В кафе было тихо, только негромко играла джазовая мелодия. Марина смотрела на Киру, пытаясь осмыслить услышанное.
— Мужчину? — переспросила она, чувствуя, как внутри всё сжимается от предчувствия чего-то важного. — Кира, почему ты никогда об этом не говорила?
Кира опустила глаза, её пальцы нервно теребили край салфетки. Вот оно — глубокое чувство вины, которое затмевало её душу, но она понимает, что пришло время прощения.
Если вы еще не прочитали 1 главу этого рассказа, обязательно начните с нее:
— Я боялась, — наконец призналась она. — Юля взяла с меня слово никому не рассказывать. Даже тебе. Особенно тебе.
— Почему особенно мне? — недоумение Марины смешалось с обидой.
— Потому что ты всегда была самой правильной из нас. Юлька знала, что ты будешь её отговаривать.
Противоречие внутри себя, когда ты хочешь быть сильной, но не можешь преодолеть эти внутренние барьеры. Марина глубоко вздохнула, пытаясь справиться с эмоциями. Да, она всегда была «голосом разума» в их трио. Но разве это повод скрывать такое?
— Кто он? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Кира сделала глоток кофе, явно выигрывая время.
— Я не знаю его имени. Юля называла его просто «Д». Он был старше, намного. Лет сорок, может больше. Владелец того клуба, где мы тусовались.
Марина, пытаясь вспомнить хозяина клуба. В памяти всплыл образ высокого мужчины с седыми висками, который иногда появлялся в ВИП-зоне. Молчаливый, с цепким взглядом. Она встречала его несколько раз, но никогда не разговаривала.
— Да. Они начали встречаться примерно за месяц до её исчезновения. Всё было очень тайно — он женат, положение в обществе, сам понимаешь. Юлька светилась от счастья, строила какие-то планы... — Кира замолчала, глядя в пространство. — А потом она пропала.
Марина пыталась уложить новую информацию в голове. Юля, их веселая, открытая Юля, крутила тайный роман с женатым мужчиной, который был старше её почти вдвое? Это не укладывалось в образ подруги, которую она знала. Или думала, что знала.
— Почему ты не рассказала об этом полиции, когда она исчезла? — в голосе Марины звучал упрёк.
— Я испугалась! — Кира повысила голос, затем спохватилась и снова заговорила тише. — Этот мужчина... В нём было что-то опасное. Юля однажды проговорилась, что он очень ревнивый, контролирует каждый её шаг. Я боялась, что если начну копать, то он... — она не закончила фразу.
Ощущение потери себя, когда погружаешься в ежедневную рутину и забываешь, кто ты. Марина почувствовала, как внутри нарастает гнев — на Киру, на таинственного «Д», на себя. Все эти годы она жила обычной жизнью, строила карьеру, меняла квартиры, встречалась с мужчинами, а её подруга всё это время... Что? Была мертва? Сбежала? Находилась в опасности?
А ведь Юля всегда говорила о них как о сёстрах. Как часто в интернате она плакала по ночам, мечтая о семье? О людях, которым будет не всё равно? "Вы — мой дом," — говорила она, обнимая их обеих. "Мне никто больше не нужен." И они клялись всегда быть рядом, всегда защищать друг друга. Где были эти клятвы, когда Юля исчезла? Когда следователь равнодушно закрыл папку с её делом, сказав, что ресурсы нужно тратить на "более перспективные случаи"?
Ведь они знали, что Юля никогда не сбежала бы, не сказав ни слова. Это была не она — таинственные исчезновения, драматические жесты. Юля любила ясность во всём. А без них — без Марины и Киры — у неё не было никого. Совсем никого во всём мире.
— У тебя есть хоть что-то ещё? Фотография, имя, адрес? — Марина старалась говорить ровно, но в её тоне проскальзывали стальные нотки.
Кира покачала головой, затем вдруг замерла.
— Подожди, — она торопливо начала копаться в сумке. — У меня где-то была... Вот!
Она достала потрёпанный кошелёк, а из него извлекла маленькое фото, сложенное вчетверо. Развернув его, Кира протянула снимок Марине.
На фотографии Юля стояла рядом с тем самым мужчиной из ВИП-зоны. Они были в том самом клубе — на заднем плане виднелась характерная кирпичная стена с граффити. Юля улыбалась своей обычной солнечной улыбкой, а мужчина обнимал её за плечи. Несмотря на полумрак, было видно, что он значительно старше — морщины вокруг глаз, уверенная поза человека, привыкшего повелевать.
— Где ты это взяла? — спросила Марина, не отрывая взгляда от снимка.
— Юлька дала мне за пару дней до исчезновения. Сказала, что если с ней что-то случится, я должна показать это фото полиции. Но я... струсила, — голос Киры дрогнул. — Когда она пропала, я запаниковала. Решила, что лучше держаться подальше от этого всего.
Эмоциональная усталость, когда уже не остаётся сил бороться с чем-то. Марина понимала Киру — страх может парализовать. Но одиннадцать лет молчания?
— Даже когда поиски затихли, ты могла рассказать, — произнесла она, переворачивая снимок.
На обратной стороне были написаны инициалы «Д.Ш.». Марина осторожно провела пальцем по выцветшим буквам.
— Ты знаешь, что означает «Ш»?
Кира покачала головой:
— Нет. Я правда знала его только как «Д». Юлька была очень скрытной в этом вопросе.
