— Ты опять перевёл ему деньги? — Ольга не подняла глаз, просто продолжила вытирать кухонный стол, с силой надавливая на тряпку.
Александр застыл у холодильника, сжимая в руке телефон. На экране ещё горело уведомление: "Перевод выполнен. 50 000 рублей получателю: Денис Александрович".
— Он же мой сын, Оля... — его голос был глухим, как будто застрял где-то глубоко в горле.
— А я кто? Просто соседка, с которой ты делишь крышу над головой? — она с грустью посмотрела на мужа.
Тряпка со стуком упала в раковину. Ольга расправила плечи и наконец посмотрела на него. В её взгляде не было гнева — только усталость.
— Ему уже тридцать, Саша. Тридцать! — её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. — Когда ты последний раз думал обо мне? О нас?
Александр сделал шаг к ней, но Ольга не шелохнулась. Расстояние между ними было небольшим, но казалось, что это пропасть, которую уже не пересечь.
— Он сейчас в сложной ситуации... — начал он, но она перебила:
— А мы нет? У нас всегда всё прекрасно?
Александр медленно опустился на табурет. В голове крутились слова, но все они казались пустыми. "Это временно", "Я просто хотел помочь" — всё звучало жалко и неубедительно. Он знал, что Ольга слышала это сотни раз.
— Ты обещал, что мы поедем в отпуск, помнишь? — её голос стал тише, почти шёпот. — Говорил, что отложил деньги, что вот-вот, чуть-чуть ещё... А потом Денис позвонил. Снова.
Да, он помнил. Как в последний момент вместо билетов на море оплатил сыну очередной взнос по ипотеке. "Ему тяжело, он сейчас не вытянет сам" — так он сказал Ольге тогда. А ещё раньше были деньги на машину, на ремонт, на долги. И каждый раз он говорил себе: "Ну это же мой сын, кто, если не я?"
— Ты знаешь, как это больно? — прошептала Ольга. — Чувствовать, что всегда кто-то важнее. Что я – номер два.
Её слова резанули, как нож. Александр посмотрел на жену и вдруг заметил, какой бледной стала её кожа, как в уголках глаз пролегли тонкие морщины. Когда она успела так измениться? Или это он просто давно перестал на неё смотреть?
— Я не ставлю его выше нас, Оля. — Но сам услышал, как слабо это прозвучало.
Она кивнула, горько улыбаясь.
— Тогда почему я каждый раз оказываюсь в конце списка?
В квартире было слишком тихо. Даже холодильник будто перестал гудеть.
— Я устала, Саша, — наконец сказала она. — Если для тебя Денис всегда будет на первом месте... тогда, может, тебе лучше быть с ним?
Александр не сразу понял, что она сказала. Или, может, не хотел понимать. Он моргнул, надеясь, что ослышался.
— Что ты имеешь в виду?
Ольга повернулась к нему. В её взгляде не было ни злости, ни слёз — только уверенность.
— Уходи. Если ты не можешь выбрать нас — выбери его. Просто сделай это честно.
Он встал, качая головой.
— Оля, ты сейчас на эмоциях, это...
— Нет, — твёрдо сказала она. — Я больше не на эмоциях, Саша. Все эмоции, которые у меня были – закончились.
Она подошла к двери и медленно сняла с вешалки его куртку. Та самая старая куртка, которую он таскал годами, обещая купить новую, но так и не собрался. Она протянула её ему.
Александр смотрел на куртку и не двигался.
— Ты правда этого хочешь? — его голос был хриплым.
Ольга ничего не ответила. Просто стояла с курткой в руках.
И в этот момент Александр понял, что вопрос был не к ней. Он был к самому себе.
***
Дождь барабанил по капоту машины, когда Александр припарковался у старой девятиэтажки, где жил Денис. Фары выхватили из темноты старую дверь подъезда, облепленную объявлениями.
Он трижды позвонил в дверь, прежде чем Денис, наконец, открыл. Сын стоял босиком, в растянутой футболке, с телефоном в одной руке и банкой пива в другой.
— Батя? — на лице Дениса мелькнуло удивление. — Ты чего так поздно?
— Можно войти? — спросил Александр.
— Да заходи уж. Только я тут не убирался, сам видишь.
Александр прошёл внутрь.
— Ты один? — спросил он, оглядываясь.
— А кто ещё тут должен быть? — Денис хмыкнул. — Девчонка была, конечно, но ушла утром. Ты же не надолго, да?
— Думаю, на пару дней, — неуверенно ответил Александр.
Денис фыркнул.
— Ну смотри, у меня тут не санаторий. Комната – моя. А ты как-нибудь тут, на диване.
