Узкий, нерусский стан —
Над фолиантами.
Шаль из турецких стран
Пала, как мантия. Вас передашь одной
Ломаной черной линией.
Холод — в весельи, зной —
В Вашем унынии. Вся Ваша жизнь — озноб,
И завершится — чем она?
Облачный — темен — лоб
Юного демона. Каждого из земных
Вам заиграть — безделица!
И безоружный стих
В сердце нам целится. В утренний сонный час,
— Кажется, четверть пятого, —
Я полюбила Вас,
Анна Ахматова. 1915
Узкий, нерусский стан —
Над фолиантами.
Шаль из турецких стран
Пала, как мантия.
Вас передашь одной
Ломаной черной линией.
Холод — в весельи, зной —
В Вашем унынии.
Вся Ваша жизнь — озноб,
И завершится — чем она?
Облачный — темен — лоб
Юного демона.
Каждого из земных
Вам заиграть — безделица!
И безоружный стих
В сердце нам целится.
В утренний сонный час,
— Кажется, четверть пятого, —
Я полюбила Вас,
Анна Ахматова.
1915