Продюсерский центр Андрея Кончаловского, некогда блиставший на просторах российского кино и телевидения, сегодня оказался в глубоком финансовом штопоре. За последние четыре года убытки компании достигли колоссальных 81,5 млн рублей, и эта цифра, как черная туча, нависла над именем легендарного режиссера. По данным телеграм-канала SHOT, 87-летний мэтр, чьи фильмы когда-то собирали полные залы, теперь вынужден смотреть, как его детище уходит в минус, словно корабль, пробитый айсбергом. Что происходит с продакшеном? Почему вместо прибыли он приносит лишь головную боль? И как Кончаловский, несмотря на все, наслаждается итальянским солнцем? Разбираем эту историю, полную драматизма и неожиданных поворотов.
Финансовый крах: как центр ушел в минус
Продюсерский центр Андрея Кончаловского, основанный в далеком 2003 году, когда-то был символом успеха. Документальные фильмы, художественные ленты, телепроекты — все это приносило не только славу, но и звонкую монету. Однако последние четыре года перевернули все с ног на голову. SHOT раскрывает: убытки компании составили 81,5 млн рублей, и это не просто цифры — это сигнал о том, что золотые времена остались в прошлом.
Особенно тяжелым оказался 2024 год. Минус 20 млн рублей за 12 месяцев — такой результат мог бы выбить почву из-под ног у любого бизнесмена. Но не у Кончаловского. Пока его продакшен тонет в долгах, сам режиссер, владеющий 55% компании, и его супруга Юлия Высоцкая, держащая 35% акций, кажется, не теряют присутствия духа. Оставшиеся 10% принадлежат давнему партнеру семьи, Евгению Степанову, но даже его присутствие не спасает ситуацию. Где-то в глубине этой финансовой ямы спрятаны несбывшиеся надежды на новые контракты, съемки и ресторанные проекты, которые так и не увидели свет.
От кино до ресторанов: империя под ударом
Продюсерский центр — не единственное детище Кончаловского. У режиссера целая сеть из пяти организаций, раскинувшихся в разных сферах, словно щупальца гигантского спрута. Здесь и ресторанный бизнес, и торговля лекарствами, и даже загадочные проекты, о которых мало что известно. Четыре из них приносят доход, как лучи солнца в пасмурный день, но продакшен стал той самой ложкой дегтя, что портит всю бочку меда.
Когда-то центр гремел своими успехами. Фильмы вроде «Рай» и «Грех» собирали награды, а телепроекты мелькали на экранах главных каналов страны. Ресторанный бизнес под брендом «Едим дома», вдохновленный кулинарным талантом Юлии Высоцкой, тоже казался перспективным. Но теперь вместо контрактов на съемки — пустота, вместо прибыли — многомиллионные убытки. «Куда делись деньги?» — вопрос, который витает в воздухе, но ответа на него пока нет. Возможно, дело в неудачных инвестициях, а может, в том, что рынок отвернулся от некогда громких идей.
Итальянский побег: Кончаловский не унывает
Пока продюсерский центр бьется в финансовых конвульсиях, сам Андрей Сергеевич, похоже, решил не терять вкус к жизни. В конце февраля 2025 года он улетел в Италию вместе с Юлией Высоцкой, оставив за спиной московскую слякоть и горькие цифры отчетов. Тоскана, с ее виноградниками и теплым солнцем, стала для пары убежищем от всех бед. Говорят, они остановились в старинной вилле с видом на холмы, где режиссер, попивая эспрессо, размышлял о новых проектах, а Юлия готовила пасту с трюфелями.
Этот отдых — не просто каприз. Италия для Кончаловского — вторая родина. Здесь он снимал «Грех», здесь черпал вдохновение для своих картин. «Я не переживаю за финансы», — мог бы сказать он, глядя на закат над Флоренцией, и в его спокойствии есть что-то от философа, который знает: жизнь — это не только цифры на банковском счете. Но пока он наслаждается dolce vita, его продакшен в Москве продолжает тонуть, как лодка без весел.
Зубные щетки и суд: еще одна неудача
Финансовые убытки — не единственная головная боль Кончаловского за последние годы. В 2024 году режиссер оказался втянут в неожиданный судебный скандал. Московский дизайнер обвинил его в краже идеи уникальной формы зубных щеток — мелочь, казалось бы, но дело дошло до суда. Кончаловский, чья компания частично владеет долей в аптечной сети «Планета здоровья», проиграл тяжбу. Дизайнер отсудил у него 50 тысяч рублей, и эта сумма, хоть и мала по сравнению с миллионами убытков, стала еще одним уколом в репутацию мэтра.
История началась, когда дизайнер заметил, что в аптеках сети появились щетки, подозрительно похожие на его патент. Он подал иск, и суд встал на его сторону. Кончаловский, говорят, был в ярости: «Это абсурд!» — бросил он своему адвокату, но решение осталось в силе. Теперь эта мелочная битва осталась в прошлом, но осадок, как горький привкус, все еще напоминает о себе.
Семейный бизнес: роль Юлии Высоцкой
Юлия Высоцкая — не просто спутница жизни Кончаловского, но и активный участник его деловой империи. Ей принадлежит 35% продюсерского центра, и в последние годы она взяла на себя управление несколькими проектами. После того как в 2022 году Андрей передал часть своих долей неизвестной ООО, а затем они перешли к Юлии, дела центра пошли под откос. Совпадение ли это? Вопрос остается открытым, но факт налицо: смена владельцев не принесла удачи.
Юлия, известная своими кулинарными шоу и книгами, пыталась вдохнуть жизнь в ресторанный бизнес семьи. Она открывала кафе, запускала доставку еды под брендом «СиДжей», но и там удача отвернулась. За три года этот проект принес убытки в 8,4 млн рублей, а другая ее компания, «Кулинарная студия», закрылась с минусом в 4 млн. Высоцкая, говорят, не теряла оптимизма: готовила новые рецепты, снимала ролики, но деньги утекали, как вода сквозь пальцы.
Человек за кадром: кто управляет империей?
За кулисами этой истории стоит загадочная фигура — Юрий Гришин, давний партнер Кончаловских. Он руководит не только продюсерским центром, но и Фондом Андрея Кончаловского, а также еще шестью фирмами. Гришин — как дирижер, пытающийся удержать оркестр от хаоса, но пока мелодия звучит в миноре. Под его началом центр ушел в минус, и это бросает тень на его управленческие таланты.
Гришин пришел в команду Кончаловского еще в нулевые, когда продакшен был на пике. Он помогал снимать документальные фильмы о войне, организовывал театральные постановки. Но теперь его задача — вытащить компанию из ямы, и это испытание не из легких. «Мы работаем над этим», — говорил он в редком интервью, но подробностей не раскрывал, оставляя простор для домыслов.