Александр оглядел разбросанные по квартире вещи, пустые коробки из-под еды и грязную посуду в раковине.
— Денис, ты бы хоть убрался, — нахмурился он. — Ты взрослый человек, а здесь как после погрома.
Сын усмехнулся, не отрываясь от телефона.
— Батя, ты серьёзно? Это моя квартира, как хочу, так и живу. Ты сюда пришёл, а не я к тебе.
Александр сжал кулаки.
— Я просто хочу, чтобы у тебя был порядок, чтобы ты...
— Чтобы я что? — Денис поднял глаза. — Чтобы я жил, как тебе хочется? Я не ты, понял? Не надо мне тут лекции читать, я уже взрослый.
Александр почувствовал, как слова сына ударили в самое сердце. Он хотел сказать что-то ещё, но Денис уже кому-то звонил, направляясь в свою комнату. Из-за закрытой двери он слышал, как сын рассказывает другу по телефону про то , что «батя припёрся», «жизни меня учит», «у него совсем крыша поехала на старости лет», «хоть бы свалил побыстрее».
Александр сел на старый диван. Он был рядом с сыном, но чувствовал себя чужим, будто их разделяла невидимая стена.
***
Александр проснулся от того, что в окно стучал дождь. В квартире было душно, пахло несвежей одеждой и разлитым пивом. На журнальном столике валялись пустые банки, пульт от телевизора и недоеденная пицца.
Дениса не было.
Он сел на продавленный диван и долго смотрел в одну точку.
Телефон в кармане вибрировал уже второй раз. Наконец он достал его и посмотрел на экран: новое сообщение от Дениса.
«Бать, можешь скинуть 20к? Проблемы с тачкой.»
Александр несколько секунд просто смотрел на эти слова. Пальцы дрожали — не от злости, а от опустошения. Вот оно. Всё свелось к этому — очередная просьба. Всё общение лишено даже намёка на заботу или интерес к его жизни.
Он встал, медленно подошёл к окну. Внизу, у подъезда, стоял Денис, курил, что-то печатая в телефоне. Даже не позвонил, не поднялся к отцу, не спросил, как тот себя чувствует. Только деньги.
Он набрал ответ. «Нет.»
Короткое слово. Одно единственное, но оно, казалось, весило больше, чем все те переводы, что он отправлял сыну годами. Александр видел в окно, как Денис получил сообщение — тот нахмурился, перечитал, а затем просто пожал плечами и продолжил печатать кому-то другому.
Никакого вопроса «Почему?» Никакой попытки позвонить.
Спустя час Александр стоял перед дверью их с Ольгой квартиры. Он не стал открывать своим ключом — нажал на звонок.
Ольга открыла почти сразу. Домашнее платье, уставший взгляд.
— Зачем ты пришёл? — её голос был ровным.
Александр сглотнул.
— Оля… Я был у Дениса. Ты была права.
Она не ответила, только скользнула взглядом по его лицу, затем на старую куртку в его руках.
— Я понял, — продолжил он. — Ты всегда была права. Я… я запутался. Хотел, чтобы у него было всё…
— А я? — перебила она. — Ты хоть раз думал обо мне? О нас?
Он открыл рот, но слов не нашёл.
— Оля, я хочу домой. Я хочу, чтобы мы… чтобы ты… — Александр тяжело вздохнул. — Я был дураком. Всё это время.
Она смотрела спокойно, без злости, но и без тепла.
— Поздно, Саша, — наконец сказала Ольга.
— Почему? Мы же можем… Всё можно исправить, я же понял! — он сделал шаг к ней.
— Что ты понял? Что я всегда была на втором месте? Что ты выбирал его, а не нас? — Ольга покачала головой. — Мне не нужно, чтобы ты возвращался, потому что тебе сейчас плохо. Мне нужно было, чтобы ты выбирал меня тогда, когда это имело значение.
Он молчал.
— Я устала, Саша, — тихо добавила она. — Просто устала.
Александр провёл рукой по лицу, сжал куртку сильнее.
— Я правда… я хотел бы всё изменить…
— Но ты не можешь, — спокойно сказала Ольга. — Теперь уже нет.
Она держала дверь чуть приоткрытой — ровно настолько, чтобы он понял: это конец, она не пустит его обратно. Ни в квартиру, ни в свою жизнь.
— Прощай, Саша.
Дверь закрылась.
Александр ещё долго стоял в тишине, сжимая куртку. Потом медленно развернулся и пошёл вниз по лестнице.
На улице снова моросил дождь. Александр брёл по тротуару, не разбирая дороги.
Ольга больше не ждала его. А Денис… Денис даже не заметил, что он ушёл.