Касли — это упрямый осколок прошлого, который до сих пор хвалится чугунными кружевами, пока озёра вокруг молча переглядываются, будто спрашивая: "И это всё?".
Чугунная слава и пыль веков
Заложили Касли в 1747 году, когда купец Яков Коробков построил чугунолитейный завод между озёрами Большие Касли и Иртяш. Потом эстафету подхватили вездесущие Демидовы, и с тех пор тут всё про металл. Название — от башкирского «казлы», «гусиное», из-за стай гусей на озёрах. В 1942-м Касли стали городом, а в 1957-м попали под радиоактивный шлейф от аварии на "Маяке" — не лучший подарок к истории.
Сегодня тут живёт 16 263 человека. Больше всего было в 1959, тогда в этих местах насчитывалось 21 837 граждан. С тех пор почти каждый год отсюда кто-нибудь уезжает. В любом случае, половина людей сейчас, кажется, живёт исключительно рассказами о прошлом, когда Каслинское литьё гремело на весь мир.
Городок в кольце озёр
Касли окружены водой — озёра Большие и Малые Касли, Иртяш, Сунгуль, Киреты — как стражи, что держат город в изоляции. Центр — это деревянные дома с резными наличниками, каменные особняки XVIII-XIX веков и храм Вознесения Господня 1852 года. Чисто, уютно, но после часа прогулки ловить нечего. Каслинский завод, ныне часть "Мечела", в XIX веке сделал имя на ажурных скульптурах — Гран-при в Париже 1900-го тому доказательство. В музее можно увидеть чугунные вазы, статуэтки и цепочку, которую не порвать, но это всё — эхо былой славы.
Жизнь на остатках
Завод всё ещё дымит, радиозавод что-то клепает, мелкие производства тянут лямку, но размаха нет. Вокзал отправляет автобусы и поезда в Челябинск (130 км) и Екатеринбург (125 км), но сам городок спит. Молодёжь рвётся прочь, старики вспоминают, как Касли были круче Челябинска. В 90-е тут хотели что-то модернизировать, но дальше планов дело не ушло. Набережная у озера — место для прогулок, но чего-то эпичного тут нет.