Марина ещё раз взглянула на фото. Что-то в лице мужчины казалось смутно знакомым, но она не могла понять, что именно. Может быть, она видела его где-то помимо клуба?
— Кира, мне нужно выяснить, кто он. Ты со мной?
В глазах Киры промелькнул страх, но она решительно кивнула:
— Да. Я должна была сделать это ещё одиннадцать лет назад.
Они попрощались у входа в кафе, договорившись созвониться вечером. Кира обещала поискать в старых вещах — возможно, там найдётся что-то ещё, связанное с Юлей.
Марина медленно побрела домой, сжимая в одной руке блузку, а в другой — фотографию. Странное ощущение не покидало её: будто прошлое внезапно ворвалось в настоящее, перевернув всё с ног на голову.
Дома она первым делом включила ноутбук и начала гуглить информацию о клубе. Он закрылся шесть лет назад, на его месте теперь был магазин модной одежды. В старых новостях Марина нашла заметку о закрытии: «... владелец Дмитрий Ш. решил сменить профиль бизнеса...»
Д.Ш. Сердце заколотилось быстрее.
Она ввела имя в поисковик и сразу нашла несколько ссылок. Дмитрий Ш., 54 года, владелец сети магазинов антиквариата. Раньше занимался ночными клубами, но после «переосмысления ценностей» сменил направление.
На фотографии с сайта магазина был тот самый мужчина, только постарше — виски полностью поседели, вокруг глаз добавилось морщин. Но взгляд остался таким же — цепким, оценивающим.
Марина выписала адрес ближайшего магазина сети и решила, что завтра же поедет туда. Что она скажет при встрече, она ещё не знала. Но была уверена, что Дмитрий Шелестов знает о судьбе Юли намного больше, чем кто-либо другой.
Вечером позвонила Кира — голос взволнованный, слова путаются:
— Мариш, я нашла её дневник! Я сегодня срочно вылетела в Казань и перерывала все вещи. У меня был ящик с Юлькиными вещами, она оставила перед тем, как... В общем, там есть дневник. Я не заметила его раньше, он завалился среди её книг. А рыться мне не хотелось, слишком было больно, да и не ожидала я ничего найти. Короче, она писала о нём. О Дмитрии.
— Что именно? — Марина наклонилась вперёд, будто могла через телефон увидеть записи.
— Он был одержим ею. Запрещал общаться с другими мужчинами, требовал отчёта о каждом шаге. Дарил дорогие подарки, но постоянно напоминал, что она обязана ему всем. В последней записи она пишет, что собирается с ним порвать.
Жгучее желание изменить свою жизнь, которое появляется из ниоткуда. Марина вспомнила, что перед исчезновением Юля действительно казалась задумчивой, отстранённой. Сказала как-то, что «устала от этого всего» и «хочет начать с чистого листа». Тогда Марина подумала, что речь о работе — Юля трудилась в рекламном агентстве и часто жаловалась на начальство. Но, видимо, дело было совсем в другом.
— Я собираюсь к нему завтра, — решительно сказала Марина. — В его магазин.
— Ты с ума сошла! — воскликнула Кира. — Если он действительно что-то сделал с Юлей...
— Это было одиннадцать лет назад. Он не станет ничего делать средь бела дня в магазине, полном людей.
— А если станет? — в голосе Киры звучала неприкрытая паника.
— Тогда обещай, что в этот раз ты пойдёшь в полицию, — мрачно пошутила Марина.
Она понимала, что затея рискованная. Но блузка и фотография жгли руки. Она должна узнать правду — чего бы это ни стоило.
Той ночью Марина почти не спала. Перед глазами проносились обрывки воспоминаний: Юля, смеющаяся над чем-то, её любимая привычка заправлять прядь волос за ухо, её голос, напевающий любимую песню... Как они могли так легко отпустить её, позволить исчезнуть из их жизней?
Наутро, выпив две чашки крепкого кофе, Марина отправилась по адресу, найденному вчера. Магазин располагался в старинном особнячке на одной из центральных улиц. Витрины пестрели антикварными безделушками, старинными книгами, картинами в массивных рамах.
Внутри пахло пылью, деревом и чем-то неуловимо древним. За прилавком стояла женщина средних лет с аккуратно уложенными волосами.
— Добрый день, чем могу помочь? — улыбнулась она Марине.
— Добрый день. Мне нужен Дмитрий Ш. Он сегодня здесь?
Женщина оценивающе окинула её взглядом:
— По какому вопросу, если не секрет?
— Личному, — твёрдо ответила Марина, встретив взгляд продавщицы.
— Одну минуту, — женщина исчезла за неприметной дверью в глубине магазина.
Пока её не было, Марина осматривала помещение. Взгляд скользил по полкам с фарфоровыми статуэтками, старинным часам, пожелтевшим книгам... И вдруг остановился на фотографии в рамке, стоявшей на комоде у стены.
Сердце пропустило удар. На снимке был Дмитрий и... Юля. Они стояли на фоне Эйфелевой башни, улыбались в камеру. Юля была в той самой голубой блузке с васильками.
— Госпожа интересуется моей скромной персоной? — раздался за спиной низкий мужской голос.
Скрывают ли что-то старые страницы дневника и фотография, найденная в магазине? Развязка ближе, чем кажется…
Обязательно подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить финал истории.