К 2010 году жизнь в России стала уже невыносимой. Во всех смыслах. Удовольствие от неё получали (и получают до сих пор) только "не человеки". К этому времени мор уже начался такой, что траур царил повсеместно. Безысходность, безработица, безнаказанность, беспредел и куча всего такого зловонного, во что окунули с 2000 года нашу страну с головой... и со всеми нами, конечно...
СМИ безусловно вещали о прямо противоположном. Но я уже говорил, что навозным мухам никогда не понять медоносных пчёл. А времена наступили именно мух...
На работе мы уже забыли как работали с удовольствием и думали только о работе. А когда отдыхали, то были свободны и спокойны. Теперь не было толком ни работы, ни, тем более, отдыха. Сплошные нервы. Сплошные поборы. Сплошные нелюди. То, что в нулевые лишь набирало обороты, теперь стало повсеместным.
Я уже рассказывал в предыдущей главе воспоминаний, что особенно Папу убивал тот факт, что он, уважаемый в городе специалист и всегда всем нужный, теперь стал резко абсолютно лишним в этой жизни, потому что не поддерживал "коммерчески-выгодные нововведения в медицине", "занижал цены" и вообще был "не бизнесменом, а простым врачом". За это нас плотно "окучивали". Но и население, конечно, уже откровенно вырождалось. Сейчас я вообще не знаю как бы смог работать...с людьми.
А тогда... Я вот вспоминал как в советские годы пациенты вообще к нам домой приходили как хорошие знакомые. Вы себе представляете подобное в наши дни??.. А тут уже не знал кто переступает через порог и какой гадости от него ждать. Но мы всё равно продолжали работать, конечно, потому что и выбора никакого не было. В постсоветское время только сам себе можешь создать рабочее место, но и то это было возможно лишь в "лихие 90-е", а вот при нынешнем режиме у тебя вообще выбора лишь два - либо в холуи, либо просто сдохни. Конечно, если у тебя нет, как говорится, "волосатой руки".
В общем, всё это ещё больше ухудшало состояние здоровья Папы. Но наша краткосрочная поездка летом 2009 года, его как-то немножечко взбодрила. На работе старались его не перегружать, но и не давать скучать, предаваясь мрачным депрессивным мыслям. Это его сильно добивало. Плюс медицина у нас уже была убитая. Обследования, мониторинги и прочее так ничего толком и не показывали. Во всяком случае всем врачам было плевать. Уже даже не работал тот факт, когда медика лечили с особым отношением.
А летом 2010 года Папа собрался поехать на Украину, навестить свою маму и сестру Марусю с братом Олегом. Наша Мама тоже поддержала его желание, полагая, что это пойдёт лишь на пользу. Как же мы ошибались...
Папа поехал вместе с младшим братом, которого в своё время, благодаря Маме, передислоцировали, как говорится, в Ленинград, чтобы Папе было на первых порах как-то спокойнее и веселее. Но ничего из этого хорошего не вышло. Вообще в большой семье Папы, было только два человека, так сказать, настоящих - это Папа и тётя Маруся. С Маминой стороны, кроме бабули, я тоже никого не могу упомянуть из родни. Зато у нас была своя Семья. Мама всегда о такой мечтала, как говорила она сама. Мечтала и о том, чтобы и со всеми родственниками мы собирались за одним большим столом, но, как я уже написал выше, родственных связей по факту ни с кем не было. Поэтому в "Зов крови" и в "Род" я не верю. Лишь в родство душ.
И вот поехали они. Всё вроде бы было нормально и мы даже созвонились, но потом... потом Папа исчез. К телефону его сначала никто не подходил, потом и вовсе вешали трубку. Мама была в ужасе. Понять можно. Не знали что и думать. Потом удалось вызвонить этого младшего брата, с которым Папа поехал. Ответил, мол, ничего страшного не произошло. Но он врун патологический по жизни. А когда мы встречали Папу на вокзале, то были в шоке... На нём буквально не было лица. Только-только он вроде бы восстановился, румянец появился, можно сказать, а тут прямо как призрак... Абсолютно потерянный. Возвращался он один, без брата. Но ни о чём не рассказывал. Никогда не видел, чтобы человек настолько внешне изменился за какие-то несколько дней.
Мы понимали что что-то там случилось, но Папа не признавал этого. Однако с того приезда, ему становилось всё хуже. Он потихоньку угасал. Но всё равно продолжал ходить на работу, потому что иначе себе жизнь не представлял.
И всё-таки мы не думали что может быть что-то серьёзное. Всё-таки было четыре госпитализации в четыре разных больницы и ни в одной из них, ни на что серьёзное не указали. Потом уже стало понятно, что в этом веке медицины у нас нет и всем там в больницах вообще до лампочки - будете вы жить или нет. Главное - не портите им статистику.
А летом 2011 года, Мама взяла с улицы/подвала маленького рыжего котёнка. Назвала его Филей. Тогда говорили, что рыжий котёнок к счастью... Это был самый замечательный кот, которого я встречал в жизни. О нём я расскажу отдельно...
