-Какое качество самое главное для сестры милосердия?
Такой вопрос нам задали преподаватели на самом первом занятии по обучению госпитальному уходу.
Ответов на этот вопрос было много. Доброта, милосердие, сострадание, бескорыстие… Все они по-своему были верными. Безусловно. Но.
-Послушание. Запомните: главное - это послушание.
Мне тогда сложно было сказать, согласна ли я внутренне с этим ответом. Но где-то в глубине души я понимала, что мое внутреннее несогласие - это как раз и есть отсутствие послушания. Поэтому в тот момент я просто приняла послушание как факт, дав себе обещание понемножку думать об этом в будущем…
Время летит быстро. 10 марта 2025 мне выдали официальное свидетельство об окончании курсов младшей медицинской сестры по уходу за больными по должности служащего (официальная формулировка, на минуточку 🙂). Мне уже оформлен допуск в госпиталь, и если бы не мои сопли с кашлем, что я который уж день донашиваю после очередного ОРВИ, то я бы уже была там, где давно вознамерилась бывать по мере своих сил.
Кстати говоря, некоторые ребята, которые вместе со мной обучались на курсах и потом проходили практику в паллиативе, - они на финальном собеседовании с отцом Сергием Кляевым решили, что останутся в паллиативе. Потому что не чувствуют в себе достаточно сил выйти в госпиталь. И в этом, к слову, нет абсолютно ничего плохого. Война идет, но при этом терминальных онкобольных, больных детей и просто тяжело уходящих из земной жизни стариков никто не отменял. И всем этим страдающим людям тоже нужны уход и забота. Война ведь не заменяет жизнь. Она ее отягощает, вынужденно дополняет. Но никто никого от этой жизни ввиду войны еще не освободил…
-Вы кем работаете? - спрашивает меня отец Сергий Кляев на финальном собеседовании по окончании госпитальных курсов.
-Я журналист, батюшка.
Отец Сергий качает головой, по-доброму улыбается и отвечает:
-Это отягощение, конечно. Я прошу вас ничего не снимать в госпитале, ничьи имена не называть…
-Я понимаю.
Эх… Мне хотелось сказать батюшке, что в наш несовершенный век технологий каждый человек со смартфоном - это огромное отягощение. Потому что все за всеми подглядывают, подсматривают; потом всё это выкладывают в Сеть, бесконечно варясь в какой-то бытовой грязи. Фото-мото, селфи, видео буквально всех жизненных процессов… Как говорит одна кандидат филологических наук (она обязательно узнает себя в этих строках), «лайк, жмак - и перепост». Потом уже никто не может и вспомнить, что и кому он отсылал. Так и плавают в этом кем-то уже однажды съеденном вареве виртуальной реальности, а вернее - её суррогата…
Однако я не стала, конечно же, ничего такого говорить отцу Сергию Кляеву. Вспомнила про послушание. Просто дала ему слово, что никаких информационных сливов с мест от меня точно не будет.
Слово… Ощущает ли кто-то из ныне живущих страшную силу выражения про дать слово? Или слово стало ничего не значащим фейком? Пустышкой, которой можно разбрасываться, не задумываясь об ответственности? Не знаю. Знаю только, что всё то, что мы говорим, - оно всё никуда не исчезает. И если кому-то пока что ещё не прилетело за его слова, то в моем понимании это может означать только одно. Что этому кому-то - Господом ли, кем-то похуже ли (откуда мне знать?) - готовится что-то особенное. Особенное - в самом страшном смысле этого слова. Жизнь - она ведь отличный бухгалтер. В её гроссбухе записаны абсолютно все транзакции. И дебет с кредитом всё равно придется сводить. Даже если кажется, что уже пронесло и не вернётся. Даже если уже не говоришь и не делаешь так. Платить придется за всё, причем по самому высокому курсу. Наверняка среди читающих этот мой текст прямо сейчас есть те, кто смеются над моими словами. Те, кто считают, что их-то этот всеобщий мельничный жернов судьбы не коснется. Таким людям я могу сказать лишь одно: не говорите потом, что никто вас не предупреждал…
А подготовка к моему служению идет между тем своим чередом. Доношу свое соплекашляние (к ребятам приходить с такими «подарками» - это не дело, конечно) - и окунусь в процесс с головой.
А пока что - несколько допустимых фото. Мой диплом (Господи, неужели это всё про меня написано), а также фото меня из паллиатива. Не фото паллиатива, а фото меня там. Из госпиталя фото не будет. Не нужно этих отягощений. Да и то, что главное в служении - послушание, я теперь понимаю искренне, до глубины души.