Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Попытка дневника №2 или несколько слов о романе "Театр" С. Моэма

Доброе утро, друзья мои! у меня все не как у нормальных людей, и дневников, признаюсь, я никогда не вела, потому, наверное, подобные идеи у меня в итоге превращаются в о что-то свое. Правда, следуя правилу дневниковых записей, поделюсь парой ложечек дегтя, подпортивших мне настроение. По сути своей я оптимистка и мой стакан всегда наполовину полн, хотя иногда накатывает. К примеру, взять позавчерашний день. Перед тем, как ехать к детям, мы с Рэйкой пошли гулять. Скажем прямо, мой лабрик уже немолод. Ему в декабре исполнилось одиннадцать лет, а это значит, что уже появились возрастные болячки. Он не так быстро, как раньше ходит, стал хуже слышать и, честно говоря, в последнее время у него стало появляться некое упрямство. И вот вчера мы уже прогулялись по набережной и не спеша возвращались к дому. В какой-то момент он остановился, вернее не захотел идти той же дорогой, что мы выходили на прогулку. Я погладила его по голове, сказала что-то ласковое, и мы двинулись даль

Доброе утро, друзья мои! у меня все не как у нормальных людей, и дневников, признаюсь, я никогда не вела, потому, наверное, подобные идеи у меня в итоге превращаются в о что-то свое.

Правда, следуя правилу дневниковых записей, поделюсь парой ложечек дегтя, подпортивших мне настроение. По сути своей я оптимистка и мой стакан всегда наполовину полн, хотя иногда накатывает. К примеру, взять позавчерашний день. Перед тем, как ехать к детям, мы с Рэйкой пошли гулять.

Скажем прямо, мой лабрик уже немолод. Ему в декабре исполнилось одиннадцать лет, а это значит, что уже появились возрастные болячки. Он не так быстро, как раньше ходит, стал хуже слышать и, честно говоря, в последнее время у него стало появляться некое упрямство. И вот вчера мы уже прогулялись по набережной и не спеша возвращались к дому. В какой-то момент он остановился, вернее не захотел идти той же дорогой, что мы выходили на прогулку. Я погладила его по голове, сказала что-то ласковое, и мы двинулись дальше. А в это время рядом с нами проходила дама с коляской, видно, что бабушка. Ее малыш, увидев собаку, что-то заверещал,и дама решила завязать со мной разговор:

- Я смотрю, собака у вас уже совсем старая!

- Возрастная, - сдержанно ответила я., показывая, что не хочу продолжать общение.

Честно признаюсь, не люблю разговоры на подобные темы, однако дама не захотела меня услышать. - Ой, знаете, у нас в подъезде тоже есть такая же собака, правда, породу не знаю. Старая, совсем еле ходит. Я уж и не вижу ее какое-то время. Наверно, умерла уже! И вам, смотрю, совсем недолго осталось, - и все это говорилось жизнерадостно, с улыбкой.

- Спасибо на добром слове, - ответила я, хотя меня раздирало на части!

За детей и собаку я готова на части порвать тех, кто говорит что-то плохое! Честно! Правда, в последнее время стараюсь сдерживаться, чтобы не раздувать конфликт.

И тут мой пес завилял хвостом и вполне бодро направился к дому.

Хоть убейте, не понимаю, зачем надо было это говорить?

Вот, поделилась с вами, и полегчало.

Потом позвонил сын, что уже подъезжает, и дальше был прекрасный вечер: сначала погуляли,

-2

потом поиграли у них дома. Это вы уже видели.

А вообще эта статья затевалась ради романа "Театр", это тоже своеобразные дневниковые записи.

Картинка создана автором канала с помощью нейросети "Шедеврум"
Картинка создана автором канала с помощью нейросети "Шедеврум"

Думаю, вы, друзья мои, согласитесь с одной прописной истиной о том, что почти у каждого человека имеются литературные произведения, к которым он вольно или невольно возвращается на протяжении всей жизни, кстати, не всегда их можно считать любимыми. Это, скорее, программные книги, причем, повторюсь, у каждого своя.

И все-таки бывает ситуация, когда вдруг хочется вернуться к тому, что уже знакомо. Во всяком случае, у меня есть подобные книги, прочитанные уже не один раз, но при этом не могу их отнести к любимым. Парадокс? Может быть! А все потому, что каждый раз находятся в уже, казалось бы, зачитанном до дыр романе, новые акценты, нюансы, а иногда и новые герои. Да и такое бывает, если перечитывать произведение в разные периоды жизни.

Итак, роман «Театр», с которым, кажется, я знакома всю жизнь. Началось все с фильма латышской киностудии конца 70-х годов прошлого века. Если не путаю, он шел по учебному каналу с субтитрами. Фильм я смотрела, будучи совсем маленькой девчонкой. Когда болела, проводила время в кровати в родительской спальни поближе к телевизору и телефону.

фото взято из свободных источников интернета.
фото взято из свободных источников интернета.

Так вот, Джулия мне в детстве жутко не нравилась, потому что показалась толстой старухой!!!!! В силу юности и неопытности в подобных делах любовный конфликт прошел мимо. Мозги ребенка никак не могли принять факт влюбленности немолодой женщины к молоденькому Тому Фэннелу. Я вообще в то время искренне считала, что любви в пожилом возрасте не бывает!!! А что вы хотите от девчушки, которая предпочитала всему окружающему миру игру в куклы и чтение книг.

К тому же уровень актерской игры я тоже оценить в те времена не могла, а скажем прямо, Вия Артмане играла блестяще!

Знакомство с самим романом случилось лет через восемь, наверное. Тогда мне было лет тринадцать - четырнадцать. Из очередной командировки в Берлин отец привез двухтомник Моэма, чем осчастливил маму. Она всю жизнь оставалась поклонницей английской литературы, в которую влюбилась еще в юности. Она и меня пыталась приучить именно к английской классике. «Приключения Оливера Стоуна» к тому моменту уже прочитаны и особого восторга не вызвали. Мне тогда ближе были Вальтер Скотт и Фенимор Купер, но больше всех я любила Дюма и Жюля Верна.

Простите, отвлеклась!

В общем, maman тут же принялась за чтение «Театра»: смаковала буквально каждую страницу, читала не торопясь, и за ужином, так или иначе, заводила разговор о содержании романа и собственном впечатлении от прочитанного. При этом рефреном звучало, что это классический роман о настоящей женщине. О настоящей женщине? Это меня зацепило, и я уже не могла дождаться своей очереди. В то время, скажем прямо, я напоминала ворону: эти птицы, как известно, падки на блестящее, а я не пропускала все книжные новинки, что появлялись дома. Семья наша вообще слыла читающей, поэтому книги приобретались мыслимыми и немыслимыми путями, и в результате домашняя библиотека со временем собралась весьма достойная. Надеюсь, она и сейчас такая же, если эта библиотека вообще существует. Во всяком случае, из детства я вынесла твердое убеждение, что дома должны быть книги, и они обязательно должны читаться!

Но вернемся в прошлое.

Наконец, подошла моя очередь. Правда, мама предупреждала, что мне читать «Театр» рано, что до этого романа надо еще дорасти и поумнеть, но ее слова пролетели мимо, и любознательная девочка погрузилась в чтение. Где-то на середине у меня внезапно возникло смутное ощущение, что сюжет знаком, хотя аналогии с фильмом тогда не возникло. Короче говоря, книга была дочитана и соответственно сделаны следующие выводы:

Во-первых, хороший перевод – читать интересно.

Во-вторых, немолодая актриса, благодаря английской действительности и некоторым возможностям, неплохо выглядит, умеет скрывать свои недостатки, умело пользуясь косметикой. Именно этот факт для меня в тот момент стал, наверное, самым актуальным. Все дело в том, что именно тогда в случайном разговоре папа озвучил мне, единственной дочери, истину о моей внешности: мама в свои пятнадцать уже была красавицей, что не грозит ее дочери. На маму не похожа, и от его родни унаследовала самые неинтересные черты. Так в моих отношениях с отражением в зеркале отец, не задумываясь, поставил жирную точку. Правда, выводы я сделала, но эксперименты со своей внешностью, улучшая то, что недодала природа, начала значительно позже. Лет через несколько сунув нос в мамину косметичку, поняла, что мне подходит только тушь для ресниц. Следовательно, преображение само собой отложилось еще на какое-то время, пока в кармане не появилась денежка.

В-третьих, наверное, я бы съездила в Лондон.

В-четвертых, бедная Джулия, зачем она влюбилась в молодого парня, ведь с самого начала понимала, что ее любовь обречена. Лучше бы пересмотрела свое отношение к мужу. У меня же перед глазами в розовых очках были образцово- показательные отношения родителей, пример, так сказать.

Но главным выводом стало решение о будущей профессии: я решила стать кинокритиком или театроведом.

В принципе, для четырнадцатилетней девчонки выводы неплохи.

В шестнадцать родители разрушили мою мечту о будущей профессии, и, как послушная овца, я поступила на филфак. Любимыми предметами, благодаря блестящему преподавателю, кстати, тоже любимому, М.Б. Ладыгину, стали введение в литературоведение, а чуть позже и зарубежная литература. Следовательно, следующая встреча с «Театром» случилась в студенческие годы, правда, раньше, чем этого требовала программа. И снова многим покажутся неожиданными мои тогдашние выводы: Джулия – успешная женщина, зачем ей этот Том? Неужели ей, сорокашестилетней женщине, может быть интересен совсем молодой парень? Джулии надо бы больше внимания уделять мужу. (Заметьте, я на редкость постоянна!) И чем привлекает ее роль Гамлета? И еще, если я не выйду замуж, то в двадцать пять (не позже!) рожу себе ребенка. А самое главное, я поняла, что мое знакомство с героями должно случаться на страницах книги. Не хочу доверять столь важную работу кинематографу или театральной сцене. Я, и только я, вижу, как должен выглядеть литературный герой.

Картинка создана автором канала с помощью нейросети "Шедеврум"
Картинка создана автором канала с помощью нейросети "Шедеврум"

или

Картинка создана автором канала с помощью нейросети "Шедеврум"
Картинка создана автором канала с помощью нейросети "Шедеврум"

такой представляет себе Джулию Лэмберт вездесущий искусственный интеллект, точнее наш друг "Шедеврум", но не я !!!! Моя Джулия все равно другая!!!

Короче, роман снова прошел несколько мимо юной, неискушенной студентки, ибо в тот момент я больше увлеклась античной и средневековой литературой.

А потом томик Моэма потерялся. Кажется, я собственноручно дала почитать кому-то из подружек, и так до сих пор кто-то читает. Но про «Театр» не забывала. В какой-то момент снова попала на этот фильм по телевизору и окончательно поняла, что не тянет Вия Артмане на женщину сорока шести лет, ей, как минимум, на пять-семь лет больше, а ведь ей действительно на момент съемок уже исполнилось пятьдесят.

фото взято из свободных источников интернета.
фото взято из свободных источников интернета.

И для Джулии, в исполнении Артмане, Том - слишком явный мезальянс. Не обратила бы внимания на молоденького клерка актриса такого уровня и такой манеры поведения (пусть даже внешней, ведь даже наедине с собой Джулия продолжает играть), какой подает ее латышская актриса с согласия автора сценария и режиссера. И вообще Джулия совсем другая. Такова моя обывательская точка зрения. И мне тогда снова захотелось перечитать «Театр». Перманентное желание то проявлялось, то исчезало, но роман продолжал жить в моем сознании.

И вот несколько лет назад желание вернуться к роману Сомерсета Моэма вдруг заявило о себе четким требованием – перечитай меня немедленно! Пора! Скачала в электронную книжку – и вперед! Читала с наслаждением, растягивая удовольствие, обращая внимание на многие нюансы, что раньше от меня ускользали. Да, именно так.

В тот момент я еще не дожила до возраста Джулии, хотя она стала мне намного понятнее и ближе, если хотите.

Моя Джулия - вполне еще молодая женщина, умная, умеющая подать себя в выгодном свете, прекрасно знающая о своих недостатках. Блестящая, талантливая актриса и несчастливая женщина. Да, внешняя оболочка у нее прекрасна, хотя и с червоточинкой: семья: муж, которого она не любит; сын, которого не понимает и боится, и Том – ее поздняя любовь, эдакая попытка удержать уходящую молодость.

Джулия умна, здравомысляща; ее умению анализировать обстановку можно только позавидовать; казалось бы, она давно просчитала каждое свое действие на несколько шагов вперед, но вдруг случилась осечка. Кто бы мог подумать, что не все в этой жизни можно прогнозировать и контролировать. В общем, литературная приятельница приоткрыла еще одно качество своего характера – уязвимость. В этот раз она вызвала у меня почти симпатию, но любовь к Тому Фэннеллу , который моложе ее почти на четверть века, мне по-прежнему не понятна. Сначала страсть, но постепенно на смену бурному увлечению приходит некий расчет. Джулия начинает исподволь покупать его любовь. Ей это надо; она, стареющая женщина, прекрасно осознает, что лучшие годы уже позади, и это жизнь, а значит, в этом нет ничего особенного. А Том - прагматик, и ему льстит ее популярность, известность и влиятельность в определенных кругах.

И создается некий замкнутый круг. В героине воедино смешивается любовь женщины и любовь матери, хотя Джулия этого не осознает. К ней вернулось, благодаря Тому, ощущение молодости, уже порядком подзабытое, и женщина на определенном этапе своей жизни упивается им. В то время, как молодому человеку льстит роман со взрослой состоявшейся дамой и финансовая подпитка.

Этой связи, хоть убейте, никогда не приму и не пойму! Лечь в постель с человеком, который годится тебе в сыновья не мой случай, и это не ханжество!

На мой взгляд, теперь уже дамы с солидным семейным стажем, Джулии стоило больше внимания уделять своему мужу. Да, Майкл не был пылким и страстным мужчиной, не всем это дано. Однако при желании женщина всегда найдет подход к своему мужчине, только Джулию вполне устраивали дружеские отношения с мужем. И это ее право, и я не смею ее осуждать ни в коей мере.

А вот в отношениях с Роджером наша героиня категорически не права! Она боялась своего сына: боялась его ума, прозорливости и его возраста. Джулия не хотела стареть. А сын, тем более, взрослый сын – это намек на возраст матери. К тому же Джулия панически боялась, что сын разгадал ее постоянную игру. Помните, он сказал матери, что очень боялся однажды войти к ней, зная, что она в комнате и увидеть пустоту.

Вот Роджер и стал для меня в тот раз тем новым героем, на которого я прежде не обращала внимания. Мне жалко этого неплохого парня, не нужного своим родителям и осознающего свою ненужность.

А в целом, роман интересен и актуален, несмотря на то, что написан более семидесяти лет назад. Просто проблемы в нем раскрываются злободневные и вечные: семейные ценности, отношения отцов и детей, тема осознания себя в этом мире.

Да, я ничего не сказала об Эви Крайтон. Наверное, стоит восполнить этот пробел. Второсортная, не самая талантливая актриса. Это Джулия видит сразу, и в ее власти помочь Эви стать если не звездой, то хотя бы успешной исполнительницей. Но мы же знаем Джулию! Как актриса, пока в силе, пока известна и способна собирать залы, она соперниц не потерпит! И к тому же Эви молода, миловидна, у нее роман с Томом. А что такое влюбленная женщина, имеющая молодую соперницу? Это львица, фурия! Это актриса Джулия Лэмберт! И ей ничего не стоит растоптать ту, что встала на ее пути! Иона делает это эффектно, красиво и доказывает свое превосходство хотя бы на сцене!

Джулия – актриса, но есть один эпизод, когда перед читателем возникает не звезда театральных подмостков Лондона, а именно Джулия Лэмберт, живая, самая обычная женщина. Это эпизод в ресторане, когда она ест бифштекс с жареной картошкой. В этом и есть ее сущность.

А еще, пораскинув мозгами на тему отечественного кинематографа, я вдруг, весьма неожиданно, пришла к ошеломляющему выводу: как хорошо, что не снимают ремейк этого фильма на современном этапе!!! Нет, в самом деле, должны быть романы, над которыми читатель может размышлять и рисовать героев в своем воображении сам, не отвлекаясь на киношные копии. Кстати,

я не одинока в этом выводе!

И знаете, что-то мне подсказывает, что пришло время снова встретиться со старой знакомой, и, может, в очередной раз пересмотреть свое отношение к героям. Кто знает? Пожалуй, закажу эту книгу на Озоне, видимо, пришло ее время!

За сим откланиваюсь! У меня сегодня намечается поход в ателье на предмет заказа штор на второй этаж бани. Мероприятие сие нужное, но очень монотонное и , возможно, долгое!

Короче говоря, пожелайте мне удачи))