Вздохнув, Тамара посмотрела на календарь. Третья четверть восьмого класса была в самом разгаре и наступила середина марта тридцать восьмого года. Последнюю неделю, днем температура уже поднималась немного выше нуля, хотя по ночам еще был мороз. Весна начинала робко вступать в свои права.
Прошло больше двух месяцев, как ей исполнилось шестнадцать лет. Она с нетерпением ждала этого дня рождения, ведь в шестнадцать лет человек получает ПАСПОРТ.
Конечно, это было логично, что его не выдадут сразу же после дня рождения, но не настолько же!
Каждый день Тамара ждала, что, скорее всего, папа скажет, что пора доставать, собранные ей самой три рубля[1] и идти в паспортный отдел, для получения заветного документа. Мама пойти с ними, наверное, не сможет, потому что помимо основной работы бригадиром на пуговичной фабрике, занимается еще партийной и общественной работой.
Еще Тамару волновал вопрос о штрафах за отсутствие паспорта и прописки, в размере ста рублей[2] каждый. Но родители объяснили, что раз заявление на выдачу паспорта подано, а в паспортном столе какие-то технические накладки, то штрафовать ее не за что.
Дома было тихо. Папа пошел встречать маму – она проводила занятия в школе для малограмотных, по программе Ликбеза. По субботам занятия продолжались почти до вечера.
Геннадий ушел гулять с друзьями. Тамара слышала, как с улицы доносятся их голоса. По крикам, доносящимся из-за окна, она поняла, что опять завязалась снежковая баталия.
Для себя она решила, что сегодня вечером поставит вопрос ребром по поводу получения своего паспорта. Закрыв книгу и выключив настольную лампу, свет к которой она, между прочим, провела к себе в комнату сама, Тамара пошла на кухню, чтобы начать накрывать к ужину.
На кухне пила кохфеёк бабушка Марфа. Привычка пить кофе во второй половине дня у нее сохранилась еще со времени проживания в станице Елизаветинской, и менять ее она не собиралась. Если быть точным, то Марфа Арсеньевна Колесникова была не совсем бабушкой, а теткой ее матери. Но Тамара знала ее с мальства, и иначе как бабушку, не воспринимала.
Глянув на ходики, которые висели на стене, и прикинув, что до возвращения родителей осталось чуть больше получаса, она, вздохнув, начала расставлять тарелки.
- Чаво вздыхаешь? Опять у родителей про пачпорт вести разговор будешь, што ли? – спросила бабушка Марфа, прихлебывая кохфеёк.
- Так больше двух месяцев прошло, пора уже и документ выдать. Ничего не пойму, что происходит, – взмахнула руками Тамара.
- ДокУмент ей выдать. А я скажу тебе, шо тут происходит, – понизила голос Марфа Арсеньевна. – Поди сюды. Пачпорт тебе не дають, потому что отец твой, он тебе не родной. Вот и весь сказ. Думаешь, просто там все энто обделать, где пачпорта дають?
- Как неродной? – опешила Тамара. – Я же при нем первые шаги сделала…
- А че, тока при рОдном отце шагать начинают? – хитро прищурив свой единственный глаз спросила бабушка Марфа.
- Нет, конечно. Но я даже подумать не могла… - растерянно проговорила Тамара.
Марфа Арсеньевна стукнула ладонью по столу. – Вот тады и всё, и неча родителям нервы про пачпорт тянуть. Када, да када. Када надо, тады и дадуть.
Видя, что на Тамару новость произвела впечатление, Марфа Арсеньевна более мягко сказала:
- Давай, в картишки перекинемся чоль, пока родители еще домой не дошли?
- Нет-нет, потом, в другой раз. Мне надо подумать, — выйдя из кухни и забыв про ужин ответила Тамара.
- Иди-иди, подумай. Думать, энто для головы пользительно будет, — глядя ей в след, и продолжая накрывать на стол сказала бабушка Марфа.
Сев у себя в комнате на кровать, Тамара решила, что пока не будет спрашивать у родителей о своем паспорте. В голове вертелась целая карусель разных мыслей, из которой не удавалось ухватиться за какую-нибудь одну. Но вся эта круговерть остановилась, когда она опустила взгляд на свою левую руку. На руке были надеты наручные часы – папин подарок к началу учебного года в четвертом классе. Только тот отец, который очень гордится и любит свою дочь, мог его сделать, в такое непростое для семьи время.
- Мой папа тот, кто меня вырастил, кто меня любит и гордится, — прошептала она.
Паспорт Тамаре выдали через пару недель. Все это время она беспокоилась о том, какая фамилия будет записана в паспорте, но спросить родителей об этом так и не решилась.
В конце концов все закончилось благополучно. Открыв свой паспорт, Тамара увидела в нем фамилию ее любимого папы – того, который вырастил, любит и гордится.
[1] Госпошлина за выдачу паспорта, ст.8 Постановление Совета Народных комиссаров СССР №1667 от 27.12.1932г.
[2] ст.11, 12 Постановление Совета Народных комиссаров СССР №1667 от 27.12.1932г.