Теперь мои эмоции..
Какие уже могут тут быть эмоции. Я никогда не испытывала такого спектра отрицательных эмоций, как сейчас от всего происходящего.
Я прихожу к собакам и каждый день прошу у них прощения и мысленно с ними прощаюсь. Я не могу больше радостно заходить к ним в вольер. Нет, я держусь пока, не реву слишком много, просто и я и Алина носим это чувство в себе.
Некогда плакать. Нет сил на это. Нельзя позволить себе скиснуть. Да и мокроносые заставляют нас улыбаться, хочешь ты этого или нет. У них есть такая супер сила)
Они сильнее нас. Хотя всё чувствуют.
До того, как мы узнали о том, что собак хотят оставить, я общалась с собаками и думала:Тебя ждут в Питере"..А тебя в Карелии"..Тебя очень ждут в Подмосковье"..Нам немного нужно подождать, и все у нас с вами будет хорошо"..
А сейчас... Я думаю, что я сдаюсь. И глядя в их глаза, полные огромной любви, тепла и трепета ко мне, я прошу у каждой из них прощения за то, что сдалась и, возможно, брошу их.
Я ищу себе оправдания. В том, что это не мои собаки. Я их не завозила сюда. Я искренне старалась и делала так, чтобы им здесь было хорошо. И продолжаю. В конце концов, в мире множество собак. Кому-то не повезло родиться бездомным, кому-то не повезло попасть к живодёрам.. А этим собакам не повезло попасть в Баренцбург. И я не могу спасти всех.
Просто физически, фактически не могу. Как бы я этого не хотела. Я не хочу ставить крест на них, потому что маленькая капелька надежды, что мы вместе уедем с острова и закончим эту историю, где-то внутри меня ещё есть.
Но я сдалась.
Отчасти, это выражается и в этом посте. Я не хотела писать пост, т.к. не люблю недоговаривать, юлить, обманывать.. Не люблю говорить, что все хорошо, когда это не так. Я не хотела писать пост, т.к. возможно, после него меня вывезут с острова и закончат со мной контракт раньше мая. А это значит, лишить собак меня. Да, это плохо для них. Это плохо для Алины, которая может остаться без меня, одна с ними. Но тем не менее, я осознанно пишу этот пост, потому что не верю, что история закончится благополучно.
Уже не верю. Вот до последних новостей верила, а теперь уже нет.
Наверное, это моя предпоследняя капелька надежды, на то что что-то изменится. Но в любом случае, даже с материка я не брошу попытки помочь собакам покинуть остров.
Я не хотела, чтобы так было. Я не хотела заканчивать эту историю так.
Я хотела благополучно отработать с собаками в Арктике, поблагодарить трест и разойтись друзьями, оставив только тепло от этого опыта. Но эти хотелки оказались слишком нереальны.
Я здесь уже выгорела. Во многом, потому что не имела возможности уехать тогда, когда это нужно было мне. Я никогда не работала там, где не хочу и где мне не нравится. Я так не могу, меня это ломает. Наверное, около года я уже задумываюсь о том, что хочу уехать.
Где-то в сентябре 24-го я остро поняла что всё, я хочу уехать. Я взяла все от этого места. И все, что могла отдала. Я не хочу больше тут находиться. Я не хочу жить в Баренцбурге.
Я хочу вернуться на материк, строить карьеру фотографа, встречаться и знакомиться с новыми людьми, ездить к родителям, друзьям, посещать интересные мероприятия. Хочу путешествовать. Хочу покупать продукты в магазине, где есть выбор. Я хочу кушать овощи и фрукты. Я хочу жить обычной жизнью без этой тонны ограничений, обусловленными жизнью в "прекрасном арктическом поселке".
И вот с сентября я хожу с мыслью о том, что я не хочу здесь быть. И мне это тяжело. Да, есть собаки, которые вытягивают из этого. Есть друзья, которые вносят краски в эту серость. Я остаюсь человеком, чьи переживания скрываются за шутками и смехом.
Но все же. Я не хочу тут быть. Нужно вовремя уезжать и расставаться, чтобы всё хорошее что было не тонуло под негативом. И я не могу уехать.
Могу, предав собак и бросив их. Но не хочу. Не хотела. А сейчас я не знаю...
И вот это вот состояние, знаете, самое противное - состояние ожидания. Раньше мы работали, чтобы катать туристов, чтобы самим выезжать на тренировки... А сейчас - мы просто ждём. Не понятно чего. Просто существуем и каждый день кормим собак, обнимаем их и собираем калачики. Думали, что ждём корабль, но вот оказалось, что нет...
Мы просто существуем. Поддерживаем жизнь. И стараемся сохранять позитив и верить, что нас услышат, поймут и примут правильное решение.
Божечки, какой объем текста получился... Видите, мне нельзя долго не писать, а то потом вон чего...)
Действительно ли найдутся те, кто прочитают и поймут? Искренне на это надеюсь.
Я старалась писать без эмоций, на языке фактов. Не знаю насколько это получилось) Обещаю, я соберусь и продолжу радовать вас нашими собаками. Пока есть возможность.
Пока я с ними. Они знают, что у них есть поклонники)
И я знаю, что у меня есть вы. Спасибо.
Надеюсь, через год мы с Алиной (нынешним руководителем ХФ) будем думать об этом проекте как об успешно завершенном. И будем искренне рады, что у каждой этой собаки есть свой хозяин и комфортная жизнь в заботе и любви.