Как видите, ничего особо хорошего о жизни в те времена я уже рассказать не могу. Я только запомнил последний Новый 2012 год, который мы встречали втроём - Папа, Мама и я. На самом деле мы так встречали их уже все, начиная с 1991 года. Поэтому 2025 год стал для меня первым в гордом одиночестве и я просто лёг спать задолго до полуночи. И я как помню 1991 год (я тогда предварительно ещё показал родителям фильм "Челюсти"-), так помню и 2012-й...
Мы сидели за столом и разговаривали. Мы вообще всегда очень много общались. Поэтому эти девять с половиной месяцев для меня особенно необычны и непривычны в каждодневной тишине стен. Папа был грустным, но достаточно оживлённым, чтобы ещё и шутить. Тогда ещё и Филя присоединялся к нашему столу. И хотя это уже были не те наши Новые Годы, но всё равно мы были вместе и это было самым главным.
Мы смотрели новогодние записи советских времён, потому что по телевизору уже тогда смотреть было нечего. Была такая передача в начале 1980-х "Новогодний аттракцион" из цирка. Вот это и смотрели. Вспоминали как смотрели вместе её премьеру, когда ещё жили на Биржевой линии... Эх, вернуться бы туда и остаться там навсегда... А сюда не возвращаться никогда!..
Вроде бы и встретили хорошо и год в целом прошёл спокойно, но... Осень началась как обычно. Мама взяла из подвала ещё одного рыжего котёнка, чтобы у Фили была компания и он не скучал, пока мы на работе. Увы, Филе этого было не нужно. Но кто же знал? Так у нас появился Тиша. Вот ему уже почти 13 лет...
А в октябре Папе стало снова нехорошо. После того приезда с Украины в 2010-м, он так до конца и не восстановился. На машине "Скорой" он на этот раз ехал сам, спускался по лестнице сам. Мы думали, что просто ещё одна госпитализация, каких уже было несколько... Неделя прошла спокойно. Папа лежал в общей палате и в субботу его выписывали. Ничего у него снова не выявили.
Утром в субботу я собирался на работу, а Мама собиралась поехать в больницу и забрать Папу. Но раздался звонок от дяди. Того самого... По Маминому выражению лица и вскрику я почему-то сразу всё понял... Папе было только 64 года. Он умер раньше своей мамы.
Надо отдать должное Маме, с того момента она больше ни разу не показала всю глубину своего горя, а оно было, я не сомневаюсь, колоссальным...
"Надень обувь поудобнее - сегодня придётся много ходить" - спокойно сказала мне она.
Мы действительно много ходили, ездили и снова ходили... В такие моменты ты всё делаешь словно не ты, а потому очень важно, чтобы рядом был кто-то немного отчуждённый от горя. У нас таких не нашлось ни в случае с Папой, ни в случае с Мамой спустя годы. И потому мы даже сразу не осознали ту наглую степень откровенного вранья, что нам изливала докторша из больницы Мечникова (теперь она больница Петра Великого), когда говорила, что "он был очень плох, лежал в реанимации, случай был очень тяжёлый"... Человек стоял на выписку! Лежал в общей палате и собирался домой! Надеюсь, таких как она будут долго препарировать где-нибудь вечно. Но сейчас таких в белых халатах... Скальпелей не хватит на них. А в справке о смерти было понаписано чёрти знает сколько диагнозов, ничем не подтверждённых. Но суетились они по этажу очень быстро. Тогда ведь им ещё кровавые руки не развязали как сейчас. Теперь к ним даже не попадёшь - кругом охрана.
По словам пациента, который лежал с Папой в общей палате, он просто начал задыхаться, но никто не спешил ему помочь из медперсонала. Сами пациенты уже подняли шум. Я даже не представляю себе какой ужас пережил Папа... А ведь всего за час до случившегося, он разговаривал по телефону с Мамой, спрашивал как там Тишка...
Больница. Справки. Кладбище. Справки. Морг. Справки. Похороны. Справки. В общем, всё как в тумане. Но надо было продолжать работать. На тот момент мы ещё и проходили новое лицензирование. Бюрократия затягивала процесс и Папа очень переживал. Он так и не дожил до окончания. Поэтому было важным довести всё до завершения, что мы и сделали.
Но с того момента у нас началась совершенно новая жизнь. Было очень тяжело. Но Мама помогала мне. А я старался помогать Маме. Новый 2013 год мы встречали плохо. Пригласили сестру с её мужем, но это только всё ухудшило. Все последующие новогодние праздники мы уже встречали с Мамой вдвоём. Жизнь уже не была прежней. Но мы старались не унывать и подбадривали друг друга. Так и двигались вперёд. Но на сегодня я прервусь. И так получился уже довольно мрачный рассказ, и теперь трудно отойти от этих тёмных красок...
Продолжение следует...