— Они возвращаются каждый третий вторник, — прошептал смотритель, не глядя мне в глаза. Его голос дрожал, словно песок под порывом ветра, а руки нервно теребили край выцветшей куртки.
— Кто возвращается? — спросила я, но он лишь покачал головой и отвернулся, будто боялся, что слова призовут что-то невидимое прямо сюда, к заправке на краю пустыни Намиб.
Меня зовут Сара Вандер, мне 34, и я фотограф-натуралист. Я приехала сюда, чтобы снять дюны — их золотые изгибы под закатным солнцем, их молчаливую, древнюю красоту. Смотритель вручил мне ключи от арендованного джипа и буркнул что-то про осторожность, но я пропустила его слова мимо ушей. Люди в таких местах любят рассказывать байки. Однако, пока я ехала к своему лагерю, странный звук — едва уловимый шепот — проскользнул в открытое окно машины. Я списала это на ветер, но пальцы невольно сжали руль чуть сильнее.
Лагерь я разбила у подножия гигантской дюны. Тишина пустыни казалась живой, но спокойной. Я готовила камеру для утренней съемки, когда шепот вернулся. Сначала он был мягким, как шелест песка, но потом стал громче, отчетливее. Слов разобрать было нельзя, но интонация звучала тревожно, почти умоляюще. Я схватила фонарь и вышла из палатки. Луч света выхватил только бесконечные волны песка. Никого. Ветер? Или мне показалось? Я легла спать, но всю ночь шепот кружил вокруг, будто кто-то ходил у самой палатки.
Утром я поднялась на дюну с биноклем. Солнце только вставало, окрашивая песок в багровые тона. Вдалеке, на горизонте, мелькнул силуэт. Человек? Он стоял неподвижно, слишком далеко, чтобы разглядеть лицо. Я навела бинокль — фигура махнула рукой, словно звала меня. Сердце заколотилось. Я потянулась за камерой, но, когда снова посмотрела в бинокль, там было пусто. Только песок и дрожащее марево.
Эскалация: Голоса в ночи
На вторую ночь шепот стал громче. Теперь это были голоса — множество голосов, переплетавшихся в хаотичный хор. Я сидела в палатке, сжимая фонарь, и пыталась убедить себя, что это просто усталость. Но потом луч света упал на стенку палатки — снаружи мелькнула тень. Высокая, тонкая, нечеловечески вытянутая.
— Кто здесь? — крикнула я, голос дрожал.
Тишина. А затем — шепот, прямо у входа:
— Сара… ты слышишь нас?
Я замерла. Тень исчезла так же быстро, как появилась. Утром я обошла лагерь — никаких следов. Только песок, гладкий и нетронутый.
— Это просто ветер, — сказала я себе, но уверенности не было.
На третий день я нашла кое-что странное. В песке, наполовину занесенный, лежал старый дневник. Кожаная обложка потрескалась от времени, страницы пожелтели. Я открыла его. Почерк был неровный, торопливый: “Голоса зовут каждую ночь. Они ближе, чем кажется. Я видел их — силуэты на дюнах. Они хотят, чтобы я остался.” Последняя запись обрывалась на полуслове: “Третий вторник…” Я посмотрела на календарь в телефоне. Сегодня был понедельник. Завтра — третий вторник месяца.
— Что ты хочешь мне сказать? — прошептала я, глядя на дневник.
В ответ ветер донес обрывок фразы:
— Ищи…
К вечеру голоса стали невыносимыми. Они звучали не только снаружи, но и внутри моей головы, шепча что-то на незнакомом языке. Я решила действовать. Взяла джип и поехала к заброшенной хижине, которую заметила в первый день. Внутри было холодно, несмотря на жару пустыни. На столе лежали фотографии и вырезки из газет. Все о пропавших путешественниках. Десятки имен, даты, лица. И вдруг — знакомый снимок. Мой дед, Эдвард Вандер. Он исчез в Намибе сорок лет назад, когда я была ребенком.
— Ты здесь был? — спросила я, касаясь фотографии.
Из угла комнаты донеслось:
— Он ждал тебя, Сара…
Я обернулась — никого. Только тени шевелились в углу, словно живые.
На обороте фотографии карандашом было написано: “Амулет — ключ. Не дай им забрать тебя.” Сердце сжалось. Я вспомнила: дед рассказывал мне про амулет — медальон с вырезанным символом песочных часов. Он потерял его здесь, в пустыне.
— Где он? — крикнула я в пустоту.
Голоса ответили хором:
— Найди… или станешь нашей…
Переломный момент: Тайна в песках
Ночью голоса достигли пика. Я стояла на дюне, ветер хлестал лицо песком, а силуэты — теперь их было больше десятка — окружали меня. Один шагнул ближе. Я узнала его. Дед. Его лицо было бледным, почти прозрачным, глаза светились мягким светом.
— Дед? Это ты? — голос сорвался.
— Сара, — прошептал он, протягивая руку. — Ты пришла.
— Что происходит? Почему ты здесь?
— Амулет, — сказал он, голос дрожал, как эхо. — Он держит нас. Найди его.
— Где он? Скажи мне! — потребовала я.
— В сердце пустыни, — ответил он. — Но будь осторожна. Они не отпустят тебя просто так.
