– Ей больно! Вы не понимаете?! — воскликнула Злата, но, сделав шаг вперёд, её остановил отец, поворачиваясь к дочери.
– Дочь, я разберусь, не переживай, — пообещал Евгений. Его голос звучал уверенно, но к нему примешивалась тревога, когда он снова взглянул на Георгия. — Знаешь, как вы будете воспитывать свою дочь, буду решать не я, а полиция, которую я сейчас вызову.
Гладкие черты лица Георгия затвердели, словно он слушал человека, которому не важно его мнение.
– Они не поверят в ваши жалобы. Мы нормальная семья, — проворчал он, пытаясь придать своему тону уверенности, но в его глазах уже затаился страх.
Евгений пронзил его взглядом: — А ничего, что вы, похоже, сломали ребёнку руку?
— А пусть, не уходит из школы с кем попало! — холодно бросила Дарья, её голос звучал как ледяной ветер, проникающий под кожу.
Злата почувствовала, как внутри неё закипает гнев. Как же можно так отнестись к собственному ребёнку? Несознавая, она сделала ещё шаг вперёд. Но холодный тон матери Аси заставил её замереть.
– Если вы так говорите, то почему не замечаете, что бедный ребёнок вас боится? — произнёс Евгений, доставая телефон. Он заметил, как у Георгия и Дарьи забегали глаза, и это дало ему уверенность. Они осознали, что их "сериал" не просто пошёл не по плану — он потерял смысл.
— Нет, нет! Прошу, только не полицию! — запаниковала Дарья. В её голосе послышалась настоящая тревога. Как бы ни шутил Евгений, она не могла позволить, чтобы вмешались органы. Георгий, чувствуя давление ситуации, отпустил руку Асю.
– Тогда вы сами идёте в психиатрическую клинику на лечение, — холодно произнёс Евгений, отрывая взгляд от телефона.
— Но мы не можем оставить её одну! У неё больше никого нет, кроме нас, иначе её заберут в детский дом! — Георгий был явно не доволен ни одним из предложенных вариантов, его взгляд метался от дочери к Евгению.
Евгений, понимая, что у них мало выбора, продолжил: — Не волнуйтесь, мы с женой оформим временную опеку, если вы подадите заявление в опеку. В противном случае придётся добиваться этого в суде! — Его голос стал твёрдым и весающим, как будто в нём плескалось понимание могущества данной минуты. Он якобы возвел собственную границу между хорошими намерениями и жестокой необходимостью.
Ася, стоя в стороне, вся дрожала. Её мир рушился, словно песчаная крепость под шквалом, и в эти мгновения ей стало понятно, как много значат слова, которые она сейчас не могла произнести. Руки её выглядели так, будто она все ещё держалась за одну из них, даже если это противоречило правде....
А вот что произошло дальше, это уже другая история....
Конец!
Кто знает , может быть я напишу второй сезон этой истории... Спасибо всем кто читал!