— Кто “они”? — крикнула я, но он покачал головой.
— Ты узнаешь, когда найдешь…
Голоса вокруг зашептались громче:
— Она не уйдет… Она наша…
Дед посмотрел на меня, глаза полные боли:
— Спаси меня, Сара. Дай мне покой.
Он растворился в воздухе, а силуэты придвинулись ближе. Я побежала к джипу, сердце колотилось. В дневнике была карта, нарисованная от руки. Я нашла ее и, следуя указаниям, поехала вглубь пустыни. Там, среди дюн, стоял старый колодец. Внутри, на дне, лежал медальон. Символ песочных часов блестел в лунном свете.
— Это он? — спросила я, поднимая амулет.
Из темноты донеслось:
— Да… но теперь ты с нами…
Сара вернулась в свой дом в городе, но пустыня не отпускала её. Каждый вечер, когда солнце садилось, она слышала тихий шепот, доносящийся из углов комнаты. Сначала она думала, что это просто ветер, но слова становились всё отчётливее: "Ты не ушла... Ты с нами..." Она пыталась игнорировать их, но голоса проникали в её сны, показывая ей бесконечные дюны и силуэты, бродящие среди песков. Они звали её, манили вернуться туда, где амулет впервые попал ей в руки.
Однажды утром, проснувшись, Сара обнаружила тонкий слой песка на подоконнике. Она провела пальцем по стеклу — песчинки были тёплыми, как будто только что принесёнными из пустыни. Это было невозможно: окна были закрыты, а город окружали бетонные джунгли, а не барханы. В тот же день она нашла старый дневник деда в своей сумке, хотя точно помнила, что оставила его в хижине. Открыв его дрожащими руками, она прочла новую запись, которой не было раньше: "Амулет — не конец, а начало. Хранитель должен принять свою участь." Почерк был знакомым, но строки казались выцветшими, будто написанными десятилетия назад.
Сердце Сары сжалось от смутного предчувствия. Она бросилась к зеркалу в ванной, чтобы взглянуть на себя и убедиться, что всё в порядке. Но отражение смотрело на неё иначе — глаза светились мягким, призрачным светом, как у деда в ту ночь, когда он взял амулет из её рук. Шепот зазвучал прямо в её голове, отчётливый и холодный: "Ты теперь хранительница... Пустыня выбрала тебя." Она отступила назад, но отражение не сдвинулось с места — оно осталось в зеркале, слегка улыбаясь, словно знало что-то, чего не знала она сама. Сара моргнула, и всё вернулось на свои места: обычные карие глаза, усталое лицо. Но сомнение уже пустило корни в её душе.
Вечером того же дня она решила разобрать свои фотографии из поездки. На одной из них, снятой в хижине деда, она заметила нечто странное: в углу кадра, за её спиной, виднелась тень. Она увеличила снимок — тень была слишком чёткой, слишком человеческой, чтобы быть игрой света. На следующем фото, сделанном в машине по дороге домой, в зеркале заднего вида отражалась не пустыня, а пара светящихся глаз. Её собственных глаз. Сара отбросила снимки, её дыхание участилось. Она пыталась убедить себя, что это усталость, что разум играет с ней злую шутку. Но песок снова появился — теперь на столе, тонкой струйкой, как из невидимых часов.
Ночью шепот стал громче. Он больше не пугал её — он звучал как зов, как обещание. Сара встала с кровати и подошла к окну. Звёздное небо раскинулось перед ней, бесконечное и глубокое, как те дюны, что снились ей каждую ночь. Она вдруг поняла, что пустыня не просто место — это нечто живое, дышащее, и оно выбрало её. Но зачем? Чтобы освободить духов? Чтобы стать их проводником? Или чтобы самой раствориться в песках?
Она достала амулет из ящика стола. Он был холодным, но в её руках начал нагреваться, словно пробуждался. На его поверхности проступили линии, которых она раньше не замечала — тонкие, как паутина, они складывались в карту. Карту пустыни, но не той, что она знала. Где-то в глубине её сознания шепот сложился в слова: "Найди нас." Сара посмотрела в окно, и на мгновение ей показалось, что звёзды выстроились в тот же узор, что и линии на амулете.
На следующий день она собрала вещи. Она не знала, куда идёт, но чувствовала, что должна вернуться. Пустыня ждала её, и ответы — если они вообще были — скрывались там, среди дюн. В машине она включила радио, но вместо музыки услышала только шорох песка и далёкий голос деда: "Ты поймёшь, когда придёт время." Дорога впереди была пустой, но в зеркале заднего вида мелькнула тень — её собственная, но с горящими глазами.
Сара ехала навстречу горизонту, где небо сливалось с землёй. Она прошептала: "Я готова." В ответ тишина — лишь слабый ветерок принёс горсть песка, который осел на её ладони. Машина исчезла за поворотом, а звёзды над пустыней мигнули, словно подмигнув кому-то невидимому. Куда она направлялась — к разгадке или к новой тайне?
Это Фантастический рассказ.
👍 Поставьте лайк , если понравился рассказ
🔔 Подпишитесь , дальше еще больше интересных историй и рассказов
Ссылка на мой канал, нажмите чтоб подписаться
Возможно вам так же будет Интересно: